Иван Григорьевич, приступив к разборам полетов, изобразил строгую гримасу, взял расписку Кули, а прочитав, вдруг улыбнулся и спросил:
— А это кто у нас такой?! Що за куля від ПМа? — перешел он на украинский язык.
В украинском языке у слова куля имеется несколько значений, но для военного человека однозначно значение с военной тематикой, пуля от пистолета Макарова, имело преимущество.
Так и пошло, для старшего прапорщика Куля остался Кулей від П.М. а, и одновременно одним из лучших его учеников.
Одним из лучших, а кое-где и лучшим Паша Куля был почти по всем школьным предметам в классе, особенно по мужским: математика, т. е. алгебра и геометрия, физика, физкультура, НВП. В итоге Куля закончил школу с серебряной медалью с одной четверкой по украинскому языку. И хотя это была школа районного центра, и ее уровень знаний отличался от уровня такой же школы, например в г. Харьков, тем не менее для ее получения в то время и в райцентре приходилось реально учиться, а иногда, когда что-то не так легко давалось, приходилось даже «грызть гранит». Зато, в качестве бонуса, тогда эта медаль гарантировала поступление в любой ВУЗ страны, при условии сдачи медалистом первого вступительного экзамена на «отлично».
А поступление в ВУЗ было в обязательных планах у Кули, и не только у него, а и у его родителей, особенно у отца Михаила Павловича.
Куля не был мажором в том смысле слова, который вкладывают в него сегодня. В те времена и в тех краях Паша мало чем отличался от сына, например, водителя грузовика, хотя его отец был уже тогда начальником автоколонны и депутатом райсовета, а мать врачом районной больницы.
Ощутимая заслуга родителей в образовании сына состояла в основном в борьбе за дисциплину.
Задачу минимум — серебряная медаль по окончании школы, которую ставил Куле младшему Куля старший, обуславливали два условия: 1-я — максимум две «четверки» в аттестате, а 2-я — обязательно примерное поведение. Так вот как раз с поведением у Паши была самая большая проблема. Тяжело было ему удержаться в рамках дозволенного в кругу своих друзей, мягко говоря не отличников, в свое время рассвета перестройки и ожидания перемен с Виктором Цоем, и со своей неуемной энергией на мотоциклах по грунтовым дорогам степей Луганщины, да по ночным пьяным дискотекам с периодическими междоусобными войнами и разборками.
Тяжело приходилось иногда и матери и отцу держать своего оболтуса в ежовых рукавицах, когда он мог в протест воспитательного процесса и из дома уйти, а мог и в вытрезвителе засветиться после милицейской облавы. Но ничего, отстояли, благо в поселке все обо всех знали, в том числе и о Паше, знали что он положительный человек, и не смотря на некоторые залеты, заслуживает заветной медали.
И вот он выпускной, торжественная часть, застолье, хмельные прощальные слова благодарности, объяснения в любви, дружбе, встреча рассвета — это были проводы во взрослую жизнь, а там все выглядело перспективно, интригующе и счастливо!
У Кули впереди был институт, и не какой-нибудь сельско-хозяйственный, куда поступали все кто хотел, а институт бизнеса. Это был новомодный ВУЗ с красивым и громким названием, и хотя новым там было только название, это не помешало ему подняться в рейтинге ВУЗов города до 3–4 места.
Получить «отлично» на первой вступительной математике, чтоб использовать силу медали, Куле никогда бы не удалось, если бы не пробивная сила его отца, который благодаря своей предприимчивости, здоровой наглости и коммуникабельности, не вышел на одного из деканов этого ВУЗа и не договорился с ним о Пашкиной «пятерке» по математике.
Вообще, к отцу у Паши было особенно трогательное отношение, и чтобы не обидеть его маму, нужно сказать, что в родительском гнезде у него все было прекрасно. Он был любим и любил родителей, жил благодаря им всегда в достатке, но это не разбаловало его. И уже во взрослом возрасте Куля с грустной улыбкой часто вспоминал то время, когда он трепал нервы родителям своими выходками и залетами, когда каждый раз, когда что-то случалось, отец и мать бросали все и летели на помощь своему хулигану.
Куля очень любил своего отца, и трудно сформулировать за что конкретно, ведь Михаил Павлович не был красноречивым в общении, или эмоциональным в проявлении отцовских чувств, он не проводил много времени специально для детей то ли играя с ними в их игры, то ли просто проводя взаимоинтересные беседы, не баловал какими-то подарками, он просто был рядом или недалеко, и любил сына. И наверное этого хватило, чтобы в Пашином сердце его отец занял особое место.
В воспоминаниях Павлу нравилось прокручивать в голове, как отец проводил воспитательную политику, он мог крикнуть, мог и подзатыльник отпустить, но это было редко и в сердцах. В основном это было без рук, малословно, но как-то доходчиво. Наверное человек не может до конца оценить заслуги своих родителей, пока не повзрослеет, и сам не возьмет на себя ответственность за своих детей.
Куля помнит, как ему было обидно в юные годы от отца слышать о себе «салага» — этот солдатский термин означал, что ты еще мал и глуп, чтобы становиться в один ряд со взрослыми мужчинами, и это продолжалось еще долго после окончания Кулей школы и выхода, как ему тогда казалось, во взрослую жизнь.
Один из самых запоминающихся моментов в жизни — это как раз символический момент перехода в фазу этой самой взрослой жизни.
Успешно сдав на «отлично» свою математику еще в конце июня, в самом конце августа мама и папа привезли своего студента на машине в общежитие института для поселения. Целый день хлопот с заездом, и вот Куля выходит с родителями к машине провожать их в обратный путь домой.
— Ты же веди себя хорошо, учись, — с тревогой в глазах напутствует мать.
— Да, мама, не беспокойся, — с нетерпением ответил сын.
Последние обнимания, материнские поцелуи, отцовское рукопожатие, и машина медленно выезжает со двора общаги. Паша смотрит им в след и машет рукой. Как только машина скрылась за поворотом — Куля осмотрелся по сторонам… и о боги!.. Вот она самостоятельная, взрослая жизнь! Она прекрасна! Это были незабываемые минуты. Кроме того, что началась жизнь без родительского надзора и строгой отчетности, Кулю ждали новые знакомства, новое место жительства, полностью новая жизнь, и казалось безграничные перспективы.
Отец Павла, Михаил Павлович сам всю жизнь жалел о том, что не стал военным, и сына с малолетства настраивал на военную карьеру. Доходило даже до того, что мать, Галина Макаровна, будучи врачом в местной больнице, используя служебное положение, удаляла из медицинской карточки Павла страницы, где каким-то образом появлялись записи врачей о наличии у Паши плоскостопия. Это делалось потому, что имея плоскостопие о карьере военного, в то время, можно было даже не мечтать. Но в свою очередь, Галина Макаровна мечтала о сыне — враче, и поэтому некоторое время Паша всерьез задумался о карьере военного врача. Но с развалом Союза Республик в 1991 году рейтинги профессий резко поменялись, особенно касательно военных специальностей, а в моду начали входить люди-бизнесмены всех рангов и видов. Чего стоили хотя бы те, кто ездил торговать в Польшу, или те, кто умудрился где-нибудь в городе поставить ларек торгующий жвачками, сигаретами, сникерсами, и водярой.
Поэтому Паша Куля был очень доволен и горд своим студенческим билетом института бизнеса. Он еще не знал чему его будут здесь обучать, но само название говорило о многом, и на тогда этого хватало.
Именно в это время у Паши осознано и основательно закрепилось желание стать бизнесменом, стать тем, кто сам решает как быть и сколько кому за это заплатить. Стать независимым и обеспеченным — в этом он видел отличие обыкновенного мужика от мужика-альфасамца, которым безусловно хотел стать, и верил на 100 %, что это произойдет. Куля был достаточно целеустремленным и верил в себя. Ему было легко это делать, потому как своего отца, с его пробивной силой, так в то время называли предприимчивость, Паша считал достойным представителем мужской братии, а в то, что он очень похож на него, у Паши сомнений не было. Ему всегда очень нравилось, когда его сравнивали с его отцом, даже когда речь шла и не о совсем хороших качествах. У Михаила Павловича было издавна одно главное правило, о котором он неоднократно говорил Паше: «если ты что-то сказал или наобещал — разорвись, но выполни, а если не уверен — не говори. Только отвечая за свои слова ты будешь оценен достойно окружающими, и только так ты сможешь достигнуть желаемого, кем бы ты не был».
Куля потом часто анализировал это правило и убеждался в его правильности и универсальности. Не важно когда, в какие времена происходят события, и не важно кто ты, бизнесмен или дворник, важно уметь отвечать за свои слова — это и есть фундамент веры в себя.
