руками и с тяжелым вздохом взъерошил волосы. От удушливой жары они слиплись на лбу, и Калеб решил, что возможно поможет освежающий душ. Неслышно выскользнув из комнаты он спустился вниз. Яркая вспышка молнии на миг озарила все вокруг. За окном бушевал такой ураган, что Калеб почувствовал себя еще более неуютно. «Чертов старик» — раздраженно подумал парень. Если бы не его дурацкие предостережения, Калеб даже не придал бы значения ненастью. Теперь же этот свист, вперемешку с раскатами грома приводил в смятение его разыгравшуюся фантазию. Он подошел к большой террасному двери и прислонился к прохладному стеклу. Где-то там вдалеке, стонали и вздыхали волны, разбиваясь об острые скалы. Море словно стало живым существом, и оно взывало и молило о помощи. На мгновение Калебу показалось, он слышит этот зов. Протяжный, исполненный тоски.
«Калеб… Калеб… На помощь, Калеб… Калеб, я здесь…»
Листва, хлещущая по черепице крыши, гулкая дробь капель дождя в окно, все слилось в единую какофонию, играя с сознанием парня. Калеб прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Даже сквозь плотно закрытые веки он увидел очередной белый всполох. Всего через несколько секунд грянул гром. Он затрещал с такой силой, и настолько близко, что Калеб невольно вздрогнул. Может, старик был прав? И небеса разверзлись, чтобы поглотить его, за все грехи, за все, что он делал, не задумываясь ни о чем и ни о ком, кроме собственного эго. Гром прокатился по окрестностям еще раз, и Калеб четко и совершенно ясно услышал чей-то крик. Душераздирающий, полный бессилия и отчаяния, он раздавался откуда-то издалека, и Калеб молниеносно распахнул глаза. До боли он начал всматриваться в зеленую чащу. Огромные листья бесновавшихся от порывистого ветра пальм, создавали причудливые образы, и дразнили Калеба, путая его и обманывая призрачными видениями. Калеб яростно потряс головой. Это все усталость, не иначе. Он твердо решил, что нужно все-таки вернуться в постель, но на улице снова закричали. Калеб ясно слышал зов о помощи. Не задумываясь, он распахнул дверь и рванул на улицу. Стоило ему спрыгнуть с лестницы, босые ноги тот час увязли в грязи. Пронизывающий ветер едва не сбил Калеба с ног. Потоки воды словно лезвия резали кожу. За секунду Калеб промок до нитки. Он быстро огляделся, но вода заливала глаза, напрочь лишая зрения. Вспышка молнии пришлась как раз кстати. Благодаря ей, Калеб ясно увидел лачугу Руфорта, в окне которой маячил слабый свет. Калеб хотел было пойти к нему, чтобы спросить, не слышал ли старик тот странный крик, как он повторился вновь, еще сильнее. На этот раз Калеб отчетливо слышал его. Нет, это точно не его фантазия, не происки ветра, кому-то и правда нужна была помощь. Калеб больше не медлил. Он бросился в сторону пляжа, откуда доносился крик, который с каждой минутой превращался в протяжные стенания. Голос был женский, пробирающий до костей. Словно его обладательница ведет неравную борьбу со смертью. Калеб боялся не успеть. Легкие разрывало от жгучего холода. Но он не обращал на это внимание, ноги несли его вперед. Однако, как только Калеб выбежал на берег, крик неожиданно стих. Кроме грохота волн о скалы и завывания ветра, ничего не нарушало монотонного шума проливного дождя. Но Калеб не мог так просто сдаться. Он торопливо пошел по берегу, всматриваясь в кромешную угольную темноту. Она была настолько непроницаемой, что в какой-то момент стала казаться Калебу опаснее волнующегося моря, опаснее шторма. Темнота путала, обволакивала и заманивала в свои объятия. Калеб перестал ориентироваться, где он. Куда бы не падал его взгляд — всюду было темно. Просто черная пустота, в которой он окончательно заблудился. Калеб умел ориентироваться на местности, он понимал, что сейчас может полагаться только на слух. Самое главное — держаться подальше от воды, иначе пучина одним холодным объятием могла утащить вслед за собой. И Калеб пятился от нее назад, отступая в джунгли. Но чем больше он отступал, тем громче раздавался рев водной бездны. Калеб замер. Ветер рванул с такой силой, что Калеб рухнул на колени прямо в песок.
«Калеб… Калеб, помоги мне…». Голос звучал словно в голове, он был повсюду, захлебывался глухим эхом, то опускался до едва уловимого шепота, то взвинчивался резким воплем.
— Что тебе надо? Скажи, где ты!!! — изо всех сил закричал Калеб, но темнота не ответила.
— Как тебе помочь?! — снова спросил Калеб и он мог поклясться, что воздух вокруг него задрожал от мелодичного смеха.
«Калееееб»… В таинственном голосе не осталось и намека на страх и боль. Теперь он словно дразнил парня, издевался, заигрывал. Эхо дохнуло где-то рядом, рассеиваясь вдали, но тут же отрикошетило с удвоенной силой. Калеб резко отпрянул, когда прямо над его ухом чистый и звонкий голос произнес: «Я здесь, Калеб!»
— Калеб! Калеб, ты здесь?
Парень уже не мог разобрать, кто его звал. Однако, как только лучи от сигнальных фонарей ударили ему в лицо, он понял, что перед ним не призраки. Вдали показались темные фигуры Руфорта и Ника. Оне спешили к нему, заставляя темноту и таинственный шепот отступать. В последнем Калеб явственно чувствовал разочарование.
— Калеб, ты что мать твою творишь! — Руфорт схватил парня за руку и рывком поставил на ноги. Но тот не мог ответить. Губы посинели от холода, зубы стучали, не давая возможности произнести ни единого слова.
— Я говорил оставаться дома! Говорил! — грозно орал старик, одновременно накидывая на плечи парню дождевик. В это время Ник сочувственно кивал. Он не осмеливался перебивать Руфорта, слишком тот был зол.
— Дружище, чего тебя вообще понесло в такую погоду на улицу? — наконец, робко спросил он.
— Я н-н-н-н-не знаю, — язык плохо слушался Калеба, — я ус-с-с-с-лышал крик. Мне пок-к-к-к-к-казалось, кому-то н-н-н-ужна п-п-п-помощь.
В ту же секунду Руфорт остановился и схватил Калеба за плечо, резко развернув к себе лицом.
— Что ты сказал? Ты уверен?
Калеб покачал головой. Он уже ни в чем не был уверен, но все же не хотел, чтобы его сочли сумасшедшим.
— Д-д-да. Поэтому и п-п-пошел.
Руфорт чертыхнулся себе под нос и злобно сплюнул.
— Послушай, малый, — обратился он к Нику, — Держи фонарь крепче, и отведи его домой! Не сворачивай с тропы.
— А вы? — Ник напрягся, и Калебу на миг показалось, что в глазах приятеля промелькнул страх.
— А мне нужно кое-что проверить. Я догоню вас. Идите, пока этот дурак в конец не замерз. Ветер ледяной, еще не хватало подхватить горячку. Идите! — рявкнул Руфорт и Ник не осмелился спорить. Он поднял фонарь высоко над головой и
