Читаем без скачивания Представитель - Алекс Орлов

Как раз в тот момент, когда один из разбойников стал устраиваться для стрельбы, Джо изменил направление движения, и их буер начал сближаться с противником.

Похоже, для разбойников это стало сюрпризом, они не ожидали от добычи такой прыти. Последовало несколько запоздалых выстрелов, которые, впрочем, лишь взметнули фонтанчики соли, не причинив никому вреда.

Двухмачтовый гигант сбавил скорость, желая избежать тарана, однако Джо именно на это и рассчитывал. Он подвел свой буер вплотную к вражескому аппарату, правым колесом легко поддев его нос, и, проскочив дальше, ушел от столкновения, сбив при этом переднее колесо противника.

Двухмачтовый буер на мгновение встал на нос и, легко оторвавшись от земли, перевернулся вниз мачтами, ломая их и теряя обрывки паруса и оснастки. А Джо Беркут выровнял свой аппарат и снова погнал его к холмам, туда, где их дожидалась повозка с флегматичным лахманом.

Майк боялся, что другие разбойники начнут их преследовать, однако те сразу отстали, обескураженные внезапной потерей своего флагмана.

Глава 6

Едва первые лучи солнца коснулись лица Дюка Лозмара, он вздрогнул и сразу проснулся. Затем приподнялся и медленно обвел глазами комнату. Вспомнив, где находится, Дюк откинулся на подушку и уставился взглядом в потолок, по которому ползали две огромные мухи. Их брюшки отливали ультрамариновым блеском, и на мгновение Дюку показалось, что он бредит.

«Откуда здесь мухи?» — подумал он, но тут же вспомнил, что накануне вечером застрелил Жуасо. При прежнем вожаке этот парень играл роль первого заместителя, однако его выступления Дюку не слишком нравились.

Этот поганец получил пулю, как только дал к тому повод, и теперь валялся где-то неподалеку и отвратительно вонял.

Дюк поднялся со скрипучей кровати и обнаружил, что спал не один. Замотавшись в несвежую простыню, на кровати храпела худосочная девица. Ее звали Триш, это Лозмар помнил. Она тоже досталась ему по наследству от Джема Лифшица, жестокого разбойника, собиравшего свою золотую и кровавую жатву долгих семнадцать лет.

Дюку удалось отравить Джема, хотя тот был хитер как лиса. Он заставил Дюка выпить первым поднесенную чашу, однако тот был хитрее и накануне принял противоядие.

Лифшиц харкал кровавой пеной всю ночь, а наутро отдал концы. И когда впервые встал вопрос о преемнике, Жуасо кричал, что он лучший претендент, однако Дюк Лозмар провозгласил себя новым главарем банды и предложил любому несогласному оспорить это право в честной схватке.

Дюк понимал, что против его стальных мускулов никто не сунется — самоубийство в банде не считалось подвигом. И он не ошибся: никто не проронил ни слова, и все приняли его за главного.

Один только Жуасо не хотел смириться. Но теперь это уже в прошлом.

Почувствовав на себе тяжелый взгляд, Триш тоже проснулась. Она не меньше минуты таращилась на Дюка, пока наконец не признала в нем своего хозяина.

— Пупсик, у нас осталось что-нибудь выпить? — спросила она, с трудом отрываясь от сплющенной подушки.

— Триш, сколько тебе лет? — неожиданно спросил Дюк, глядя на иссохшее тело женщины с несвойственным ему состраданием. Ему даже и думать не хотелось о том, что он занимался с ней сексом. Не хотелось до тошноты.

— Ты… ты сбрендил, парень? — наконец произнесла она. Еще никто не задавал Триш подобных вопросов за все время пребывания ее в банде.

Дюк, ничего не говоря, поднялся, толкнул скрипучую дверь и вышел из ветхого домика.

Сделав пару шагов, он чуть не наступил на беднягу Жуасо. Тот действительно валялся совсем рядом с апартаментами предводителя, и, помимо флегматичных мух, по нему ползали быстрые рыжие муравьи.

— Фагот! Фагот! — проорал Дюк, словно вызывая дух доктора Лосферга.

Фагот был одним из новообращенных. При Джеме Лифшице все, кому не лень, мешали его с дерьмом, а Дюк его возвысил и не ошибся. Фагот готов был носом рыть землю, чтобы только угодить новому хозяину.

— Я здесь, адмирал! — отозвался верный слуга, появляясь из ближайшей землянки. Лицо Фагота напоминало кочан мороженой капусты, но он бодро улыбался, стараясь не показывать виду, что накануне сильно перепил.

— Дружище, закопай эту падаль, она мешает мне думать! — сказал Дюк, показывая на труп Жуасо.

— Будет сделано, адмирал Лозмар, — отчеканил Фагот и даже попытался козырнуть, но только до крови оцарапал нестриженым ногтем ухо.

— И еще одно дело. — Дюк с таинственным видом поманил Фагота пальцем.

Тот подошел.

— Как ты думаешь, сколько Триш лет? — спросил Дюк.

Фагот пошевелил бровями, почесал макушку.

— А что?

— Иди копай, — буркнул Дюк и пошел к бочке с мутной водой, чтобы освежиться.

Теплая вода неожиданно отрезвила его, и Дюк решил одеться, чтобы своим непотребным видом не разлагать подчиненных, не подрывать дисциплину.

Когда он снова вышел на воздух, жизнь в разбойничьем поселении уже входила в привычную колею. Все бродили злые, высматривая, на ком бы сорвать свое дурное настроение, готовые на любые подвиги.

У Джема Лифшица была своя собственная система планирования нападений, однако Дюк не успел ее постичь, так что приходилось импровизировать.

— Свободные люди острова! Давно мы не тупили наши ножи.

— Давно! — проорали подельники, ожидая от вожака новых приключений.

— А там на холмах, всего в трех часах пути на буерах, стоит богатая ферма! Ферма куркуля Каспара, которому вы не прочь выпустить кишки.

— Не прочь! — проорали члены банды, потрясая ржавыми ножами.

— Тогда предлагаю сегодня же отправиться на разведку! На наших буерах!

И снова крики одобрения сотрясли окружающее пространство.

Между тем Дюк, по мере того как солнце пригревало сильнее, обретал все явственнее облик прежнего ужасного Дюка, человека, склонного к приступам иссушающей злобы и беспричинной жестокости.

Едва сдерживаясь, чтобы не начать стрелять в кого попало, он срывающимся голосом перечислил разбойников, которых выбрал в разведывательный отряд.

Затем все толпой спустились на пристань, где стояло около десятка буеров. Впрочем, половина из них была сломана. Разведчики погрузились на те, что еще держались на колесах.

— Вперед, захватчики! — воскликнул Дюк, запрыгнув на палубу двухмачтового флагмана.

Он потребовал винтовку и принялся палить во все стороны, надеясь подстрелить хоть что-то живое. Однако природа соляных долин была скупа и неотзывчива, и никто, даже самый глупый кролик не забрел сюда с холмов, чтобы своей гибелью потешить воспаленный разум жестокого Дюка. В последний момент он заметил вышедшую на пристань Триш, но в его винтовке больше не было патронов.

Лишь резкий порыв вольного ветра немного успокоил демонов Дюка Лозмара, и он отдался созерцанию проносящегося пейзажа и вою спрессованного воздуха, рвущего полотнища парусов. Буер уносил Дюка все дальше, и на смену тоске приходило предвкушение новых приключений.

Вскоре остров, на котором базировалась банда, скрылся за горизонтом, и стремительно несущиеся буера оказались средь соляного пространства. Лишь гудели паруса да шелестели покрышки колес, неся разведчиков ближе и ближе к стране холмов и богатых непуганых фермеров.

«Если повезет, я уже сегодня убью старика Каспара», — вглядываясь в горизонт, подумал Дюк. Никто не мог помешать ему сжечь эту ферму и забрать драгоценных туков. Никто. Он и раньше ухитрялся держать в страхе всех работников фермы, включая самого Каспара, а уж теперь…

Еще он принуждал к сожительству четырех женщин, две из которых были замужем. И Тритни, конечно, но та не в счет, поскольку была заранее оплачена.

Вот только Софи Баварски строила из себя недотрогу, и именно поэтому Дюку хотелось ее. Ах как ему ее хотелось! Даже сейчас он испытывал необыкновенное влечение к уже не существующей девушке. И оттого, что ее уже не было в живых, Дюку было еще досаднее. Да, он убил ее, но такую девушку, как Софи, можно было бы убить четыре раза, и ему все равно было бы мало.

— Адмирал, впереди холмы! — вывел Дюка из тяжелых раздумий противный голос Фагота.

«Убью я его. Как только найду подходящую замену», — пообещал себе Дюк, однако вслух произнес:

— Смотреть внимательно. Может, заметим стадо туков — их частенько пасут тут на склонах.

Прошлую добычу, которую удалось захватить неделю назад, разбойники уже пропили. На рынке в Куцаке за скот дали совсем немного, поскольку туки были в плохом состоянии.

Дюк хотел пристрелить несговорчивого покупателя, но тот пригрозил, что за ним следит полиция, и бандит пошел на попятную.

Денег Дюк выручил мало, хотя получил в плечо пулю от сопровождавших стадо гиптуккеров. Их было всего пятнадцать человек, но они дрались до последнего. А один даже сумел уйти, тот самый, который и ранил Дюка в плечо. Дюк переживал из-за этого ранения, посчитав его личным оскорблением, впрочем, он надеялся еще встретить этого гиптуккера на узкой дорожке.