После нашего неожиданного возвращения нам пришлось провести с Дмитрием и Скопиным-Шуйским основательную беседу. В её ходе мы объяснили императору и командующему кем мы на самом деле являемся, и с какой целью занимаемся своей деятельностью. В общем, Дмитрий и Михайло ребята были неглупые и уже сами начали кое о чем догадываться, особенно после того как мы переправили к ним бывшего майора Красной Армии Петра Журавлева и аспиранта МГУ Илью Ясуловича. И император, и воевода были весьма прогрессивными для семнадцатого века людьми и сумели понять основы теории перемещения во времени. А самое главное – адекватно это воспринять. Теперь у них не вызывало удивления появление различных технических устройств, аналогов которым в их современности не существовало. Это были радиостанции, нарезные казнозарядные орудия, двигатели внутреннего сгорания, дизель-генераторы. А нам больше не нужно было выдумывать дурацких объяснений, мотивируя наличие у нас подобных чудес.
Жену я нашел у подножия холма, где она гоняла бригаду потных мужиков, заливающих бетоном фундамент строящегося здания арсенала. Рабочих мы набирали во внутренних областях России. А прорабы были выпускниками Академии зодчества, открытой в Москве четыре года назад стараниями Ильи Ясуловича. Если технику и стройматериалы мы могли свободно таскать с «базовой», то людей в новый город приходилось завозить сложным кружным путем. И войска и строители спускались на стругах по Днепру до самого устья. В лиманах у нас была перевалочная база. Там люди пересаживались на моторные баркасы и по ночам, крадучись вдоль побережья доходили до Грозного. Эта дорога была названа «дорогой жизни». Ни турки, контролировавшие море, ни татары, контролирующие берег, пока не сумели обнаружить наш тайный маршрут.
Увидев меня, Маша заулыбалась, а строители стали неловко кланяться, восклицая:
- Будь здраве, воевода!
- Надо вставать по стойке «смирно» и хором говорить «здравия желаем, воевода»! – строго сказал я, еле сдерживая смех.
- Здравия желаю, батюшко воевода! Ты никак трапезничать собрался? – старательно имитируя местный выговор, стала дурачиться Мария. Я взял жену под руку, и мы пошли в адмиралтейство, пересекая наискосок Белую площадь, названную так из-за того, что все окружающие её дома были построены из белого крымского камня. Над входом в здание таможни висел огромный, десятиметровый транспарант: «Заплати налоги, пес, и смерди спокойно!» С этим рекламным слоганом на прошлой неделе прикололся Горыныч, но на приезжих купцов призыв действовал просто убийственно.
- Сережка, до обеда ещё десять минут, - сказала Маша, когда мы вошли в Адмиралтейство и уже собирались подниматься на второй этаж, в столовую, - пойдем выйдем на «базовую», я маме позвоню.
- Хорошо, - не стал спорить я, прекрасно зная трепетное отношение своей жены к родителям. Мы свернули в боковой проход, ведущий в большой зал, который занимал целое крыло здания. Здесь стояло огромное развернутое «окно». Проход охранялся десятью морскими пехотинцами в полном боевом, да не с кремневками, а с АК-104. Ещё столько же охранников стояло с обратной стороны зала, у ворот, через которые провозили с «базовой» крупногабаритные грузы. Такие меры предосторожности были приняты на случай нового нападения африканских боевиков. До сих пор они каким-то образом умудрялись «унюхивать» активные «окна».
Маша, на ходу доставая сотовый телефон, пересекла границу реальностей. Я рассеянно обошел установку по кругу, машинально проверяя узлы крепления проводки. На то чтобы держать «окно» развернутым уходила масса энергии. На «базовой» даже стоял дизель-генератор со списанной подлодки. На такие ухищрения приходилось идти из-за того, что мы постоянно лазили из семнадцатого в двадцать первый век, таская на себе кучу оборудования и материалов. Хорошо ещё, что в нашем мире Севастополь перестал быть закрытым городом. А то при Советском Союзе нам вряд ли удалось бы купить огромный ангар, в непосредственной близости от военного порта. С властями самостийной Украина договориться было гораздо проще. В третьем тысячелетии «окно» охранялось не менее строго.
К моему немалому удивлению вернулась Мария не одна. С ней были Косарев, Крюков и Тихомирова, которым полагалось сидеть в Москве и развивать отечественный автопром.
- Что-нибудь случилось? – спросил я, обмениваясь с мужиками рукопожатием.
- На Черном море чеченские террористы захватили пассажирский паром с гражданами России, - ответил Влад.
- Боюсь, что спецслужбы вряд ли решаться на штурм, - добавил Антон, - и мы решили помочь в установлении справедливости.
- Хорошее дело, - одобрил я, доставая из поясной сумки ПДУ и сворачивая «окно», - теперь у нас будет куча времени на подготовку!
- Я же говорила вам, что мы вполне успеем пообедать, - сказала Маша офицерам, - вы же только с самолета. А вы раскричались: «быстрее, быстрее».
- Мы разве кричали? – удивился Антон, - а, понял! Шутка… Никак не привыкну к вашему сленгу.
- Пойдем к столу, – предложил я, - сейчас все наши соберутся, тогда и решим, как будем действовать.
За обедом, как обычно прошедшим в атмосфере дружеских подначек, мы обменялись с московскими гостями последними новостями из двух миров. И только когда подали кофе, мы приступили к выработке конкретного плана. Я сразу предложил подкрасться к парому по этой реальности. А чтобы не ошибиться с местом прибытия, использовать «глазок» последней Гариковой модификации. Игорь уже настолько миниатюризировал устройство, что оно стало размером с сотовый телефон. Приблизившись к судну, развернуть «окно» так, чтобы сразу оказаться во внутренних отсеках. А уж найти террористов и уничтожить их – дело техники. У Влада был приборчик, который можно было назвать хомодетектором. Этот хитрый аппарат не только видел месторасположение хомо сапиенсов через любые препятствия, но и показывал, есть ли у них оружие. Незаменимая вещь для подразделений антитеррора.
- А на чем мы по морю пойдем? – спросил Влад, уже привычно озадаченный столь быстрым решением задачи.
- Да у нас же здесь целый флот! – обиженно воскликнул Мишка.
- Вы же сами говорили, что собираетесь строить только деревянные парусные корабли! – объяснил Влад. – А под парусами мы туда будем неделю добираться!
- Ну, во-первых время не имеет значения, «окно» Серега свернул, так что могли бы дойти и под парусами, - веско сказал Горыныч, - а во-вторых я сегодня закончил установку на самом быстром корвете дизелей. Так что теперь скорость хода «Молниеносного» повысилась до тридцати узлов.
- Хорошо, Игорь! С транспортом вопрос решен, - ответил Косарев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
