Саманта сделала попытку убраться с пути этого человека, прижавшись к боковой стенке лестницы, но не успела. В ловком прыжке он поймал мяч, пролетавший прямо над ней, а самое Саманту заметил лишь тогда, когда уже падал на нее. Реакция его была мгновенной. Он успел одновременно выпустить из рук мяч и схватить Саманту в тот самый момент, когда она уже начала падать.
Крепко обхватив руками, он рефлекторным движением защиты прижал ее к себе. Она успела лишь судорожно глотнуть воздух.
На какой-то миг она оказалась в его объятиях. Он был выше ее ростом — возможно, где-то за метр восемьдесят. Но так как он импульсивно склонился к ней, их глаза оказались на одном уровне. Два незнакомых человека, почти оторванные от окружающего мира… Сзади — высокая лестница, перед ними — лестница соседнего дома, сбоку — ограда и корзина с цветами… Саманта хотела было поблагодарить этого молодого мужчину, но, едва взглянув на него, она позабыла все слова.
Он был чрезвычайно красив собой. Черные вьющиеся волосы, тяжелые черные брови, темные глаза с такими ресницами, за которые любая женщина отдаст полжизни. Рот с пухлыми губами, будто созданный самим великим Микеланджело. Но при всей своей красоте он выглядел отнюдь не женственно. И дело было даже не в его переломанном в нескольких местах носе, не в трехдневной черной щетине на подбородке и не в мощных мускулах. Мужское начало просто окружало его, как ореол. И это сразу заставило Саманту почувствовать себя слабой и беззащитной, будто она была девушкой в пышных бледно-розовых кружевах. От этого человека исходил не искусственный химический запах всяких снадобий, которые можно приобрести в лавке. От него пахло настоящим мужским потом, немного — пивом и еще — горячей от солнца и физических упражнений бронзовой кожей.
Но все-таки именно рот этого мужчины покорил и очаровал Саманту. Это был самый красивый мужской рот, какой она только видела. Он выглядел одновременно твердым и нежным, и она не могла оторвать от него взгляда. И когда заметила, что эти губы приближаются к ней, она не стала сопротивляться. Поначалу они прижались к ее губам нежно, будто спрашивая разрешения. Поддавшись инстинкту и желанию, Саманта чуть приоткрыла рот под их натиском, и они прижались сильнее. Она не смогла бы оторваться от этих теплых, ласковых губ, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Тем не менее какое-то внутреннее чувство заставило ее поднять руку для сопротивления, но та лишь инстинктивно опустилась на его плечо. Саманта уже почти не помнила, когда последний раз ощущала мужское тело в своих объятиях. Но такого плеча, как это, ей не доводилось ощущать еще никогда. Ее пальцы скользили по твердым, крепким мускулам, как бы пытаясь зарыться в них.
Когда она обхватила его плечо, он прижался еще сильнее. Его большое, крепкое, тяжелое тело почти слилось с ней. Рука Саманты, соскользнув в вырез майки на спине, ощутила бугры мышц.
Ей показалось, что она сейчас растворится в его теле, из груди вырвался стон.
Обхватив своей большой рукой ее затылок, мужчина повернул ее голову к себе и начал страстно целовать. Она еще никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Он целовал ее именно так, как она всегда мечтала, как бывает лишь в добрых сказках, как пишут в прекрасных книгах, как никто никогда ее раньше не целовал.
Руки Саманты крепко обняли его шею, она чувствовала между своих узких бедер его большое мускулистое бедро. И обнимала его все крепче.
Его губы мягко соскользнули на ее шею, затем начали целовать мочку уха, а руки двигались все ниже и ниже по спине. Захватив руками ее ягодицы, он перенес всю ее тяжесть на свое бедро, а его рука опустилась по ее ноге и подняла ее так, что лодыжка оказалась на уровне его пояса.
— Эй, Майк, ты собрал вокруг себя целую толпу людей!
Поначалу Саманта даже не услышала этого голоса. Она растворилась в чувствах.
Но мужчина услышал. Он вырвался из объятий Саманты, оторвал от нее губы и, поглаживая большим пальцем ее щеку, глядел ей в глаза и улыбался.
— Послушай, Майк, не это ли твоя давно пропавшая сестренка? Или это подружка, которую ты подцепил на углу?
Наклонившись, мужчина еще раз нежно поцеловал Саманту и отпустил ее лодыжку, затем взял Саманту за руку.
В тот момент, когда он выпустил ее из объятий, к Саманте вновь вернулась способность соображать. И первое чувство, которое она ощутила, был ужас. Страшный, всеобъемлющий ужас от мысли, что же она такое натворила. Она пыталась выдернуть свою ладонь, но мужчина держал ее крепко.
Перед ними стояли трое потных, расхристанных парней, из тех, что носят сигареты, завернутые в рукава футболок, и пьют на завтрак пиво. Они смотрели искоса, на их лицах застыла ухмылка, будто они знали о чем-то таком, о чем знать не следует.
— Так, может, ты представишь нас?
— Конечно, — сказал мужчина, удерживая руку Саманты, несмотря на все ее попытки вырваться. Он выдвинул ее вперед.
— Познакомьтесь, это… — и обернувшись, посмотрел на нее вопросительно.
Саманта отвернулась. Она боялась вновь взглянуть на это лицо. И без всякого зеркала знала, что ее щеки залиты яркой краской стыда. Однако ей удалось выдавить из себя:
— Саманта Эллиот.
— Ах, вот как? — удивился мужчина. Он повернулся к парням, прервав их нарочито громкое обсуждение того факта, что Майк, оказывается, еще не познакомился с дамой, которую несколько мгновений назад целовал так, что, казалось, хочет проглотить.
— Познакомьтесь, пожалуйста, это моя квартирантка, — расплывшись в улыбке, объявил мужчина. — Она будет жить со мной в моем доме.
Эти слова прозвучали с гордостью и удовлетворением.
Саманта резко дернулась и освободила свою руку. Только что ей казалось, что она испытала предел унижения, но, сообразив, кем был этот мужчина, она поняла, что такое настоящий позор. Испуг, унижение, паника переполнили ее. Ей хотелось убежать. Или умереть. А еще лучше — то и другое одновременно.
— Вот это жиличка! — хмыкнул один из парней, окинув ее взглядом с ног до головы и плотоядно посмеиваясь.
— А со мной не хочешь пожить, девочка? Ты только дай знать! — загоготал второй.
— С ним и с его женой, — подхватил третий парень, игриво пихнув второго под ребра. — А вот я, дорогуша, не женат. Я буду хорошо заботиться о тебе. Лучше, чем Майк… Гораздо лучше!
— Эй, катитесь-ка отсюда! — крикнул Майк в ответ, но крикнул шутя, без всякой враждебности в голосе. Потом поднял мяч и бросил его парням.
Один из них поймал мяч, и все трое пошли вниз по улице, задирая друг друга и смеясь.
Мужчина повернулся к ней и произнес!
— Я Майк.
Он протянул ей руку для пожатия и, кажется, даже не понял, почему Саманта стояла не шелохнувшись и глядела на него.
