бы расстрелял.
Знакомые слова, имя и фамилия сработали триггером, заставив генерала крикнуть мне: «Остановись!» Переводчика и моих командиров он прогнал и заставил меня вернуться. Указал на стул рядом с его столом и с сильным акцентом бросил мне: «Сьядись».
— Русский?
— Русский. И не я один в моём отряде, — начал я, а затем перешёл на корявый испанский. — Ваши военные думали, что я их не понимаю. Напрасно. У меня для вас, как своего старшего товарища, есть кое-какая информация, которая вас заинтересует.
Генерал откинулся на спинку стула и ничего не ответил, предпочитая слушать, а не задавать лишние вопросы.
— Не находите странным, что ваши подразделения до Гаваны так и не добрались? Ваши коллеги при помощи бронетехники, вертушек и тысяч бойцов добровольческих отрядов Гаваны сметают врагов, не экономя боеприпасы, а вы уже два часа не можете подкрепления получить, кроме нас и жалкой сотни солдат с выпученными от страха глазами. Ваши позиции самые шаткие. Ваше направление атаки — самое тяжёлое. Враг может напасть на вас и смять со всех сторон, но… К вам прислали «вонючих наёмников», которые решили поселиться на Кубе и отжать у вас кусок земли… В прежние времена и за меньшее убивали, да?
— Что ты узнал?
Ха, как быстро ты клюнул и заглотил наживку, старик…
— Ничего конкретного… просто слишком много совпадений. Например, отправка подкреплений на фланги, которые и без них вполне успешно справляются. Но, как меня учили… Если есть вероятность того, что что-то ужасное может случиться — оно рано или поздно случится.
— Хм… Когда ехал, внимательно смотрел на дорогу?
— Да.
— Сколько линий заграждения было в этом районе? Там главное отделение полиции и много военных складов на окраине города.
— Три на внешнем кольце и три на внутреннем…
— Вот суки… — сжав кулаки и зубы, выдавил из себя генерал Сантьяго.
— Внешнее оцепление это норма. А внутреннее — преграда на пути зомби, после того как нас сметут. Верно?
Старик промолчал, но его молчание было красноречивее любых слов.
— Не могу только понять зачем? Страна в опасности, американцы творят неизвестно что, враг повсюду…
— Потому что они верят, что смогут уничтожить всех зомби. Поняли их слабость. Оценили свои силы и посчитали количество выживших членов правительства и генерального штаба. Уверен, те, кто сговорился, довольно высоки в иерархии власти. Но не выше вас. Говорят, вас выдвигали кандидатом в президенты пару лет назад… Как думаете, есть у них шанс зацепиться за власть, если вы возьмёте контроль над армией?
Мои слова ложились в благодатное русло его собственных страхов, размышлений и опасений. Мог ли он мне доверять? Не больше, чем любому другому чужаку. Мало ли кто послал меня и поделился сведениями о подготовке генерала почти полвека назад в особом учебном заведении их союзника. Но слова словами, а факты фактами. Он и сам видел, что творится какая-то ненормальная дичь. Его приказы терялись. Подкрепление не доезжало. Боеприпасы и заграждения прибывали с огромной задержкой. Одно дело — если бы это всё было повсеместно. Тогда никаких поводов для мыслей о предателях не было бы. Но когда он наблюдает успех и многочисленные передвижения техники в других частях города. Когда он слышит, как работают пулемёты и пушки БТР, не замолкая ни на секунду, а они тут вынуждены считать каждый патрон и с огромным риском переходить от одного квартала к другому… Тогда-то в голове и начинает просыпаться паранойя.
Я на самом деле понятия не имел, кто и что планирует против генерала. Афина не успела поделиться большим количеством сведений. Но мне хватало самого факта, и дальше пазлы очень легко складывались в не очень хорошую картину.
Не знаю, какие демоны и что шептали на ухо старому вояке прямо сейчас, но думаю, пора мне заключить с ним джентльменское соглашение.
— Они ошиблись, генерал. А вам повезло. У вас, как и у меня, не слишком много вариантов пережить ближайшие два дня. Знаю, что в письме вам рекомендовали выставить заградотряд, который уничтожит нас в случае прорыва зомби и нашего бегства. Думаю, такой же заградотряд и обвинение в дезертирстве ждут и вас, вздумай вы отступить и перегруппироваться.
— Откуда ты такой умный взялся?
— Из Сибири, — пожал я плечами и вновь подошёл к карте. — Для того, чтобы выжить — вы должны победить. Не только сохранить свои силы, но и окружить себя спасёнными людьми и верными соратниками. Я могу стать вашим другом и помощником. Если и вы придёте ко мне на помощь в час нужды. И это не обязательно будет военная помощь…
— Земля… Где ты там высадился?
— Мариэль.
— Китайский порт… Да, неплохой выбор, — кивнул он.
— Я бы сказал, один из немногих. Лайнер у нас… Немаленький. В порт Гаваны он бы не причалил.
— Говоришь, победить врага столь малыми силами? Ты представляешь, сколько там зомби?
— От ста до двухсот тысяч в центральном районе…
— Мои разведчики доводят мне примерно такие же цифры. И в чём состоит твой план? Как ты с двумястами солдат-самоучек собираешься очистить Гавану?
— Если генерал проявит свой талант полководца и немного поможет нам… — Я поднялся и развернулся в сторону двери. — Из вашего окна не видно. Давайте пройдём в кабинет напротив.
Я вышел, придержал дверь, и пожилой генерал вышел наружу. Мы проследовали в соседний кабинет, из которого ясно было видно алое сияние в центре города.
— Немного в стороне от того места, куда вы нас отправляли… Это терминал — считайте, склад с бесконечными боеприпасами. Не знаю, кто его контролирует — но это должны быть мы с вами. Вы знаете о терминалах?
— Слышал. Но не сталкивался и не особо верю в эти слухи… — Генерал осмотрел мою униформу и оружие и коротко добавил: — Не верил.
— Позвольте пригласить вас к карте и немного скорректировать наш план атаки… Думаю, вы и сами понимаете, что прежний план близок к суициду…
В итоге мы потратили больше двадцати минут на экстренное совещание и перегруппировались. Генерал согласился дать нам целых два из пяти БТРов в качестве прикрытия. Немного автомобилей, наш пикап и сотня бойцов генерала. Половина из них была из числа доходяг, присланных вместе с нами в качестве подкрепления, другая половина — проверенные бойцы генерала.
Он поставил условие — что первыми к терминалу должны попасть его бойцы.
