Это если он захвачен зомби. Если же вокруг люди и отряды сопротивления… Всё равно они заходят первые. Это был достойный компромисс. Люди генерала получили пару сигнальных пистолетов. Если захватим — стреляем по разу каждые тридцать секунд. Если нам жопа — два выстрела в формате один за одним.
— Собираемся… — Наконец-то закончился ад планирования, и я построил бойцов, готовясь вывести их за пределы удерживаемой линии обороны.
Успели гаванцы отбить парочку районов, в то время как зомби то сбивались в стаи, то разделялись, стремясь добраться до источников звука, который раздавался со всех концов города. Не замолкающая ни на миг стрельба стала спасением для города. Пока ходячие мертвецы дёргались в разные стороны, большая часть из них повредили связки ног и теперь довольно медленно ковыляли.
Наш отряд оказался напротив построенных на скорую руку ворот и забора, наглухо перекрывшего узкую улочку. Другие были также наглухо перекрыты, в том числе при помощи автомобилей, мешков с песком и так далее. Двери и окна на первые этажи были намертво заколочены, а в окнах лишь изредка показывались испуганные местные жители. Они не бежали и не эвакуировались из города… Попросту некуда им было идти. Везде — смерть и страдания.
— Сейчас мы зачистим площадку перед воротами, после этого сюда начнут бежать новые толпы зомби, будьте готовы отразить их атаку, — предупредил меня забинтованный молодой парень с калашниковым и старым советским шлемом на голове.
— Сколько их будет примерно?
— Иногда десять — двадцать, иногда до сотни прибегает… мы тогда снова отстреливаем их, — ответил он мне, и я повернулся к своим соратникам.
— Приготовились! Холодное оружие к бою. Первый кулак — занимает левую полосу движения и тротуар, второй — правую часть дороги. Третий и четвёртый кулаки в резерве. Зачистили — пропустили технику, дальше строимся, как командиры указывали.
Я сам стал за пулемёт, забравшись в пикап, и посмотрел на ворота. Кубинцы уже начали отстрел и довольно быстро заработали, сразу отводя упор от ворот и раскрывая сами ворота, освобождая нам путь.
— ВПЕРЁД! ВПЕРЁД!
Пошла битва. Местные с удивлением смотрели на людей, которые предпочитали драться с зомби в ближнем бою. Ну а мы тихонько накапливали очки достижений, перемещая назад уставшие первые ряды и давая полным сил и злости бойцам уничтожить врагов. Мозги разлетались по асфальту, кровь уже давно сделала его красным. Я спокойно ждал, веря двум командирам своих первых кулаков. И через десять минут, зевая, Хван махнул мне рукой, призывая заводить мотор. Первое сражение с гаванскими зомби было закончено. Чем они отличались от всех прочих?
Ничем. Разве что были немного медленнее в большинстве своём. Следующий шаг — неспешная планомерная зачистка районов и невысоких домов в три-четыре этажа. У каждого бойца на поясе был баллончик с краской, спасибо китайцам и целому контейнеру с этой крайне полезной штукой, найденному в порту. Прошли сто метров вперёд — остановились, позвали всех зомби на встречу с нашей делегацией. Выслушали их претензии («ГРА-А-А», «РВА-А-А», «УА-А-ААА») по поводу тяжести судьбы рядового зомби-мозгодобытчика и провели внутричерепную амнистию. Иногда амнистия проводилась пистолетом. Иногда — алебардой или другим холодным оружием. Следом зачищались дома в квартале, и кулаки перемещались по ближайшим кварталам, занимаясь финальной зачисткой и отмечая краской зачищенные здания.
— Мы очень медленно продвигаемся… — подошёл ко мне майор из группы прикрытия генерала Сантьяго. К моему удивлению — англоговорящий.
— Но зато у нас до сих пор ни одного убитого, мы ни разу не подбегали в истерике клянчить боеприпасы из нашей хлебовозки и бойцы до сих пор полны сил и энергии. Совершить рывок на полкилометра и сдохнуть уставшими через пару часов сражений, или за это же время пройти шаг за шагом такое же расстояние и не понести ни потерь, ни ущерба? — задал я ему вопрос, и он так же молча, как и его генерал несколькими часами ранее, отправился думать.
— Продолжаем, ребята, продолжаем. Впереди ещё сотни кварталов… Бегать будем до рассвета.
— Завтрашнего, командир? — уточнил один из бойцов четвёртого кулака.
— А тут уж как получится. Может, и неделю будем пробираться.
— Не хотелось бы… — скривился он.
— Само собой. Через четыре дня мы должны отплыть из Мариэля…
Просто я позволю этим хитрожопым ублюдкам убить побольше зомби, потратив на это как можно больше боеприпасов. Несмотря на их приказы — контракт, который подпишет лояльный мне генерал, что ждёт прибытия бойцов из его военных частей, подразумевает помощь, а не освобождение нашими скромными силами целой трети Гаваны.
* * *
В резиденции президента Кубы в это же время
— ТИШИНА! Я ПОПРОШУ ТИШИНЫ! — стучал кулаком по стойке председатель Государственного Совета Кубы и по совместительству премьер-министр.
Он был вторым человеком на Кубе… В мирное время. И после смерти предыдущего президента, страдавшего от множества болячек, имел все шансы стать новым правителем свободолюбивого народа. Тем более что многие его политические «братья» также покинули этот мир. По независящим от них причинам. И всё было бы у него просто прекрасно, если бы не одно «но»… Он занял пост временно исполняющего обязанности президента и под давлением всего происходящего был вынужден объявить военное положение в Республике. И даже несмотря на то, что телевидение не работало и лишь несколько резервных радиочастот удалось восстановить и запустить, он отдал этот приказ. И власть выскочила из его рук… Ибо он не был верховным главнокомандующим. Власть перешла к военным. И если бы он не отдал приказ добровольно — то был бы в один момент обвинён в государственной измене и подвергнут трибуналу прямо на рабочем месте.
Мужчина отбросил мысли о невозможном и попытался сосредоточиться на сохранении власти, примазываясь к фракции одного из генералов.
— Я ХОЧУ ЗНАТЬ, КОГДА ГАВАНА БУДЕТ СВОБОДНА? КОГДА НАШИ ЖИТЕЛИ СМОГУТ СВОБОДНО ВЗДОХНУТЬ! — Политик исполнял указание своего сюзерена с генеральскими погонами и разводил бучу на ровном месте. Ведь люди и так все на взводе…
Шепотки раздавались в здании правительства, окружённом плотным кольцом войск и техники. Патриоты, хитрые как змеи политики, подхалимы и тираны… Никто до конца не понимал, кто есть кто. Все гадали, кто с кем в союзе. Они очень быстро перестали беспокоиться о зомби. Ведь те не заражали. И не имели мозгов, которые могли стать препятствием на их пути к возвращению города. Двадцать тысяч солдат, сто пятьдесят тысяч резервистов и ополченцев города, техника… Этих сил более чем
