Читаем без скачивания Девочки - Лариса Столетова

(Она затянулась сигаретой, и долго молчала, глядя, как дым поднимается к потолку с хрустальными люстрами.)

Братья к тому времени окончили школу. Один ушёл в армию, другой учился в ПТУ на каменщика. Отец умер, а мать спокойно зажила на свою пенсию. Казалось, прошлое ушло и не вернётся.

Эй, официант, принеси-ка нам ещё водки… Брось, подруга, на чужой счёт, как известно, пьют и язвенники и трезвенники.

О чём я? Так вот, я была уже беременна, когда Павлик пришёл домой пьяным, он так орал, что слышали соседи. Хотя город у нас не маленький, а всё же нашлись доброжелатели, рассказали. Наверно, не всё, а то бы, я думаю, убил. Он орал, про погубленную честь, про позор. Он даже вещи не все собрал, покидал в спортивную сумку первое, что под руку подвернулось, и ушёл. Я вернулась к матери. Когда родился Ванюшка, денег стало не хватать, я попыталась давать уроки, но всё было не просто: в обшарпанную квартиру звать детей невозможно, самой куда-то ходить нужно одеваться, краситься, ехать, всё это время и деньги, оно того не стоило. В общем, когда моя знакомая рассказала, что едет в Италию на заработки, я поехала с нею. Ваня остался с моей матерью. Каждую неделю я слала им деньги. Изредка приезжала домой. И уже через полтора года смогла купить квартиру, потом машину себе и старшему из братьев (он пришёл из армии и теперь таксист). А потом в Италии появились определённые сложности – я вернулась. Теперь работаю здесь. Мои клиенты – уважаемые люди, ты многих знаешь, но я их не назову, понятное дело.

У Вани есть всё, что он хочет. У него есть няня, бабушка, любящие дядьки, двоюродный брат. Только отца нет. И уже не будет».

Наташа расплатилась по счёту, мы встали и пошли к выходу сквозь ряды заполненных столиков. Мужчины, даже те, кто пришёл со своими дамами, провожали мою спутницу восхищёнными взглядами. У порога меня ждало такси. Наташа сказала: «Прощай, подруга. И никогда никому не завидуй».

Валя

Валя с будущим мужем познакомилась в университете. Оба учились на факультете информационных технологий. Он – высокий, подтянутый, строгий, она – маленькая, пухленькая, весёлая. Казалось, между ними нет ничего общего. Тем не менее, общаясь в одной кампании, они постепенно сблизились. Оказалось, что оба любят Шекспира, оба читали «Гамлета» в оригинале. Он приходил в восторг от музыки Моцарта, она обожала Вивальди, и это тоже давало им повод к общению, потому что все их друзья слушали рок-н-ролл.

На третьем курсе Виктор представил Валю родителям. «Мы тогда даже ещё не встречались, – вспоминает она. – Просто в тот январский день мы возвращались с концерта вдвоём, так как никто из наших знакомых не любил классическую музыку. Как-то случайно Виктор предложил зайти к нему на кофе. Я согласилась, потому что замерзла – было очень холодно. Его родители были дома, мы выпили кофе, и его мама Галина Александровна просто настояла, чтобы я осталась на ужин. Их семья мне очень понравилась. Отец – врач, мать – библиотекарь, очень интересные люди. Мы проговорили до глубокой ночи, а потом Виктор пошёл меня провожать. Тогда он впервые меня поцеловал. Никогда не забуду этот поцелуй. Мы стояли в подъезде возле моей двери и уже попрощались, как он притянул меня к себе и запрокинул мою голову. А через месяц Виктор стал первым моим мужчиной. Он стал для меня мужчиной с большой буквы – Моим Мужчиной».

Вале порой казалось, что до встречи с Виктором в ее жизни не было ничего интересного, она перестала встречаться с подругами, забросила танцы, которыми занималась с одиннадцати лет, старалась всё свободное время проводить с Ним. После пятого курса Валентине предложили поступить в аспирантуру, но она отказалась, решив посвятить себя семье.

Они поженились в августе. Виктор получил от завода комнату в общежитие, через год родилась Аня. Валя была счастлива.

Со временем она устроилась воспитательницей в детский садик, куда ходила дочка. «Работа рядом с домом, и по дороге в магазин. Да, предлагали мне работать по специальности, но я отказывалась, зачем? Муж получал прилично, а я всегда стремилась поскорее домой, ужин приготовить, прибрать к его приходу». Валя растворилась в домашних делах, белые сорочки мужа и крахмальные воротнички дочери стали ее главной заботой.

Когда дочери исполнилось двенадцать лет, они переехали в собственную квартиру. Тем не менее, Виктор сохранил за собой комнату в общежитие, якобы для дочери, а пока там была его мастерская (после того, как завод во время Перестройки «развалился», он стал зарабатывать тем, что чинил компьютеры и сотовые телефоны).

«Покупка квартиры стала последним хорошим событием в нашей жизни. После перехода в другую школу Аня стала плохо учиться, часто плакала по ночам, мне пришлось уволиться и искать новую работу поближе к дому. Когда предложили место в методическом отделе института культуры, я пошла, хоть зарплата там была совсем уж маленькая. А у Виктора в голове обнаружилась какая-то опухоль. Вроде не страшная – с этим живут, но его как подменили. Всегда спокойный и уравновешенный, муж раздражался по малейшему поводу, искал недостатки во мне и в дочери, часто ссорился с нами и подолгу не разговаривал. Потом у него появилась привычка ночевать в мастерской».

Однажды Валентина не смогла дозвониться мужу и решила зайти, что бы кое-что обсудить. Муж был дома (в окне горел свет), но долго не открывал. Валя забеспокоилась, стала колотить в дверь, из соседних комнат выглядывали люди, и ухмыляясь, исчезали. Виктору пришлось открыть. В глубине комнаты на диване сидела длинноволосая девица и надевала колготки.

Валентина пришла домой вся в слезах. Дочь спросила, что произошло. Валя молча собирала вещи мужа, методично складывала глаженые сорочки, привычными жестами расправляя складочки, аккуратно складывала брюки, носки, бельё. «Мам, что случилось, в конце-то концов? – вспылила Аня. «Твой отец с нами жить больше не будет. Он нашел себе молодуху и спит с ней. Всё общежитие в курсе». «Ма, ты сама виновата, посмотри на себя, ты же толстая, неухоженная. У тебя только варка борща на уме – с тобой не о чем поговорить». Валя не ожидала такого от дочери. Она стояла и молчала, сраженная дочкиными словами. Аня ушла в свою комнату, а Валентина села в коридоре рядом с телефоном и взяла трубку. «Мне хотелось позвонить кому-нибудь, позвать на помощь, мне было так больно, но ведь не позвонишь в «скорую помощь» с такой бедою. Я оделась и вышла во двор. Постояла, подышала, стало легче, сердце отпустило. Мимо шли соседи, здоровались, заговаривали, а мне в тот момент не хотелось никого видеть. Я пошла по улицам, потом устала, села в маршрутку, куда-то ехала, выходила и шла. Зазвонил сотовый телефон, звонила Аня, но я не ответила на звонок, позвонил муж, я бросила телефон в снег. Уходя, я долго слышала мелодию звонка из сугроба. Зачем было выбрасывать телефон? Это был его подарок, и мне казалось, будто он грязный. Глядя заплаканными глазами на фиолетовые тучи на черном небе, я вспоминала, что муж прикасался ко мне, приходя от той длинноволосой. Брезгливость, отчаяние и боль смешались в моем сознании. Я брела наугад. Ближе к полночи я обнаружила себя возле дома моих родителей. Мать уже все знала, ей позвонила Аня. Мать положила меня спать, а на утро у меня поднялась температура и я провалялась в постели в доме родителей еще неделю. Аня пришла и просила прощение, я простила. Она сказала, что отец забрал вещи и живет в общежитие, а она все эти дни живет в квартире одна»…

После возвращения домой жизнь потеряла для Вали прежний смысл. Она перестала готовить, гладить и убирать, кое-как по утрам собираясь на работу, осунулась, постарела.

С нового учебного года в институте открылась вакансия преподавателя информатики. Валентина вспомнила, что она по этой специальности получила в университете красный диплом и решила преподавать. Было сложно, но душевная опустошенность заставляла ее увлеченно работать, искать новые знания. В Интернете она познакомилась с мужчиной, стала встречаться. Этот Сергей заставил ее снова себя почувствовать женщиной.

«На меня лет пятнадцать никто не смотрел влюбленными глазами, я и забыла, что значит собираться на свидание, волноваться, подбирая себе наряд».

Оказалось, что она совершенно не знает своего тела, не знает его размеров, и вообще не любит себя. Приходя в магазин, в примерочной Валентина отводила глаза от зеркала, боясь взглянуть на толстуху, упорно стремящуюся влезть в вещи на несколько размеров меньше реальных. Она решила что-то делать. Для начала перестала есть на ночь, потом стала отказываться от бесконечных чаепитий, бывших на кафедре в большом почёте. Валя удивилась: сколько времени тратится на питье чая и пустую болтовню. Когда сослуживицы жаловались друг другу на мужей, свекровей и детей, Валя гуляла по Всемирной паутине. Случайно наткнулась на список вакансий одного из ведущих банков, где требовался программист. Ей было страшно отправлять резюме, не надеясь на ответ. Но ответ пришел на следующий день. На собеседовании Валентине предложили занять должность после небольшой стажировки в Москве. «Все бросить и куда-то ехать учиться? До развода мне не пришло бы такое в голову. А теперь я была свободна в полном смысле этого слова».