и сжала грудь. Опустила вниз лямку бюстгальтера, снять который Алекс так и не удосужился. Он надавил членом, вошёл на считанные миллиметры и подался назад. Мне хотелось большего, но только я тронула низ живота, Алекс отбросил мою руку.
— Ненавижу тебя, — запустила пальцы в его волосы одновременно с тем, как он оказался внутри. Первая робкая волна теплом пробежала по телу до самых кончиков пальцев. – Ненавижу, Аверин. Ты…
— А я тебя люблю, Волчонок, — он начал мощно врезаться в меня.
Растягивая, насаживая на себя, впрыскивая в кровь новые и новые порции горячего, сладкого яда. Первую волну заглушила вторая, красное яблоко завертелось вместе с бриллиантами звёзд. Я лизнула его губу и, больше ничего не соображая, повалилась на стол. Тепло, уханье совы, красное марево…
Алекс хрипло застонал, запрокинул голову. В последний момент вышел и толчками выплеснул сперму мне на живот. Стоял между разведённых ног и смотрел на меня, поглаживая себя. Даже опавший, член его был внушительным. На безымянном пальце красовалось широкое обручальное кольцо. Всё это я видела сквозь дурманящую пелену.
Меня било дрожью, живот ныл. Тепло… Тепло и свободно. Равно так, если бы я была раскинувшей в небе крылья птицей, если бы я на безумной скорости гнала байк под раскалённым солнцем к горизонту, и встречный ветер хлестал бы меня по щекам, трепал волосы.
Я коснулась живота. Растёрла вязкую сперму и лизнула руку.
— Ты вкусный, — провела по шее.
Желание сказать ему здесь и сейчас о беременности было огромным. Нет. Раз решила в Испании, значит, в Испании. Всего пара дней осталась.
Алекс взял мою выпачканную его страстью ладонь. Втянул носом у запястья, поцеловал пульсирующую венку и потянул меня за руку, заставляя сесть. Коснулся моих волос и вдохнул уже у виска:
— Ты тоже, — сцеловал выступившую на виске испарину. – И сексом пахнешь.
— Главное, чтобы сексом не пахли твои бумаги, — я тронула губами его горло. Почувствовала усмешку. Врывающийся в кабинет ночной воздух холодком прошёлся по влажным телам, и я вздохнула. Меня наполняла приятная расслабленность. Всё бы ничего, если бы не в который раз завибрировавший телефон. Похоже, кто-то хотел моего мужа чуть ли не сильнее меня.
— Прости, — он выпустил меня. Взял трубку и нахмурился. – Да, — ответил резко.
Только лёгкая хрипотца выдавала, чем он был занят минуту назад. Но вряд ли тот, кто звонил ему, смог бы понять это.
Встав, я подняла легинсы и кинула их на стол. Взяла стакан и налила немного виски. Алекс хмурился, слушая говорившего.
— У меня другие планы… Нет…
Я отошла к окну. Нет, всё-таки это шатался мой собственный горизонт. Луна была на месте.
— Хорошо, завтра, — сказал Алекс, и в кабинете наступила тишина.
— Что у тебя завтра? – я пригубила виски.
— Ничего, — он забрал стакан. Допил одним глотком и швырнул на подоконник. – Это не важно. Важно, что у меня сегодня.
— И что же у тебя сегодня?
— Сегодня у меня ты, — сказал, задирая тунику на моих бёдрах. Он снова хотел меня. Его пах был твёрдым, опавший было член упирался мне в живот.
Я взглянула на часы на стене, снова на мужа.
— Сегодня это то, которое закончилось или то, которое началось?
— Да хрен его знает, — бросил он и накрыл мой рот своим, одновременно с этим подсаживая меня на подоконник.
Глава 2
Стэлла
Сквозь сон я слышала, как Алекс потянулся к тумбочке, как процедил что-то неразборчивое сквозь зубы и встал. Перед этим он невесомо, почти не дотрагиваясь, коснулся моих волос, втянул носом воздух у моего виска. Спала я всегда чутко, и эта ночь не была исключением.
Пока в ванной шумела вода, я лежала, глядя на собственное отражение в зеркале над постелью и не могла отделаться от ощущения, что происходит что-то странное. Раннее утро разогнало темень, небо окрасилось в прозрачно-голубой, но тревога не исчезла. Нежно-кофейная простынь складками собралась у бедра, напоминая о ночи и её откровенности. Я была совершенно голая. Рассматривала себя и пыталась нащупать ниточку, способную привести меня к моменту, когда оно появилось впервые.
— Нить Ариадны, ё-моё, — начиная сердиться на саму себя, шепнула я.
Отражающаяся в зеркале девушка шевельнула губами. Я засмотрелась на неё, ища, к чему бы придраться. Потянулась всем телом, раздумывая, не составить ли компанию Алексу. Шум воды в ванной был соблазнительным, как и перспектива разделить с Алексом душевую. Но что-то остановило меня. Вскоре стих и шум воды.
Повернувшись на бок, я прикинулась спящей, сама же из-под ресниц разглядывала широкие плечи, спину и крепкие ноги мужа, пока он, стоя у шкафа, доставал свежую одежду.
— Я всё знаю, — он вдруг повернулся. Кинул джинсы на стул и скривил уголок рта.
Пришлось признать собственный провал. Алекс лениво подошёл ко мне, и я, подтянувшись к краю, обхватила его шею.
— Мог бы сделать вид, что не знаешь, — шепнула ему в губы и ответила на поцелуй. Прикрыла глаза, наслаждаясь теплом и исходящим от мужа запахом свежести. – Твоя задница лучше любой эротической фантазии.
— Моя задница не идёт ни в какое сравнение с твоей.
У меня вырвался тихий смешок. Алекс отступил, и я легла обратно, теперь уже на его подушку.
Надев джинсы, он взял рубашку и, как был обнажённый по пояс, вышел на балкон. Встал у перил и положил на перекладину обе ладони. Простояв так с минуту, вернулся в спальню и, не задерживаясь, направился к двери.
— Хочешь, я сама приготовлю завтрак?
— Нахрена ты будешь готовить завтрак, когда твой лемур не выходит из кухни.
— Она не лемур, — возразила я с улыбкой. Поймала взгляд Алекса. Конечно, он всё понимал. Понимал страх Киры, понимал, почему я
