— Деньги в столе,— шептал тем временем Хеврон.— Купи коня, еды и отправляйся в путь.— Он опять закрыл глаза и вновь облизал пересохшие губы.— Скачи, лети, иди, ползи, прячься, изворачивайся, укрывайся,— словно в бреду бубнил он,— но доберись до Харага. Быть может, ты успеешь… Спасешь всех и возвысишься.— Последним усилием он открыл глаза, и его мутнеющий взгляд остановился на лице Халдона.— Проклятый варвар посмеялся надо мной… Отомсти…
Это были последние слова, которые услышал жрец, но и на них, равно как и на все произнесенные до того, ему было глубоко наплевать. Трясущимися от волнения руками жрец принялся обшаривать тело покойника, пока не отыскал у того за поясом связку ключей. Тогда он обернулся и, присев у стола, принялся лихорадочно, один за другим, отпирать ящики, пока не наткнулся на объемистый кожаный мешок.
Он долго, со всевозрастающим раздражением, пытался развязать стягивающую мешок кожаную петлю, но от волнения ему никак не удавалось сделать это.
Руки противно дрожали, а мгновенно покрывшиеся липким потом пальцы упорно соскальзывали с неподатливого узла. Он молил Затха, чтобы там оказалось серебро, которого, судя по весу, должно хватить надолго, очень надолго… На всю жизнь! Зато когда, наконец, тесьма поддалась, дыхание его перехватило от восторга.
Великий Затх! Золото! Здесь его было столько, что, без сомнения, хватит не только ему, но и детям останется. Правда, не было у жреца детей, но так уж принято говорить.
Погрузив руку в мешочек с золотом, он пропускал желтые кругляши между пальцами, мечтая о том, как вернется в родную Немедию, купит лавку в Бельверусе и заживет сытой, спокойной жизнью. Он обернулся, посмотрел на труп Хеврона и едва не расхохотался. Надо же было придумать такое — мстить за него! Нашел дурня! Да пропади ты пропадом вместе со своим паучьим гнездом! Удача выпадает раз в жизни, и нужно суметь не упустить ее! Жрец закрыл глаза и попытался успокоиться, понимая, что действовать теперь придется быстро и разумно, но разгулявшееся воображение не считалось с его желаниями, рисуя соблазнительные картины. Уютный домик, нежная жена, садик за домом, лавка…
«Стоп! — приказал он себе внезапно. Как там сказал этот неудачник? Он обернулся и посмотрел на труп смотрителя, словно ожидая его подсказки, но тот, естественно, молчал. Тем не менее, нужная фраза уже всплыла в памяти жреца: «Принеси Харагу весть о том, что Конан идет в Сура-Зуд, и возвысишься!» Он задумался. А ведь покойник прав! С другой стороны, стоит ли рисковать человеку, у которого уже есть в руках всего лишь, правда, синица, но зато весьма упитанная?
Впрочем, синица ведь так и так останется у него в руках. Если даже кто-то и вспомнит о пропавших деньгах,— если допустить, что кто-то, кроме Хеврона, знал о них,— то и тени сомнения не возникнет, что взял их убийца! Да и так ли уж, если вдуматься, велик риск? И он вновь задумался. Хараг уехал совсем недавно, и если он поторопится, то, быть может, сумеет догнать его у предгорий. Так что риска, пожалуй, не будет вовсе, зато выигрыш может оказаться весьма значительным!
Он улыбнулся сам себе и, быстро приведя в порядок все то, что переворошил, пока искал деньги, запер ящики и засунул связку на прежнее место, за пояс мертвецу, совершенно не задумываясь о том, что вряд ли настоящий вор стал бы делать это.
* * *
— Хвала Митре!— воскликнул Мэгил, едва лишь Конан вошел в комнату.— Мы уже боялись, что с тобой что-то случилось! Где ты пропадал?
Кроме двух убитых горем женщин и нервно шагавшего из угла в угол Тефилуса в комнате находились Брун, Мэгил и Тушка с Зулом.
— Навестил Хеврона,— коротко бросил киммериец, спокойно усаживаясь в кресло и наливая себе вина.
Глаза Мэгила округлились от удивления. Он и представить себе не мог, что после случившегося пару дней назад его друг рискнет вновь явиться в храм Затха. Зато остальные просто не поняли, где был Конан и зачем ходил туда, а поэтому сказанное им не произвело на них никакого впечатления.
Тефилус остановился и нервно сжал руки,
— Мы уже давно должны были находиться в пути! — резко бросил он, холодно взглянув на киммерийца.
— И куда ты собрался?— лениво поинтересовался тот
— В Йезуд, Конан, в Йезуд! — Тефилус явно нервничал, что было неудивительно, и потому с трудом сдерживал себя.— Куда же еще?! — почти выкрикнул он.
— Почему же они тогда ушли из Шадизара через северные ворота? — все так же спокойно задал свой очередной вопрос Конан.
— Чтобы сбить нас с толку! — выкрикнул Дознаватель, теряя остатки терпения.
— А зачем? — искренне удивился Конан.— В Йезуде они будут в полной безопасности, а значит, должны спешить туда. А они выбирают обходную дорогу, прекрасно зная о том, что мы пустимся в погоню, и предоставляют нам возможность срезать часть пути и настигнуть их задолго до того, как они окажутся на месте.
— Так куда же они направились, по-твоему?!
Тефилус наконец-то заставил себя говорить спокойнее. К тому же он почувствовал, что проклятый варвар что-то узнал, и не хотел выставлять себя в глупом виде.
— В горы,— все так же спокойно ответил киммериец.— Где-то там находится Сура-Зуд, их тайный оплот. Именно там прячут они тело Затха, которое хотят оживить.
Тефилус замолчал, подавленный. Лучше бы ему не слышать этой новости! Теперь их задача, и без того непростая, еще более усложнялась, ибо даже он, Главный Королевский Дознаватель, которому по долгу службы полагается знать многое из того, о чем даже не догадываются простые люди, не представлял, что в Заморе может существовать неизвестный город!
— Слышал я кое-что о Малом Круге — тайном сообществе жрецов Затха,— задумчиво произнес Мэгил.— И название это, Сура-Зуд, тоже слышал, только вот где он находится,— жрец пожал плечами и покачал головой,— не представляю.
— Так что же нам делать? Где искать их?!
Тефилус вновь возбужденно забегал по комнате, словно женщина нервно ломая руки.
— Подождем Фана,— спокойно ответил жрец.
— Но ведь когда он вернется, мы не успеем нагнать их! — в отчаянии воскликнул Тефилус.
— Конечно,— согласился Мэгил.— Наша задача теперь будет иной — найти место, где поместят твою дочь, и выкрасть ее. То есть заняться тем, чем до сих пор занимались они.
— Но время!— никак не унимался Дознаватель, и Конан понял, что почтенный отец семейства находится в состоянии, близком к истерике.
— Время еще есть,— спокойно ответил киммериец.
— Сколько?!
— До полнолуния.
* * *
Отряд в три десятка прекрасно вооруженных всадников сопровождал три квадриги, в одной из которых помимо возницы находилось двое жрецов, вторая несла в себе девушку и сопровождавшего ее воина, а на третьей сидели двое привязанных к передку колесницы мужчин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
