Министерство иностранных дел Германии сделало несколько тщетных попыток убедить Польшу отменить эту директиву. Поскольку дата 29 октября 1938 г. являлась крайним сроком для обновления польских паспортов, 27 декабря немцы начали организовывать транспорт для высылки польских евреев. Большое внимание уделялось тому, чтобы в транспортных поездах пассажиры имели широкие удобства, включая много свободного места и хорошую еду. Некоторым поездам удалось пересечь границу, однако поляки вскоре начали оказывать сопротивление — причём ещё до истечения паспортного срока, — и от акции пришлось отказаться. В итоге менее чем одна треть из 55 тысяч польских евреев, проживавших в Германии, была возвращена в Польшу.
Эта странная и трагическая ситуация имела важные последствия. Вольфганг Диверге (Wolfgang Diewerge) в "Der Fall Gustloff" ("Дело Густлоффа", Мюнхен, 1936, pp. 108ff.) записал угрозу министра пропаганды Йозефа Геббельса от 1936 года о том, что дальнейшие убийства германских официальных лиц — как в случае с убийством Густлоффа (Gustloff) Давидом Франкфуртером (David Frankfurter) — приведут к репрессалиям против немецкого еврейства. И вот теперь ситуация для этой угрозы назрела.
Родители и сёстры Гершеля Грюншпана (Herschel Grynszpan) — дегенерата-сифилитика, проживавшего в Париже, — находились в одном из немецких транспортных средств, отправленных в Польшу. 3 ноября 1938 г. Грюншпан получил открытку от одной из сестёр, в которой та описывала сложившуюся ситуацию. Послание не содержало особых жалоб. Тем не менее, Грюншпан решил убить германского посла в Париже Велецека (Welezeck). Однако вместо этого он случайно разрядил револьвер в советника посольства Эрнста фон Рата после того, как ему не удалось встретиться с Велецеком. Это произошло утром 7 ноября 1938 года. Фон Рат скончался 48 часов спустя.
Геббельс воспользовался этим событием для того, чтобы сделать немецкую политику в отношении немецких евреев более суровой. 10 ноября 1938 г. организованные подразделения СА [СА (SA — Sturmabteilungen) — штурмовые отряды, полувоенные соединения Национал-социалистической партии — прим. пер.] подожгли множество еврейских синагог, а также ограбили и нанесли ущерб множеству торговых предприятий, принадлежавших евреям. Гитлер приказал подразделениям СС [СС (SS — Schutzstaffeln) — охранные отряды, элитные охранные подразделения Национал-социалистической партии — прим. пер.] под руководством Гиммлера вмешаться и положить конец насилию. Эти антиеврейские демонстрации не были тем же самым, что и погромы в царской России, поскольку ни один еврей не был убит. Большинство немцев было потрясено разрушением еврейской собственности, потому что это противоречило их понятиям о порядочности и отношению к закону и порядку. Геббельс, однако, приветствовал происшедшее, назвав его поворотным моментом, который приведёт к устранению еврейского влияния в Германии. Хью Вильсон, которого вот-вот должны были отозвать из Германии в знак американского протеста, 16 ноября докладывал, что британские дипломаты в Берлине были гораздо более обходительны в отношении еврейского вопроса. Последние отметили, что немецкое общественное мнение не поддерживает недавние антиеврейские меры, и уверенно заключили, что акции подобного рода больше не повторятся. Это был последний отчёт, отправленный Вильсоном в Государственный секретариат США перед отъездом из страны (FRUS, 1938, 2, pp. 398–402).
После демонстраций Геббельс убедил Гитлера изъять с состоятельных и средне состоятельных немецких евреев один миллиард марок (250 миллионов долларов) в качестве взысканий. Геббельс утверждал, что в противном случае евреи будут в состоянии прикарманить обширные суммы денег от немецких страховых компаний, поскольку имущество, повреждённое или разрушенное 10 ноября 1938 г., было в основном застраховано. Менее состоятельные евреи, имевшие менее 5 тысяч марок непосредственного имущества, были освобождены от уплаты.
Немецким страховым компаниям было приказано сразу же выплатить евреям компенсации за весь ущерб, нанесённый их имуществу 10 ноября, а евреям было разрешено использовать часть этих денег для уплаты взыскания в четыре этапа между 15 декабря 1938 г. и 15 августа 1939 г. Следующий немецкий закон от 9 ноября 1938 г. предусматривал закрытие еврейских розничных магазинов к 1 января 1939 г. В то же время было обещано, что социальное пособие, пенсии и остальные государственные меры по оказанию помощи будут и дальше выплачиваться и оказываться евреям. Вплоть до начала Второй мировой войны в политике Германии в отношении евреев не происходило никаких изменений. В то же время, нас не должно удивлять, что ноябрьские события 1938 года значительно ускорили эмиграцию евреев из Германии, и в этом смысле цели Геббельса были осуществлены (Vide H. Heiber, "Der Fall Gruenspan", в "Vierteljahrshefte fuer Zeitgeschichte", April, 1957).
В качестве резюме можно констатировать, что политика Германии в отношении евреев до Второй мировой войны состояла главным образом из законодательного давления и редких публичных актов насилия — в которых, впрочем, никто из евреев не был убит. Несомненно, евреи умирали в немецких концлагерях до Второй мировой войны, но можно с уверенностью заявлять, что политики по уничтожению евреев как таковой не существовало, а количество затронутых евреев было гораздо меньше количества немцев, подвергнутых аналогичному обращению.
Целью немецкой кампании против евреев было устранение могущественного еврейского экономического, политического и культурного влияния внутри Германии, а затем — с нарастающими оборотами — поощрение полной эмиграции еврейского населения из Германии. Целью контрмер, организованных евреями, было поощрение военного похода соседних стран против Германии в надежде на полное уничтожение национал-социалистического германского государства в результате войны. Само собой разумеется, существовало немало просвещённых евреев, которые не разделяли этой цели, так же как существовали и постоянно действовали умеренные силы внутри немецкого лидерства для обеспечения более великодушной политики в отношении евреев по сравнению с той, которую использовал Гитлер.
Не помешает привести немного статистики о количестве еврейского населения в довоенный и военный периоды. По оценкам, когда в январе 1933 года Гитлер стал канцлером, число евреев в Германии равнялось примерно 500 тысячам. К концу довоенного периода, вследствие присоединения Австрии и Судетской области и установления протектората над Богемией и Моравией [т. е. Чехией — прим. пер.] имели место значительные прибавки. Отношение к евреям, политика и меры, применяемые против них, привели к обширному переселению евреев с этих, контролируемых национал-социалистической Германией территорий. По оценкам, около 320 тысяч евреев покинуло Германию в период с января 1933 г. по сентябрь 1939 г. Около 480 тысяч эмигрировало из Австрии, Судетской области и Богемии-Моравии до начала войны. Когда в сентябре 1939 года началась война, на территориях, контролируемых немцами, проживало примерно 360 тысяч евреев, из которых во время войны уехало около 65 тысяч.
6. Легенда о порочности Гитлера и национал-социализма
Национал-социалистическая кампания против евреев закончилась полным поражением и смертью Гитлера 30 апреля 1945 года. Такой результат был вызван вовлечением Германии во Вторую мировую войну. С первого же дня стала проводиться гигантская кампания, изображающая Гитлера самым злым и безнравственным человеком, когда-либо жившим на Земле, и клеймящая вечным позором немецкий народ, подчинившийся власти Гитлера. Использование обстоятельств, касающихся обращения Гитлера с евреями во время войны, было и остаётся решающим фактором в этой кампании.
Суть выдвинутого Гитлеру обвинения в беспрецедентной чудовищности заключается в следующем: по его приказу около шести миллионов евреев было уничтожено в серийных газовых печах, созданных специально для этой цели во всех многочисленных концлагерях, существовавших в Германии до войны, а также открытых впоследствии на территориях, захваченных наступающими немецкими войсками. Ни одного веского доказательства в поддержку этого обвинения в общих чертах так никогда и не было приведено, а цифра в шесть миллионов с самого начала являлась чисто гипотетической, будучи изложена посреди войны, когда любой подобный размах уничтожения был просто невозможен, если принять цифру в 6 миллионов за общее число евреев, уничтоженных за весь военный период. Если к 1943 году было уничтожено 6 миллионов евреев, то тогда к маю 1945 года эта цифра должна была достигнуть как минимум 10 миллионов, если допустить, что Гитлер и его поборники могли заполучить в свои руки такое большое количество евреев — чего они, конечно, сделать не могли.
Насколько известно, обвинение в массовом уничтожении евреев со всей Европы было впервые выдвинуто против Гитлера и его правительства в книге польско-еврейского адвоката Рафаэля Лемкина (Rafael Lemkin) "Axis Rule in Occupied Europe" ("Правление Оси в оккупированной Европе"), вышедшей в 1943 году. Лемкин утверждает, что нацисты умертвили газом миллионы евреев — возможно, даже 6 миллионов. Эта точная цифра была впервые подтверждена в "New Jewish Frontier" в начале 1945 года. Свидетели на Нюрнбергских процессах подтвердили эту цифру после пыток, не превышая её, хотя обвинительная сторона в Нюрнберге была готова согласиться на цифру примерно в 4 миллиона. Полностью игнорируя факты, президент Труман заявил, что 6 миллионов — это верное число, и часто повторял эту цифру, придав ей таким образом официальный статус. Он цинически заявлял, что его желание угодить евреям вызвано тем, что в Соединённых Штатах еврейских избирателей было гораздо больше, нежели арабских.
