Лотар.
Поздоровались и стоим, смотрим друг на друга. Я скоро использую согревающую магию, чтобы не околеть окончательно. Лотар пока держится. Но кентавры — существа теплолюбивые. Скоро холод проймет и его.
— Лерна Ториса, — наконец-то начал Лотар, — нашему стаду нужны новые пастбища.
— Я не уполномочена решать этот вопрос в одиночку, — покачала я головой. — Сегодня состоится педсовет. У вас есть доступ в академию. Приходите, все обсудим.
Лотар несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, потом кивнул и молча удалился.
Я повернулась и направилась в академию. Сначала — горячий чай. Потом можно и к цвергам. Правда, до них я дойду в боевом настроении. А это может сказаться на ведении переговоров. Доведут — отправлю к ним Аурелию. Пусть постонет и поплачет возле их жилья. Сразу на уступки пойдут.
До здания академии я шла быстрым шагом. Холод на улице заставлял лишний раз подумать о необходимости высовывать нос за порог.
С облегчением перешагнув порог, я закрыла дверь, сняла с себя верхнюю одежду и разулась. Бытовая магия помогла отправить вещи в шкаф, располагавшийся возле моей спальни. Надев на ноги домашние туфли с задником, утепленные, с небольшим каблуком, я направилась к себе в кабинет. Чай. Мне нужен чай. Можно даже с чем-то сладким. А затем можно было думать и о визите к цвергам.
Чай мне принесла молодая симпатичная дриада, помощница по хозяйству. Именно она заведовала моими нарядами, четко знала, какое платье на какую встречу надеть и насколько хорошо накрахмалены воротнички на одежде.
Уриса лорн Акарис, младшая дочь захудалого барона с небольшими владениями на границе империи, она поступила в академию десять лет назад, отучилась и осталась здесь на посту помощницы ректора. И если Антер лорн Жарт был помощником в работе, то на Урисе держался быт. Мой личный быт. Потому что бытом академии заведовала домовушка Зарна. Но ее я видела всего один раз за мое время пребывания на посту.
Я сидела в своем удобном кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками и с удовольствием пила горячий ароматный чай с кусочками фруктов. Несмотря на то что ходила я по владениям академии не так уж и долго, холод успел пробраться под одежду и проморозить едва ли не все тело. И сейчас я старательно пыталась согреться.
Выпив последний глоток, я ощутила себя намного бодрее. Еще несколько минут, и можно идти к цвергам, стараться решить вопрос без конфликта. Хотя, конечно, Аурелия полностью права: цверги действительно обнаглели.
«Подземные гномы», как звали их в этом мире, цверги жили глубоко под землей, в основном в шахтах, тысячи лет. Они обладали отвратительным характером, были склочны, невыносимы, злобны, резки, никогда не видели солнечного света, не выбирались наружу и, зная, что под землей находятся как помещения для отработок некромантов, так и некоторые коммуникации, постоянно грозили повышением цены.
Я наконец-то поднялась из кресла, потянулась, подавила зевок, вышла из кабинета. Цверги, значит…
Несколько минут ходьбы, и я остановилась у скрытого в стене подъемника. Именно в него садятся адепты-некроманты, чтобы в залах под землей беспрепятственно тренироваться в вызове душ.
Я приложила палец к месту в стене — дверь открылась. Небольшая, хорошо освещаемая кабинка приняла меня, дверь закрылась, подъемник начал опускаться.
Очень скоро я вышла на небольшой хорошо утоптанной земляной площадке. Здесь тускло горел один-единственный магический светильник. Мне с моим изменившимся зрением не составило труда увидеть стены, испещренные кучей знаков, вне круга света. Отсюда начинались владения цвергов.
Маленькие, скрюченные, будто старички, создания, полностью покрытые густой шерстью, цверги редко покидали свои шахты или норы. Питались они всем тем, что находили под землей, или же тем, что, по контракту, приносили им сверху. Их желудки, казалось, могли переварить что угодно. Юркие, быстрые, наглые, цверги имели доступ к драгоценным камням и металлам, но сами разрабатывать их не могли, а потому заключали контракт с каждым, кто желал заняться подобной разработкой.
Глава цвергов, живших на территории академии, появился воле меня через пару минут после того, как я спустилась. Он встал за кругом света, не особо далеко от меня и склонил голову в знак приветствия. Вот еще один вопрос в копилку: кем же была настоящая Ториса лорн Аркади, если горделивый цверг готов был ей кланяться?
— Лерна Ториса, — выдал хрипло цверг.
— Лерн Шарш, — ответила я вежливо.
— Нам нужно обсудить повышение пошлины.
— На каком основании?
Да, цвергам основания были не нужны, но умная Ториса все же прописала определенные пункты в договоре, и нынешнее требование не подходило ни под один из них.
— Цвергам не нужны основания, — упрямо заявил этот наглец.
— А нагам? — вкрадчиво поинтересовалась я.
Наги были давнишними врагами цвергов, и если те кого и боялись, так только полулюдей-полузмей. Именно наги выступали в договоре гарантами выполнения обещаний со стороны цвергов.
Шарш набычился. Ему мой вопрос не понравился.
Глава 5
Дальнейшие переговоры не заняли и двух минут. Шарш с неохотой признал, что был неправ, и я села в подъемник. Высадившись наверху, я направилась обратно, в свой кабинет. На душе было спокойно. Сейчас поем, затем проведу педсовет с участием кентавра. А потом посмотрю по самочувствию. Или спать лягу, или все же почитаю что-нибудь. Географию, экономику и культуру разных рас этого мира я уже успела изучить. Сейчас разбиралась в политических системах и истории. Не все расы, конечно, были представлены подробно. Но основные знания я получила и имела относительно четкое представление о жизни эльфов, вампиров, гномов, оборотней и нагов.
Уриса принесла мне обед: на первое — в глубокой порционной тарелке густой мясной суп, очень ароматный и вкусный. На второе — не менее ароматные и вкусные грибы, тушенные с овощами, жареная рыба и рассыпчатая каша из ротанка, местного овоща, похожего на тыкву.
Голодная, я с удовольствием проглотила все, запила стаканом компота и сыто прикрыла глаза. Блаженство. И даже есть несколько минут перед тем, как начнется педсовет.
Он традиционно проходил в большой просторной комнате через две двери от моего кабинета. Как и в земной школе, именно на педсовете решались все вопросы, связанные с обучением адептов. Двадцать преподавателей разных рас, часть из которых являлась также деканами, собирались обычно два раза месяц. Дисциплина среди адептов, распределение бюджета академии на нужды деканатов, очередной набор первокурсников — что только ни обсуждалось на этих собраниях.
Общаясь с коллегами, и во время педсовета, и вне его, я поняла, что
