Читаем без скачивания Эхнатон, живущий в правде - Нагиб Махфуз

Жречество Амона-Ра в Новом царстве подразделялось на несколько рангов. Его верхушку составляли первый, второй и третий пророки, «Отец Бога» и «Чистый». Как они делили между собой функции, неясно. Особое значение имели жрецы-канторы, знавшие, как следует нараспев читать божественное слово. Канторов считали волшебниками, поскольку только они могли правильно, с нужной интонацией читать священные изречения. В обязанности жрецов входило также устройство многочисленных праздников руководство процессиями, приготовление и принесение жертв, а также толкование различных знамений и снов. Все ритуалы были жестко регламентированы. К примеру, в Фивах, главном городе культа Амона-Ра, жрецу предписывалось совершать в день около 60 церемоний по поднесению богу пищи и питья и очищению его жилища в храме.

Кроме того, египетским жрецам испокон веков принадлежала монополия на обладание и хранение астрономических, математических, медицинских знаний, поддерживавших их влияние в царстве и до сих пор поражающих ученых своей глубиной.

Египетское войско Нового царства состояло из пехотинцев и колесничих. Военачальники и колесничные бойцы стояли в обществе на одной ступени с высшим жречеством. В пехоту же набирали простолюдинов, причем не только молодых. Рядовых воинов использовали также как рабочую силу в каменоломнях, при доставке каменных глыб, рытье каналов. В эпоху XVIII династии, когда Египетская империя достигла вершины могущества, а внешняя угроза возрастала с каждым годом, войско приобрело привилегированное положение. Особенно это проявилось в правление преемника царицы Хатшепсут, великого завоевателя Тутмоса III.

Фараоны раздавали воинам земли и рабов, а также золотые и серебряные знаки отличия (ожерелья, браслеты, «львы», «мухи»). Войска получали обильное угощение. Однако поскольку в правовом отношении воины-иноплеменники приравнивались к египтянам, с годами, как и в Древнем Риме, все большую часть войска стали составлять «варвары» — эфиопы, сирийцы, ливийцы и прочие. В результате к закату Нового царства именно они составляли основную часть военной силы фараонов.

Богов в Древнем Египте было множество. Каждый дом, каждый город и деревня имели своего небесного покровителя. Укрепление власти фараонов, объединение областей, возвышение отдельных городов и храмов привели к тому, что египетский пантеон с годами стал сложной иерархической системой.

В Раннем и Древнем царствах больше всего почитали Гора — бога неба и света. Считалось, что первый фараон получил власть из рук самого Гора, став его преемником и воплощением. Согласно легенде, именно Гор объединил Верхнее и Нижнее царства и возложил Двойную корону обоих царств на голову царя Мины (Менеса). Гор изображался как человек с головой сокола, увенчанный двузубой короной.

Когда в середине III тысячелетия до н. э. в стране воцарилась V династия Среднего царства, происходившая из Аны (Гелиополя), на первое место вышел покровитель этого города — бог Солнца Ра. В отличие от местных богов, Ра жил не на земле, а двигался по небу в своей барке, освещая землю. Вечером Ра пересаживался в другую барку, спускался в преисподнюю и плыл по подземному Нилу, сражаясь с силами тьмы, чтобы утром вновь появиться на востоке. Ра также представлялся египтянам как человек с головой сокола, но носил другую корону — в виде солнечного диска.

Когда в середине II тысячелетия столицей стали Фивы, Египет начал постепенно переходить под покровительство местного бога Амона («Сокрытого», «Потаенного»), творца мира, бога воздуха и урожая. Однако поскольку понизить статус бога Солнца, дающего свет и жизнь, было уже невозможно, Амон соединился с Ра и стал именоваться Амоном-Ра. Культ Амона-Ра достиг своего пика в эпоху Нового царства. Амон-Ра носил корону с двумя высокими перьями, а в руке держал длинный скипетр. Иногда его изображали с человеческой головой, иногда — с головой барана или быка.

Атон («Диск Солнца») олицетворял видимый на небесах солнечный диск. Первоначально он был одной из ипостасей Солнца, телом Ра. Культ Атона получил распространение еще при Тутмосе IV, деде Аменхотепа IV, но именно Аменхотеп IV объявил Атона единым богом всего Египта запретив поклонение другим богам. После его смерти почитание Атона как общеегипетского божества прекратилось. Этот бог изображался в виде солнечного диска, лучи которого заканчивались либо раскрытыми ладонями, либо руками, держащими знаки жизни «анх» (петлистый крест) — символ того, что жизнь всем существам дана Атоном.

Особое место в египетском пантеоне отводилось Осирису, первоначально богу производительных сил природы, ежегодно умирающему и возрождающемуся, позднее — богу загробного мира и судье умерших. Его культ развился в городе Абидосе, но, как и Амон-Ра, Осирис стал одним из наиболее почитаемых богов всего Египта.

С судьбой бога Осириса связан главный миф египетской цивилизации, пронизывающий всю ее культуру. Некогда Осирис был мудрым и кротким царем Египта. Родной брат Сет (ставший богом пустынь и олицетворением злого начала) хитростью заключил его в гробницу, которую бросил в море. Богиня Исида (олицетворение плодородия, воды и ветра, символ женственности), сестра и супруга Осириса, родила на свет Гора и отправилась вместе с ним на поиски своего брата и мужа. Найдя гроб, она спрятала его, но Сету удалось добраться до тайника, разорвать труп Осириса на части и рассеять их по всему миру. Исида собрала их с помощью Гора, бога Анубиса (покровителя мертвых, изображавшегося в виде человека с головой шакала или собаки) и собственного волшебства восстановила тело Осириса и оживила его, после чего Осирис стал повелителем загробного царства.

Образ Осириса, олицетворявшего вечное возрождение, постепенно соединился с образом Амона-Ра. Люди стали представлять Осириса одним из его воплощений; ночью, опустившись в преисподнюю, Амон-Ра становится Осирисом, а утром возвращается в исходное состояние. Каждый египтянин знал, что после смерти он попадет в блаженную страну только в том случае, если с помощью заклинаний (которые ему будет подсказывать оставшийся в царстве живых жрец) сможет убедить богов и злобных низших духов в том, что он является воплощением Осириса. Осирис изображался в виде мумии с зубчатой короной и бородой, а также со скипетром и плетью в согнутых руках.

К главным богам Египта относились также:

Птах (Пта) — покровитель Мемфиса, бог плодородия и ремесел (его образ — мумия с открытой головой и жезлом, стоящая на иероглифе, значение которого «правда»);

Тот — бог Луны, мудрости, письма и счета (изображал человеком с головой ибиса, часто с кистью для письма и палитрой в руках);

Хатор — богиня любви и судьбы, а также неба, кормилица фараонов и властительница дальних стран (корова или женщина с рогами коровы);

Хнум — бог-творец, создавший человека на гончарном круге, хранитель истоков Нила (человек с головой барана и спирально закрученными рогами).

Так кем же был в действительности фараон Эхнатон? Боговдохновенным мистиком или жалким юродивым? Религиозным фанатиком или борцом за свободу совести? Абсолютным монархом, видевшим угрозу в лице консолидированного духовенства, или наивным мечтателем, верившим в утопию, стремившимся к нравственному усовершенствованию своих подданных и построившим Город Света? Искусным оратором, завоевывавшим сердца толпы, или дервишем, умевшим впадать в религиозный транс? Певцом чистой любви или извращенцем-кровосмесителем? Ясно одно: этот человек предпринял первую в истории отчаянно дерзкую попытку перейти от политеизма к монотеизму, предвосхитив идеи иудаизма, христианства и ислама. Именно эту истину и подтверждает талантливый роман Нагиба Махфуза[8].

Е. А. Кац

Эхнатон, живущий в правде

Начало

Все началось со взгляда — взгляда, который становился все более жадным по мере того, как корабль плыл против спокойного, сильного течения в конце сезона Половодья[9]. Мы начали путешествие в родном городе Саисе и поплыли на юг, по направлению к Панополю, где жила моя сестра после выхода замуж. Однажды в конце второй половины дня наш корабль проплывал мимо странного города. На западе этот город граничил с Нилом, а на востоке от него находилась величественная гора. Его здания говорили о былой пышности, сменившейся пугающим забвением. Дороги были пустыми, деревья — голыми, ворота и окна — закрытыми, как глаза покойников. Город, лишенный жизни, охваченный тишиной, мраком и источающий запах смерти. При его виде я пришел в смятение и поспешил к отцу, который сидел на палубе с достоинством, подобающим пожилому возрасту.

— Отец, что случилось с этим городом?

— Мериамон, это город еретика. Проклятый и неверный город, — спокойно ответил он.