знакомы? – наконец спросил он через несколько секунд.
– Да! – широко улыбаясь, ответил мужчина.
Что-то в его лице сбивало Джошуа с толку. Возможно, его черты были слишком крупными для маленькой головы или вся суть дела заключалась в странной форме рта.
– Непонятно, почему ты удивляешься! – сказал он, поворачиваясь к Джошуа.
Джошуа почувствовал, как внутри ворочается то же неуютное чувство, которое он испытывал во время разговора с инспектором. Он знал имя этого человека, но что-то внутри его головы блокировало доступ к информации.
– Я не помню, как тебя зовут, – колеблясь, произнес он.
– Меня зовут Кловис, – ответил мужчина, не особенно удивляясь этому заявлению.
– Прости, Кловис, я… сейчас склонен забывать всякие вещи.
– Так на нас влияет это место, – сказал Кловис, опираясь широкой спиной на скамейку.
– Что ты имеешь в виду?
– Отель, конечно! Шесть месяцев в изоляции от мира в горах. Жизнь бок о бок с богатеями, которые осчастливливают нас визитом, а потом сваливают в свои мегаполисы. А мы остаемся здесь… и убираем за ними их грязь.
Сказав это, Кловис засунул гигантскую руку в карман пиджака и извлек пачку сигарет «Руаяль» и зажигалку. Он сделал длинную затяжку, только прикурив, и предложил одну Джошуа. Тот поблагодарил и отказался.
– Ты не куришь? – спросил Кловис с пораженным видом.
– Нет, никогда не курил, – без колебаний ответил Джошуа.
– Но твои коллеги курят поголовно, разве нет?
Джошуа не знал, как реагировать. Его что-то настораживало, хотя Кловис и казался мирным человеком. Из-за напряженного голоса каждое слово вдруг приобретало странную, тяжелую значимость.
– Да нет вообще-то, думаю, что не все, – бросил Джошуа, чтобы ответить хоть что-то.
Кловис глубоко затянулся и выпустил через нос облачко белесого дыма.
– А здорово покурить-то, – сказал он, устремляя взгляд в небо. – Ну ладно, что ты собираешься делать?
– Ты о чем? – искренне удивился Джошуа этому вопросу.
– Я про маленькую мисс Александер.
Кловис смотрел на него, слегка наклонив голову, его черные глаза заглядывали в самую душу. Он будто ждал ответа, от которого будет зависеть какое-то очень важное решение.
– Ты ее знал? – спросил Джошуа, уходя от ответа.
– Ну конечно! С тех пор, как она была совсем малышкой. Ее родители приезжали на курорт каждый год. Я видел, как девочка растет. Она была самым настоящим белокурым ангелочком.
– Так ты уже давно работаешь в отеле?
– Пятнадцать лет безупречной службы, – гордо ответил тот. – Я добился всего, вкалывая в поте лица.
– А я? Не припомнишь, с каких пор я тут пашу?
– Ты? Ты же здесь не работаешь!
Джошуа почувствовал, как в груди что-то екнуло. Рана на голове снова начала пульсировать, и он вдруг остро почувствовал, что замерзает.
– Что ты имеешь в виду?
Лицо Кловиса вдруг превратилось в маску и стало напоминать страшную обезьянью морду. Огромная улыбка рассекла его слишком маленькую голову.
– Пойдем со мной, ты все поймешь, – сказал он, поднимаясь на ноги.
Джошуа мгновение поколебался, а потом все-таки последовал за этим великаном. У него не было выбора. Он хотел обрести память и готов был за это заплатить.
Он шел за гигантом с луковичной головой вдоль нескончаемого балкона, опоясывающего южный фасад здания. Винтовая лестница привела их на парковку, принадлежавшую отелю. Джошуа поскользнулся на льдинке и растянулся ничком.
– Да почему ты идешь за этим типом?! – завопил Шамину внутри его головы. Кловис наклонился, чтобы помочь ему. Джошуа почувствовал, как огромная сила тянет его вверх и ставит на ноги. Они вместе поднялись по заасфальтированной дороге, змеившейся между пихт, засыпанных снегом. На горы медленно опускалась ночь, и Джошуа уже видел, что в городе у подножья зажигаются огни. Они находились в жалкой дюжине километров от Монтрё, но Джошуа казалось, что они остались одни в целом мире.
– Красота, да уж! – сказал Кловис и стал взбираться по крутой дороге с удвоенной энергией.
Джошуа бросил взгляд на свои ботинки: они были до краев полны ледяной воды. Он не чувствовал пальцев ног вот уже черт знает сколько и теперь задался вопросом, не отморозит ли он себе их.
– Мне нужно вернуться, – пробормотал он в спину гиганту. – Ноги ледяные.
Кловис остановился как вкопанный и бросил на него взгляд, в котором, кажется, можно было различить смертный ужас.
– Ты же не бросишь меня тут в одиночестве? – спросил он дрожащим голосом.
– Делать нечего, давай пойдем туда попозже. Может быть, завтра утром?
– Слишком поздно. Есть вещи, которые нужно делать в определенное время. Понимаешь? В ОПРЕДЕЛЕННОЕ ВРЕМЯ.
В этот момент он наклонился к Джошуа, и лицо гиганта вдруг показалось еще более ужасным.
– Тогда хотя бы скажи мне, куда мы идем.
– Увидишь, мы уже почти на месте, – бросил Кловис и пошел вперед.
Они миновали таким образом еще несколько сотен метров, пока не вышли на площадку, возвышавшуюся над отелем «Аваланш» и долиной у его подножия. Прямо перед ними стояло несколько деревянных строений: хижины, старые овчарни. Дорога оканчивалась тупиком. Кловис направился прямиком к полуразвалившемуся сараю и махнул рукой в направлении ступеней, вырубленных прямо в земле. Они поднимались, по всей видимости, к тропинке, ведущей к высокогорному пастбищу.
– Я не дойду, Кловис! – воскликнул Джошуа. – Слишком скользко, посмотри.
Он поставил ногу на слой снег, покрывавший первую ступеньку.
– Я тебя держу, – ответил гигант и взял его за руку.
У Джошуа не осталось времени даже на протесты. Он почувствовал, что его тянут вперед. Дневной свет начал слабеть, и, принимая во внимание изолированность этого уголка природы, можно было предполагать, что скоро они останутся в полной темноте. Джошуа попытался вырвать руку из лапы Кловиса, но хватка была слишком сильна. Джошуа только и мог, что идти следом, иначе его бы потащили, как мешок с картошкой. Кловис же сделал вид, что не слышит протесты, и не отпустил его до самого конца тропинки. Они стояли на плато, засыпанном нетронутым слоем снега. Впереди, чуть выше, начинался широкий лесной массив, забиравшийся по склону до самой верхушки горы. Джошуа почувствовал, что холод заползает по щиколоткам и уже подбирается к голеням.
– Я же говорил, что ты тут загнешься. Сдохнешь от холода в одиночестве на этой проклятой горе.
Джошуа собрал последние силы, чтобы прокричать, что пойдет в отель, но тут наконец-то заметил гигантский силуэт впереди. Тот походил на огромного осьминога, раскинувшего щупальца, – сеть труб, переплетавшихся по всей высоте склона. Кловис же смотрел на трассу для бобслея (а это была именно она) радостными глазами.
– Вон там! Пошли! Да не тормози!
В десятке метров перед ними стояло маленькое кирпичное здание. Перед ним в снегу были прорублены ступеньки наверх,
