Стоя перед классной доской, Агнесса Паркер спросила:
— Что вы вспоминаете про 1992? — Она осмотрела класс.
— 1992 год напоминает нам об окончании I Атомной войны и начале декады международного урегулирования, — ответил Питер Томас, один из ее лучших учеников.
— Возникло единство, — добавила Патриция Эдвардс. — Разумный мировой порядок.
Миссис Паркер сделала сметку в классном журнале.
— Правильно. — Она почувствовала гордость за точные ответы детей. — А теперь, возможно, кто-нибудь скажет мне о Лиссабонских Законах 1993 года.
Класс молчал. Несколько учеников с легким шумом повернулись к окну. Снаружи дул теплый июньский ветерок. Малиновка села на ветку и застыла, прислушиваясь, нет ли где поживы. Деревья лениво шелестели.
— В этом году был изобретен «Вулкан-3» — сказал Гане Штайн. Миссис Паркер улыбнулась.
— «Вулкан-3» был построен задолго до этого, его сделали во время войны. «Вулкан-1» в 1970 году, «Вулкан-2» в 1975. Компьютеры появились уже перед войной в середине века. Серия «Вулканов» была изобретена Отто Джорданом, работавшим с Натаниэлем Гринстритом для «Вестингауза» в начале войны…
Голос миссис Паркер перешел в зевок. Она с усилием подавила его. Еще не время для сна. Сегодня в школе должен был появиться Управляющий Язон Дилл со своей свитой, проверяя идеологию образования. По слухам, «Вулкан-3» запросил сведения о школьной системе. Он, казалось, был заинтересован в том, чтобы узнать о различных ценностных связях, которые формировались в базисных примерных общеобразовательных программах.
В конце концов, ведь в этом же и состоит задача школы, и гуманитарной школы в особенности — дать молодежи надлежащие установки. А зачем же еще нужны школы?
— В чем смысл, — повторила миссис Паркер, — Лиссабонских Законов тысяча девятьсот девяносто третьего года? Никто не знает? Я сгораю от стыда за всех вас. Вы не можете вспомнить наиболее важные факты из всего того, что вы должны вынести из школы! Я предполагаю, что если бы вам дали полную свободу, вы бы читали только коммерческие комиксы, которые учат лишь сложению и вычитанию, или другим разновидностям бизнеса.
В ярости она топнула об пол своим башмачком.
— Ну? Я услышу хоть какой-то ответ?
Ответа не последовало. Лица учеников выражали полное отсутствие мыслей. И вдруг звонкий ученический голос донесся с задних рядов. Девичий, жесткий и резкий.
Миссис Паркер пробудилась от оцепенения, замигав в удивлении.
— Кто это сказал? — требовательно спросила она. Класс зашумел. Все головы повернулись назад. — Кто это был?
— Дженни Бейкер! — завопил один мальчик.
— Это не она! Это Дороти!
Миссис Паркер быстро пошла по проходу вдоль парт.
— Лиссабонские Законы тысяча девятьсот девяносто третьего года, резко бросила она, — были наиболее важными законодательными актами за последние пятьсот лет.
Она говорила нервно, высоким, резким голосом. Постепенно класс повернулся к ней. Их заставила это сделать привычка — многолетняя тренировка.
— Все семьдесят наций мира послали своих представителей в Лиссабон, все мировые организации «Единства» формально согласились, что крупные компьютеры, построенные Британией, Советским Союзом и Соединенными Штатами, до сих пор использовавшиеся в чисто справочных целях, отныне получат абсолютную власть над национальными правительствами в определении глобальной политики…
В этот момент Управляющий Язон Дилл вошел в класс, и миссис Паркер почтительно смолкла.
Она не впервые видела этого человека, реальное физическое существо, контрастировавшее с синтетическими образами, создаваемыми средствами массовой информации для публики.
И, как уже случалось прежде, она снова была поражена огромной разницей между реальным человеком и его официальным имиджем. В глубине души она хотела знать, как дети воспринимали это. Она взглянула на них и увидела, что все они смотрят с ужасом, забыв про все остальное.
Она размышляла. Он в действительности не так уж отличается от всех нас. Человеческое существо высшего ранга… и одновременно обычный человек. Энергичный мужчина средних лет с проницательным взглядом, мигающими глазами, доверительной улыбкой. Он невысокого роста. Ниже любого человека из его свиты, вошедшей с ним. Трое мужчин и две женщины. Все в деловых костюмах Т-класса. Никаких особых знаков отличия, никаких царских украшений. Если бы я не знала, подумала она, я бы не догадалась. Он так обычен.
Перед вами Управляющий директор Дилл, — представила она — Координирующий директор системы «Единства». — Ее голос прервался от напряжения. — Управляющий директор Дилл несет ответственность только перед «Вулканом-3». Кроме директора Дилла, никто из человеческих существ не имеет права приближаться к банку данных компьютера.
Директор Дилл благосклонно кивнул миссис Паркер и классу.
— Что вы учите, дети? — спросил он дружелюбным тоном. Голос был богат оттенками, как и подобает лидеру Т-класса.
Дети робко задвигались.
— Мы учим Лиссабонские Законы, — ответил мальчик.
— Это хорошо, — поощрил директор Дилл и кивнул персоналу в направлении двери. — Дети, будьте хорошими учениками и делайте то, что говорят вам ваши учителя.
— Это было так приятно, — сказала миссис Паркер, — что вы посетили нас и дети смогли вас увидеть. Это такая честь! — Она последовала за группой к двери. — Они всегда будут вспоминать этот момент и дорожить воспоминаниями.
— Мистер Дилл, — прозвенел девичий голос, — могу я задать вам вопрос?
В классе стало тихо. Миссис Паркер похолодела. Голос. Опять девочка. Кто это? Она хотела увидеть ее, ужас сжал ее сердце. Великий Боже, неужели этот маленький дьяволенок хочет что-то сказать в присутствии директора Дилла?
— Конечно, — ответил Дилл, резко останавливаясь у двери. — О чем ты хочешь спросить? — Он взглянул на часы, улыбаясь.
— Директор Дилл спешит, — торопливо вставила миссис Паркер. — У него так много дел. Я думаю, мы лучше отпустим его, не так ли?
Но твердый девичий голос продолжал:
— Директор Дилл, не стыдитесь ли вы за себя, когда позволяете машине руководить вами?
Улыбка застыла на лице директора Дилла. Он медленно повернулся лицом к классу. Его глаза пробежали по классу, пытаясь обнаружить того, кто задал вопрос.
— Кто задал вопрос? — добродушно спросил он.
Последовало молчание. Директор Дилл медленно прошелся по классу, держа руки в карманах. Никто не двигался и не отвечал. Миссис Паркер и персонал «Единства» все еще стояли, охваченные ужасом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
