Говорила мне мама — учи географию!
В прострации я зачерпнул еще воды, рассчитывая смыть привидевшийся глюк. И наконец обратил внимание на сами руки. Мои кисти, запястья, торчавшие из рукавов незнакомой рубашки, были того же серовато-зеленого цвета, как и у отыгрывающих орков качков-реконструкторов. И это не мои кисти! У меня с роду не было мозолей!
Но тут наконец-то произошло то, что по-хорошему надо было сделать сразу, как только я подошел к озеру. Вода подо мной успокоилась от ручейков, сбегавших по берегу и моей одежде после недавней водной процедуры. Близкое дно сработало как темный фон, и в еще колеблющемся зеркале воды я наконец рассмотрел свое отражение.
Рубленные черты лица, мощные надбровные дуги, мясистые уши. И глаза с вертикальными зрачками как у кошки…
Мозг успел только запечатлеть картинку, но не осознать, ибо в этот момент стоявший позади мужик перестал возиться, на голову мне что-то полилось. Миг. Затылок взорвался новой вспышкой боли, справиться с которой мое измученное сознание уже не смогло. И я отключился.
Глава 2
Очухался. Мир вокруг мерно покачивается, сам я сижу в раскоряку, уткнувшись лицом в какую-то сырую, вонючую тряпку.
Дернулся — хрен там.
— Какого хемуля?!
Я оказался связан по рукам и ногам! Дыханье сбилось, в груди заныло. В панике задергался еще сильнее.
— Очнулся?
Мир вокруг будто включили — это сидящий впереди меня соскочил с лошади.
Вот оно что! Я оказывается сижу верхом, руки связаны за спиной, ноги тоже — петля охватывает лодыжки и протянута под лошадиным брюхом. Тряпка, которой тыкали меня в нос оказалась плащом давешнего качка-реконструктора. А вот и он, стоит рядом и внимательно так таращится мне в лицо снизу вверх.
— Ты кто? И почему я связан?
— А меня ты не помнишь?
Что за дурацкая привычка отвечать вопросом на вопрос? Знаю я — ты конь в пальто, вернее: в тряпичном плащике, опушенном драной кошкой. Еще на «коне» была длинная тёмно-коричневую рубаха, достающая до середины бедра, без воротника и со шнуровкой на груди. Подпоясан узким ремешком, на котором параллельно земле висит длиннющий нож в кожаных ножнах. На ногах — какие-то темные штаны, голени обмотаны чем-то вроде портянок, на ногах странное подобие кожаных кед. Что за странный вид? Ты кого косплеишь, чудик? Где наручи, прочая кожаная БДСМ-атрибутика? Их же почти в каждом фильме по средневековью увидеть можно? Да и поясок у тебя какой-то несерьезный, узенький.
Но самый писк — чувак зачем-то еще и нацепил маску орка! Серо-зеленая кожа, неандертальские брови, клыки из пасти как настоящие, уши — два пельменя… Братан, ты их часом не отмораживал? Я, помню, еще в школе учился, был как-то в гостях у тетки, в Нижнем Тагиле. Зимой. В минус сорок пять. И разок с дуру потер ухо, прям на улице. А когда оно распухло — было точь-в-точь как оба твоих сейчас! И почему-то орк был не канонический — не лысый. Длинные, прямые светлые волосы собраны на затылке в «конский хвост». Эдакая белокурая бестия — плод больной фантазии сумасшедшего любителя фэнтези.
— Что-то не припомню, — хотел добавить: «таких уродов среди моих знакомых нет», но все же решил пока воздержаться. Надо же понять, в какой блудняк меня втянули.
— Я — Варди. Мы с Хроком, — мужик кивнул мне за спину, — нашли тебя с раной на голове в одале Брана Ойстенсона. Тебе повезло, ты единственный, кто там выжил. — Мужик помолчал с мрачной рожей, вздохнул, — Сейчас мы едем в одаль Йоргена Ойстенсона… — Он опять пристально заглянул мне в лицо, — А ты помнишь кто ты?
— Я — Гера…
Блин, что-то розыгрыш затягивается… Чувак удовлетворенно кивнул.
— А ты помнишь, что произошло?
Так мужик, ща ты услышишь историю!
— Ну… — начал было я, и в порыве вдохновения поднял голову.
Зря я это сделал. Везший меня тип, спешившись стоял по левую руку от лошади. За его спиной поднимался склон, поросший невысокими, какими-то скрюченными деревцами. Теперь, когда я оторвался взглядом от его мерзкой рожи, поле зрения расширилось, краем глаза я что-то ухватил, непроизвольно повернул голову вправо… И испустив судорожный вздох еще сильнее вцепился ногами в лошадь.
Мы стояли на узкой тропке, шедшей по склону высоченного холма. Прямо из-под копыт моего Буцефала-недомерка вниз обрывался еще более крутой, близкий к отвесному обрыву, усеянный крупными каменюками, и где-то ниже, метрах двадцати или тридцати начинались новые заросли. А склон тянулся и тянулся дальше, еще не меньше ста метров, и где-то там обрывался в воду уже виденного мной озера.
Да если ща эта будущая колбаса просто переступит с ноги на ногу, копыто соскользнет, и мы полетим вниз, сначала как по крупной терке из булыжников, а потом отбиваясь до состояния нежного мяса об стволы деревьев. До воды мясные полуфабрикаты, в которые мы неизбежно превратимся, наверно не долетят.
— До сих пор голова кружится? — участливо поинтересовался орк, — да-а, парень, знатно тебя приложили!
— Кружится, — выдохнул я.
— Потерпи, завтра будешь как новенький! Знаешь, сколько раз я получал по башке? Если сразу не проломили — оклемаешься. Орка так просто не убить… Так ты помнишь, кто на вас напал?
Я отрицательно помотал головой. Вести длительные дискуссии в подобном месте сразу расхотелось.
— Может мы поедем? Ну туда, куда ехали? — уж очень хотелось поскорей убраться с этого склона.
— Сейчас. Ты как, сам держаться можешь?
— Д-да.
— Хорошо, — кивнул орк, и в одно движение развязал мне ноги. А затем и руки.
Памятуя о той высоте, что начиналась прямо из-под копыт нашего транспортного средства, и поэтому стараясь не раскачиваться я перевел руки вперед, растер запястья.
— Так я не пленник?
— С чего бы? Мы же не черные, чтоб вот так, безо всякого права закабалять свободных орков! Если бы я тебя не привязал, — пояснил мужик, — ты бы свалился с лошади еще в начале подъема. Ты ж как сноп позади болтался.
— А руки?
Орк подмигнул:
— Я, парень, в походы лет тридцать хожу. И знаешь какое первое правило, если твоего товарища ранили так, что он соображать перестает?
Я отрицательно помотал головой. Откуда ж мне знать! Моих товарищей до сих пор убивали и ранили только в виртуале. Сознание они при этом не теряли, а только матерились, зачастую — уже «с того света».
— Оружие у него отобрать! А то привидится ему чего, да как начнет махать мечом направо и налево… Иногда проще самим угомонить, чтоб он кого из
