Я влилась очень быстро и отвлеклась от дурных мыслей. Так всегда было. Работа помогала.
3 глава
Переговоры текли медленно. Испанцы оказались еще теми делателями мозгов. К каждому пункту цеплялись. И все им не нравилось. То оборудование их сторона предоставляет очень много, а российская мало, то бутылки не той формы, как они выпускаю вот уже более 130 лет.
Но тут наши взялись основательно. Русский народ не испанцы, и какой формы у нас будут бутылки решать исключительно нам. Но тогда испанцы вписали новый пункт о том, что оборудование для изготовления стеклянной тары покупает полностью российская сторона.
К концу, я была настолько вымотанна, что еле языком передвигала. Мы пробыли там почти до 7 вечера, единственный раз прервавшись на кофе с печеньем. Больше нас ничем не угостили. День завершился, а переговоры нет.
Наши предполагали, что так получится, а вот я была совсем не готова. Я никогда столько не переводила. Юристы, технологи, учредители. Оборудование, изготовление стеклотары, температура хранения. Я в словарь сегодня заглянула больше раз, чем за предыдущие пять лет. Но я справилась и, если честно, гордилась собой. Это опыт, а я всегда относилась к этому с уважением.
Завтра предполагался еще один день и я очень надеюсь, что он будет завершающим в переговорах. Я не выдержу три дня напряженного перевода. Их столько много, а я одна. Говорить было уже сложно. Надеюсь голос не сорву окончательно. Перекрикивать возмущенные и повышенные голоса мужчин было очень сложно и неприятно.
Испанцы предложили легкий перекус на деревянной веранде с которой открывается прекрасный вид на виноградные поля. Солнце уже катилось к закату, когда мы вышли наружу и расселись за круглым столом.
Некоторые из партнёров с испанской стороны удалились, остались только двое. Заместитель генерального директора и его помощник. У "верхушки" были дела. Они извинились и попрощались до завтра.
Заместителя звали Марио, а его помощника Антонио. Они видели, как я вымоталась и жалели, иногда переходя на английский. Но из наших английский знал только Рокотов Влад, он же «губы». К концу дня я уже запомнила большую половину из нашей группы.
Рокотов вообще был очень интересный персонаж. Говорил мало, вперед никогда не лез. Сидел всегда сзади или в конце овального стола. Я сначала не замечала его, от слова совсем, как будто его и не было с нами, но иногда к нему обращался Манулов за советом или просто спрашивал: «что думаешь»? и Владислав начинал коротко и четко излагать свою точку зрения по этому вопросу. Так несколько пунктов в договоре мы выбили для себя на своих же условиях.
Я никогда не переводила Рокотова напрямую, его слова тут же повторял Манулов и переводить приходилось его. Влад никогда не выходил на прямой контакт с испанцами. Я отметила это не сразу, так как Влад сидел за моей спиной, но стала обращать после второго или третьего раза, когда Манулов обратился к нему за советом.
Это необычно сидеть в полном зале людей, но знать, что за твоей спиной тоже сидит человек. Иногда я чувствовала, как он смотрит мне в затылок. Не знаю, как это объяснить, просто чувствовала, что рассматривает, от этого становилось не по себе.
За столом на веранде я села между Мануловым и Рокотовым стараясь вообще не смотреть по сторонам. Пока Антонио раздавал указания служащим, что принести, я тихонько выпорхнула из-за стола и отошла в дальний конец мансарды, чтобы позвонить Олесе. Мы всегда предупреждали друг друга, если задерживались. Тем более ехать еще слишком далеко.
- Привет, ну как ты? – выпалила мне Олеська.
Вчера я не успела ей рассказать с кем работаю и на кого, а сейчас при всех не могла.
- Привет. Я задерживаюсь по работе. У меня новые клиенты и мы только закончили переговоры.
- Как? Я думала мы сходи на карнавал.
- Лесь, не могу. Я даже не знаю, когда приеду. Ехать около трех часов.
- Кир, а завтра?
- Нет, тоже никак. Завтра опять поедем сюда же.
- А что у тебя с голосом? – взволновано.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Посадила. Пришлось перекрикивать 10 взрослых мужиков. Это ужасно.
- Держись милая. И выпей горячий чай, ладно?
- Я постараюсь, если вина не впихнут быстрее.
Олеся рассмеялась.
- Ну, вино нам никогда не помешает, тебе тем более. А что в группе ни одной женщины?
- Нет.
- Так, Кира, завтра говоришь, что одна не справляешься и берешь меня с собой, ладно?
- Ага, как ты себе это представляешь? – рассмеялась я.
Олеся в отличии от меня очень любила мужские компании и чувствовала себя среди мужчин, как рыба в воде. Ей дарили огромные охапки цветов, приезжали на дорогих машинах, и она с удовольствием принимала ухаживания. Иногда встречалась с кем-то недолго, ездила в отпуск, и я никогда не осуждала ее за это. Главное, что она по отношению ко мне честна.
- Кира, - подошел ко мне Володя и аккуратно тронул за плечо, - мы там без тебя немного не справляемся.
- Дайте минутку, сейчас подойду.
- Хорошо, ждем.
Володя вернулся к нашим, а я скороговоркой зашептала в трубку.
- Все, Лесь мне пора, люблю целую, буду поздно.
- Целую, дорогая.
- Не жди меня, ладно? Ложись спать.
-Хорошо. Счастливо.
Я все еще облокачивалась на перила мансарды, когда вышла девушка из обслуживающего персонала и вынесла поднос с сырной нарезкой и рыбой, а следом шел парень, который нес по две бутылки булого и красного вина. А уже за ним шла девушка с бокалами.
Начали потихоньку разливать вино, и в какой-то момент, девушка не заметив, что Рокотов встает, опрокинула на него бокал с вином. Бордовая жидкость растеклась по белой льняной рубашке и серым брюкам. Брюки задело меньше, но рубашка была испорчена окончательно.
Первым закричал Антонио, за ним поднялся Марио. Девушка стояла ни жива, ни мертва, но отдать должное Владу, он ни слова не произнес. Так же молча снял рубашку и выкинул в ближайшее мусорное ведро. В этот момент я как раз развернулась и собралась идти к столу, когда увидела Влада в одних серых брюках по пояс голым. Встала, как громом пораженная, а он точно так же смотрел на меня. Его как будто вообще не смущал визг вокруг, суета персонала и испанцев, он просто наслаждался тем какое производит на меня впечатление.
Секунды с третей я поняла, что откровенно пялюсь на него, но я клянусь, отвести взгляд была не в состоянии. Может, мозг и так перенапряженный за сутки, наконец, увидев то, что его хоть немного расслабило, успокоился.
Первое, что кинулось в глаза, довольная улыбка Воада. Потом серые глаза и широкая шея. Мозг отказывался схватывать картинку в целом, он отмечал только детали.
Русые волосы, несколько прядей на лбу выгорели и казались совсем белыми, широченная грудная клетка и мощные руки, на левой часы из белого золота, выше кожаный ремешок очень известного бренда.
А какой пресс, боже, такое уже точно не забудешь. Шесть ровных кубиков и нижний треугольник, окончание которого терялось за поясом брюк. Живот украшали светлые колечки волос. Грудная клетка чистая.
Боже, помоги. Остановите это. Двигайся Кира, двигайся. Ты же уже видела мужские тела, не веди себя, как девственница, - в голове хаотично плескались мысли, норовя стихией выбраться наружу.
Закатное солнце играло на каждом мускуле его рук, оттеняя светлую кожу. Красивые мужские руки увитые паутинками вен, квадратные коротко подстриженные ногти и очень сильные ноги.
- Красивый, да? – сзади вдруг возник Дронин, заместитель Рокотова, - он всегда такое впечатление производит.
Я пыталась услышать в его словах издевку, но нет, он говорил совершенно искренне и не пытался меня задеть. Я была благодарна, что он заговорил, дал мне возможность прийти в себя и наконец, начать двигаться.
- Обычный, - наконец, ко мне вернулся дар речи, - как все.
Ростислав наверняка улыбнулся, но я на это смотреть не желала. Я прошла и села за стол, больше ни разу не подняв на него взгляд.
