Читаем без скачивания Черная Королева тамплиеров - Лариса Капелле

Мужчина поморщился. День ему предстоял не из самых приятных. И у проблемы, над которой он размышлял, было имя: Хосе Суарес. И сегодня он должен был решить: жить Хосе Суаресу или умереть. Но Фелипе привык к подобного рода задачам. Иначе он бы так и продолжал оставаться на побегушках у сильных и богатых. Хосе Суарес был предателем, то есть самым последним человеком на земле, недостойной существования тварью. Фелипе думал, что человеку можно было простить почти все, кроме этого самого последнего и самого подлого греха: предать доверие людей, которые на тебя рассчитывают. Это являлось самым главным принципом в жизни Фелипе Феррейры: не предавать самому и не прощать предателей.

Широкой публике имя Фелипе Жоаким Феррейра не говорило ровным счетом ничего. Иногда оно мелькало в списке первой двадцатки самых богатых людей Бразилии. Но в любом случае он был мало кому известен, от общественности скрывался и шум вокруг собственной особы ненавидел. «Настоящая власть находится в тени», — любил повторять Фелипе. Впрочем, спецслужбы Бразилии, США, Аргентины знали его очень даже неплохо. Досье на Фелипе Феррейру напоминало хороший приключенческий роман: рождение в трущобах, где осели его отец и мать, лишившиеся земли крестьяне. Отец, впрочем, тут же примкнул к гангстерской группировке и вскоре стал ее главарем. Когда Фелипе было десять лет, отца убили в уличной перестрелке. И вот этот трущобный гаврош оказался владельцем огромного состояния. Легальная часть империи Феррейры включала в себя сеть гостиниц, казино и ресторанов, бокситные шахты, золотодобывающие прииски и электрическую компанию. И большую долю доходов приносила именно надводная часть империи. Подводная же часть айсберга была мало кому известна: только специалистам в области организованной преступности, а также соратникам и соперникам Феррейры по серому бизнесу. Но она была необходимым звеном в бизнесе Фелипе, начиная от контроля оборота наркотиков, сети элитных проституток и массажных салонов, способных удовлетворить самый изысканный или извращенный вкус нужных людей, и кончая целой армией охранников.

Но Фелипе был слишком умен, чтобы попасться. Кроме того, Феррейра являлся активным филантропом, жертвовал астрономические суммы различным благотворительным фондам, активно поддерживал католическую церковь, при этом предпочитая скромно оставаться в тени. На всех же презентациях в качестве благотворителя присутствовал Арсениус Молинос, картонный директор организации. Впрочем, этот факт был известен очень и очень немногим. Поэтому большинство простых смертных картонного директора принимали за настоящего, а о Фелипе Жоакиме Феррейре и слыхом не слыхивали.

Самолет приземлился на небольшой посадочной полосе частного аэродрома. Его ждали. У полосы стояли четыре «Лэндровера» с затемненными стеклами. Фелипе вышел и сразу же нырнул во вторую машину. На сиденье рядом с шофером вальяжно раскинулся огромных размеров мулат в белоснежной шелковой рубашке.

— Все готово, патрон, — веселым голосом произнес он.

— Хорошо, — кивнул Фелипе, — поехали.

Три машины, как одна, рванули с места, а четвертая осталась охранять самолет.

— Все спокойно? — спросил Фелипе, когда отъехали на приличное расстояние от аэропорта.

— Конечно, патрон, вы же меня знаете! — усмехнулся мулат.

— Что случилось с Мигелем и остальными?

— Сам не пойму, — развел руками его собеседник, — скорее всего испугались, что вы их накроете с поличным, и предпочли сделать ноги.

— С чем я мог их накрыть?

— Они продавали и регулярно прятали часть выручки от шахты, патрон, — виновато вздохнул мулат, — да так хорошо все организовали, что мы ни о чем не догадывались!

— Понятно, — мрачно процедил Фелипе. — Поговорим на месте.

Дорога была разбитой, но мощные машины прекрасно справлялись со своей задачей. Конечной целью их путешествия был затерянный в джунглях дом. Купил его Фелипе давным-давно, и этот непримечательный домишко стал одним из центров его империи. К дому подъехали досточно быстро. У железных ворот стояли вооруженные до зубов охранники. Фелипе вышел из машины. Горячий влажный воздух ударил в лицо и заставил сморщиться. «Старею», — пронеслось в голове. Но в этих мыслях не было никакого страха. Он никогда не боялся собственной смерти. Ее для него не было. Но ему не нравился сам процесс физического старения. Его он находил совершенно нелогичным.

Навстречу ему вышел бритый мужчина в кожаной безрукавке и с цветастой косынкой на голове. Голые мускулистые руки и волосатая грудь были покрыты татуировками. С его совершенно байкерским видом несколько контрастировали изящные очки в платиновой оправе. Дэн Дрейк, самый надежный и доверенный человек Фелипе Феррейры, с некоторых пор стал гораздо хуже видеть.

— Привет, Дэн. Ты все выполнил?

— Все сделал, как договаривались, — пожал тот мощными плечами.

— Он здесь?

— Приехал вместе со мной, — усмехнулся Дрейк.

Мулат в белоснежной шелковой рубашке при виде Дрейка немного напрягся.

— А, гринго, не знал, что ты здесь, — с непонятным оттенком в голосе процедил он.

Дэн спокойно посмотрел и холодно улыбнулся:

— Извини, приятель, не успел тебя поставить в известность.

Было явно видно, что два помощника Фелипе более чем прохладно относятся друг к другу. Фелипе зашел в дом, а Дэн одним коротким жестом захлопнул дверь перед носом мулата. Тот с недовольным видом отошел от двери и вернулся к джипу.

Внутри дома было прохладно. Мужчины прошли через большую гостиную с сидящими перед компьютерами несколькими людьми Дэна, спустились вниз, в полуподвальное помещение. Навстречу им поднялся сидевший возле окованной железом двери охранник.

— Открывай! — коротко приказал Дэн.

Они вошли внутрь. Сидевший на голом полу в углу маленький человечек при их виде вскочил, выпучив и без того вылезавшие из орбит глаза. Человечка трясло от страха, но он не решался вымолвить и слова.

— Итак, рассказывай, Ривера, я тебя слушаю. Каким образом ты прятал часть выручки?

— Я не п‑п‑рятал! — затрясся человечек.

— Она сама испарялась? — почти спокойным голосом поинтересовался Фелипе.

— Фелипе, я двадцать лет работал на вас! — прокричал Ривера. — Он мне угрожал, шантажировал жизнью моих детей. Вина моя в слабости, страхе, трусости, но что я еще мог сделать! Он угрожал мне! — Мужчина зарыдал. — Я не хочу умирать, я не могу умереть, моя семья пойдет по миру!

— Кто угрожал?

— Я боюсь! — воскликнул маленький человечек.

— Тогда тебе придется выбирать, кого ты боишься больше: его или меня? — спокойно ответил Фелипе.

— Хосе! — глухо пробормотал человечек.

— У тебя есть доказательства?

— Есть, — проговорил человечек и указал на Дэна. — Я ему все передал.

— Ты проверил?

— Да, все так и есть. Часть доходов двух шахт переводилась на два запасных счета на имя Хосе и его жены. Но это еще не все…

— Продолжай, — сжав зубы, процедил Фелипе.

— Он передавал информацию о наших планах австралийцам, концернам Станисласа и Вебера, но и это еще не все.

— Как будто этого мало! — с трудом сдерживая ярость, пробормотал Фелипе. Конечно, Дэн его уже предупредил по телефону, но в подробности не посвятил.

— Мигель никуда не сбегал… — Дэн с трудом сглотнул слюну.

Фелипе слушал молча. Он прекрасно знал, что Дэн и Мигель, управляющий шахтой, были друзьями.

— Я его нашел. Хосе заманил его в джунгли и убил.

— А двое помощников Мигеля?

— Лежат вместе с ним. Я их отыскал, вернее, то, что от них осталось, — сказал Дэн и отвернулся.

В камере повисло молчание. Маленький человечек прерывисто дышал, и по его кругленькому лицу градом струился пот. Он упал на колени и молча ждал приговора.

— Пошли, — проговорил Фелипе, разворачиваясь.

— А с ним что делать? — спросил Дэн, указывая на человечка.

— Думаю, что урок он усвоил. Перевести на самую низкооплачиваемую должность, пусть оправдается, — махнул рукой Фелипе.

Слезы облегчения покатились по лицу Риверы. Дрейк подошел к нему, вытащил нож и одним резким движением разрезал веревки, стягивающие его руки.

— А теперь посидишь здесь и подумаешь в одиночестве! — проговорил сквозь зубы Дэн.

Маленький человечек с благодарностью закивал и промычал нечто нечленораздельное. После пережитого шока дар речи к нему еще не вернулся. Но Дэн, не обращая на него никакого внимания, последовал вслед за Фелипе.

Когда он вышел на улицу, Фелипе стоял рядом с мулатом. Лицо мулата было напряженно-недовольным.

— С чего такая срочность, патрон? Вечно Дэн придумывает какие-то истории. Развалины старинной золотой шахты?! Подумать только! Неужели мы не можем посмотреть на находку Дэна в следующий раз! — возмущался тот. — И потом, почему я не могу взять с собой никого из ребят? Джунгли — это не прогулка в парке.