Фонари уже зажглись, парочки выползли из городских нор и неторопливо прогуливались туда-сюда. Настоящее раздолье и целиться удобно. Я отошла в тень деревьев и уселась прямо на траву, выискивая первые жертвы.
Хухрик, прогуливающийся с сиреной, показались на редкость банальной парочкой. Толстосумый коротыш и длинноногая красавица с чарующим голосом ладят и без призрачных стрел. По крайней мере до тех пор, пока монетки звенят в его карманах, внимание строптивицы обеспеченно.
Кто тут дальше? О, скорпионша и астерид – два одинаково ядовитых создания и смотрят друг на друга так враждебно. Какая экспрессия! Какой накал страстей! Прелестно! Я взвилась и устремилась вдогонку. Скорее, скорее, пока не прошли. Нашарила первую стрелу, отточенным движением расщепила на половинки. К непарным приворотам у меня стойкая неприязнь: только взаимность, только чувства!
Треньк на грани слышимости, и восторженный взгляд астерида остановился на опешившей спутнице. Мощная мадам попятилась от субтильного кавалера, вытирая тыльной стороной ладони обильно выступающий пот. Треньк! Женщина остановилась и вперила не менее радостный взгляд в астерида. Одна пара есть. Следующие!
Найти следующую интересную парочку оказалось сложнее. До чего же все скучные вокруг: даже выбрать не из кого. Кого интересуют пары, которые выглядят гармонично? Не меня точно.
Бесцельно шатаясь по набережной, я вспомнила о подходящем баре неподалеку, что расположен под открытым небом на берегу. Там всегда много отдыхающих и ветвистые кусты вокруг столиков. То, что нужно для удачной охоты.
Добралась я быстро, словно не бежала, а летела. Забралась в кусты в отдалении, подобралась поближе, прячась за живой изгородью, и приготовилась ждать долго и нудно. С этого места отлично просматривалось несколько столов, но найти подходящую пару не так-то просто. Все какие-то квелые, точно на свидание пришли под угрозой пыток. Разве же можно таких привораживать? Сила приворота закончится, и они друг с другом умрут от скуки.
А сейчас сон в кустах грозил мне. Темень, тихая музыка и негромкие разговоры – мне многого не нужно, а обстановка действует усыпляюще. Я сидела, положив подбородок на колени, и старалась не слишком уж клевать носом, когда вошедшая парочка заставила встрепенуться. А мне сегодня везет. Да что везет, о такой удаче и не мечтала.
Знакомый коротыш хамелеонистой наружности занял ближайший столик вместе с миловидной хамелеоншей. Ее оранжевый гребешок, как и хвост, украшен стразиками и блестками, одежда больше открывает, чем скрывает, а на лице странная смесь брезгливости и надменности одновременно. Дама зевает, элегантно прикрываясь ладошкой, и каждые пару щелчков пальцев7 поднимает взгляд к небу, будто ждет помощи.
Олеандр Лойр, который заморозил меня ледяным взглядом на нашей встрече, то и дело роняет приборы, подбирает, извиняется, случайно толкает локтем собеседницу, снова извиняется, подскакивает, разглаживает пиджак, роняет вилку. И так до бесконечности. Его хвост мелькает перед лицом все сильнее морщащейся дамы, которая мелкими шажочками отдвигается вместе со стулом. Еще немного и переедет за другой столик. Ну, как тут удержаться?
Я поудобнее устроилась, крепче перехватила лук. Прицелиться из кустов так, чтобы не выдать присутствие – та еще задачка. Привороты ведь бывают разные. В случае невзаимного приворота есть одна сложность. Нужно прицелиться так, чтобы призрачная стрела вошла в привораживаемого со спины, попав точно в сердце, а кончик указал на объект будущего вожделения.
Если верить легенде, хитрое условие боги придумали специально, стремясь защитить мир от сумасбродства хухриков, но недооценили силу смекалки и упорства. Самонаводящийся лук так и валяется в бездонном шкафу моей квартиры, поскольку пригодился всего два раза. Давно пора выкинуть, но столько сил вбухано, столько заклинаний перестроено, что рука самостоятельно опускается и не дает выбрасывать. Я тут совершено не причем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Эх, что не сделаешь ради мести?! Натянула тетиву… треньк и на одного влюбленного стало больше. Именно на одного: стрелу не расщепила намеренно: не заслужил.
Пока я размышляла, о том угадала ли с направлением стрелы, коротыш бухнулся на колени и загнусавил дурниной, вцепившись в юбку хамелеонши:
– О, ты мой свет! Моя любовь! Навек!
Дама вместе со стулом отъехала от стола, перебирая ногами и используя каблуки на туфлях для ускорения. Но кавалер, стоя на коленях, пошустрил за ней. И даже белые брюки его не остановили. Бывшие белые брюки.
Догнал и вцепился покрепче. Хамелеонша посматривала на него с ужасом, я на нее – с жалостью. Но обиженное самолюбие и пострадавший кошелек хором требовали мести. Пришлось пожертвовать чужим спокойствием.
Хамелеонша, не выдержав всеобщего внимания, вскочила со стула и помчалась к выходу, дробно стуча каблучками. Ошалелый кавалер кинулся за ней как есть, но быстро сообразил, что не успеет. Подскочив, бросился следом, вереща на всю улицу о своей всесилонгской любви.
Пустовал столик недолго. Вскоре появилась компания из четырех скорпиусов и направилась именно к нему. Я замерла, кляня себя за нерасторопность и старалась не дышать. Что стоило уйти сразу же? А теперь попробуй выберись: наблюдательность у этой четверки развита еще сильнее реакции.
Двое мужчин и две девушки неторопливо уселись за столик и уставились в меню, а я с трудом сдержалась, чтоб не выругаться вслух. А, хватайка на его пятки! Вот, что он тут делает? Это же обычная портовая забегаловка. Совсем не его уровень! Можно подумать, сегодня именно тут назначена раздача счастья. Ничего другим скопление знакомых я объяснить не могу.
Точно напротив меня сидел Ортегас и пронзал взглядом тот куст, за которым я пряталась. Ргуш! Ргуш! Ргуш! А может у меня обострение паранойи? Да нет, точно смотрит. А-а, поняла: он слышит шорох. Вот как ему это удается? Не шевелюсь же даже.
Я замерла статуэткой, но продержалась недолго. Нос, ладони, колени, уши – у меня зудело все, как это обычно и бывает, когда чего-то делать нельзя. Вредный скорпиус бросил очередной взгляд на мой куст и переключился на меню. Я расслабилась и выдохнула, а взгляд бывшего шефа, вновь, приклеился ко мне. Кучка хоботника, чего он прирос к стулу? Вышел бы… руки помыть. Перед едой самое то.
Ух ты, никак мысленный… хм… посыл сработал. Мужчина вежливо извинился перед спутниками, отложил меню и вышел. Вот он мой шанс!
Ортегас
Предложение оттянуться поступило неожиданно. Выпивать среди недели не в его правилах, но день выдался тяжелый. Хотелось на мгновенье забыть о случившемся. И пусть его ищейки уже занялись Лойром, злости это не отменяло. Он согласился сразу, а кого потянуло на уличную экзотику: приятеля или случайных подружек – не интересовался. Береговой бар ничуть не хуже других. Главное отличие одно: нет предварительного заказа. Вся надежда на удачу.
Столик они с приятелем заняли до того, как унесли тарелки, оставшиеся от предыдущих посетителей. А потом долго стояли в ожидании девушек, едва ковыляющих по щербатому дощатому полу. Элегантные туфельки подобное испытание с треском провалили, и он заподозрил приятеля в склонности к изощренным пыткам.
Как только закончили убирать на столе, принесли меню. Ортегас придирчиво оглядел стул и уселся так, чтобы находится лицом к выходу из бара и к кустам заодно. Разлапистая растительность, призванная разнообразить интерьер, окружала все столики, чем ужасно раздражала. Меню казалось излишне скудным, а публика – вульгарной. Или это настроение такое?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Девушки, наконец-то, заняли стулья и теперь заученно щебетали, и улыбались. Он кивал, ловя себя на мысли, что не слышит ни слова. Куст напротив заинтересовал куда больше пустопорожних разговоров. Он подрагивал, фыркал и едва слышно ругался. Едва слышно для него, для остальных, сидящих дальше, вовсе не слышно. А когда шевеление усиливалось, из веточек показывался острый темно-бордовый уголок, который вызывал нехорошие ассоциации.
