Читаем без скачивания Рейс на Меркурий - Ари Штернфельд

Но не ставьте эту головокружительную скорость в заслугу нашему двигателю. Он к ней не причастен. Здесь действует могучая сила притяжения Солнца.

Только что я написал: «Мы приближаемся к Меркурию». Это не совсем точно. Следовало бы сказать: «…к той линии, на которой произойдет наша встреча с Меркурием». Дело в том, что сам Меркурий все время «заигрывает» с нами. То он отдаляется от нашей траектории, то приближается к ней, то замедляет, то ускоряет свое движение. Это напоминает игру ребят: мальчик пытается поймать товарища, находящегося по ту сторону большого стола, а тот бросается то в одну, то в другую сторону и остается неуловимым.

Но Меркурию все же не удалось сбежать от нас. Все хитрости этой капризной планеты давно уже изучены астрономами, и в момент, заранее определенный нашими расчетами, мы ее настигли.

Вот он висит перед нами, огромный, ярко освещенный Меркурий. Видна левая половина его диска. Чтобы увидать ее, мы покрыли в межпланетном пространстве внушительное расстояние в 284 миллиона километров. Средняя скорость нашего полета за все время путешествия немногим больше 122 тысяч километров в час.

В эти минуты мы летим параллельно Меркурию на высоте 47 километров от его поверхности. Ракетный двигатель, действуя как тормоз, значительно уменьшил скорость полета. За 84 минуты мы совершаем полный оборот вокруг Меркурия. Этот облет используем, чтобы создать карту планеты.

Астрономы прошлого точно вычислили движение Меркурия на сотни лет вперед, установили и размеры планеты: ее диаметр равен 4840,78 километра. Однако определение массы Меркурия оказалось им не под силу, так как он не имеет (точнее, не имел) спутника. Но когда посланная с Земли ракета-зонд превратилась в искусственный спутник Меркурия, по периоду вращения этого спутника была точно определена масса планеты. Она оказалась в 17,995 раза меньше массы Земли.

Аэрофотосъемка Меркурия закончена. Готовимся к наиболее ответственному моменту нашего путешествия — посадке на Меркурий. Вот когда нам пригодились добытые с помощью искусственного спутника сведения о массе планеты. Было установлено, что нам придется погасить скорость 8,59 километра в секунду. Некоторую помощь нам окажет атмосфера Меркурия. Когда-то считали, что на нем вообще нет атмосферы. Однако это не так. Она крайне разрежена, но все же способна оказывать тормозящее действие на небольшой высоте.

Раздается команда: «Приготовить планер!» Из корпуса ракеты выдвигаются широкие крылья. Корабль становится похожим на обычный самолет, но несколько своеобразной формы и гигантских размеров.

Вот мы уже использовали атмосферу Меркурия как тормоз. Наша скорость значительно снизилась. Оставшуюся придется гасить двигателем.

Пилот поворачивает корабль на 180 градусов. Полет продолжается в прежнем направлении, но мы летим «кормой» вперед, «носом» назад. Сопла двигателя обращены к Меркурию. Из них с силой извергается газ. Мы, как говорили некогда машинисты паровозов, «даем контрпар».

Меркурий стремительно надвигается на нас. Последняя струя газа… Жужжание двигателя смолкает. Опираясь на облако газа, как на подушку, наш корабль «примеркурился». Мы первые люди, высадившиеся на этой планете!

Перед нами вплоть до горизонта расстилается каменистая пустыня необычайно темного, густокоричневого цвета. Над неровной поверхностью почвы, усеянной остроконечными обломками какой-то породы, кое-где поднимаются невысокие скалы. Ни единого пятнышка растительности. Ни следа какой-либо жизни.

На горизонте пламенный диск Солнца. Здесь оно много ближе к нам, чем на Земле, и лучи его светят нестерпимо ярко.

Как Луна всегда обращена одним полушарием к Земле, так и Меркурий постоянно повернут одним полушарием к Солнцу. Будь орбита Меркурия точно круговой, одно его полушарие было бы вечно залито солнечными лучами, а другое погружено в вечную тьму. Но Меркурий движется не по кругу, а по эллипсу, в одном из фокусов которого находится Солнце. Поэтому Солнце «заглядывает» и на тыльную сторону Меркурия, а в вечном мраке оказывается поверхность несколько меньше полушария. Солнце здесь не восходит и не заходит. Оно, как диск маятника, медленно колеблется — полгода в одну сторону, полгода в другую.

Меркурий — одновременно самая жаркая и самая холодная планета солнечной системы. На дневном полушарии, подверженном непрерывному солнечному излучению, температура почвы доходит почти до четырехсот градусов Цельсия. Этого достаточно, чтобы расплавить не только олово, но и свинец. На полушарии, погруженном в вечный мрак, царит необычайный холод, близкий к абсолютному нулю.

Представляю себе, с каким удивлением вы читаете эти слова. «Что же будет с участниками экспедиции? — думаете вы. — Они либо расплавятся и испарятся, как капля воды, упавшая на раскаленную сковороду, либо замерзнут и превратятся в ледышки!»

Спешу вас успокоить. Мы высадились на той узкой полосе Меркурия, которая является «границей» между его освещенным и темным полушариями. Здесь климат относительно сносный.

В интересах точности следует заметить, что вследствие крайней разреженности атмосферы погоды на Меркурии не существует. Каждая местность на нем имеет известную освещенность и температуру почвы в определенное время меркурианского года, в прямой зависимости от большего или меньшего удаления от Солнца. Меркурианское бюро погоды легко могло бы блеснуть невиданной на Земле точностью прогнозов.

Однако мне приходится прервать свои корреспондентские занятия. Весь экипаж приступает к операции превращения нашего корабля в вездеход. Границы узкой полосы между адской жарой и нестерпимым холодом все время передвигаются в соответствии с взаимным расположением Меркурия и Солнца. И для того, чтобы попрежнему наслаждаться относительно сносным климатом, нам необходимо постоянно перемещаться самим.

5 августа

Два месяца прошли в напряженной работе по изучению планеты. Мы не только ездили в нашем корабле-вездеходе, но и путешествовали пешком по Меркурию. Наши скафандры рассчитаны на использование их в абсолютной пустоте. Поэтому они оказались полностью пригодными и для меркурианских условий. Противодавление здешней разреженной атмосферы так мало, что практически не имеет значения. Оно в семьсот с лишним раз меньше, чем на Земле.

Мы медленно шагаем в своих скафандрах, как водолазы по морскому дну. Нам жарко, и мы стараемся прятаться в тени скал. Тени, отбрасываемые даже самыми невысокими скалами, здесь неимоверно длинны, и благодаря этому значительную часть пути нам удается проделать под теневой защитой.

Экипаж неплохо приспособился и к меркурианской силе тяжести. Лучше всех, «как дома», чувствует себя один из участников нашей экспедиции, побывавший на Марсе. Меркурий притягивает к себе тела, находящиеся на его поверхности, с такой же силой, как и Марс. Те, кому привелось бывать на Луне, ощущают себя, напротив, в два раза тяжелее, чем там.

Интенсивность падающих здесь солнечных лучей настолько велика, что нагретые ими газы давно бы вырвались в мировое пространство, если бы не относительно большая сила притяжения планеты.

Напротив, на неосвещенной стороне Меркурия, где температура близка к абсолютному нулю, более тяжелые газы и пары затвердели. Поблизости от холодной части планеты нам удалось обнаружить мощные азотные глыбы и твердый кислород. Эта находка облегчит освоение Меркурия. Можно будет уменьшить запасы кислорода, забираемые с Земли для работы двигателей и для дыхания участников экспедиции.

Как ни грустен безжизненный пейзаж Меркурия, экипаж не чувствует себя заброшенным и одиноким. Только что мы говорили с Землей. Поздравляем пилота. У него два часа назад родился сын. Предлагаем ему в честь нашего путешествия назвать мальчика Меркурием.

8 августа. 12 часов

Сегодня последний день нашего пребывания на Меркурии. Ровно в 19 часов мы оторвемся от него и помчимся через безбрежные пространства Космоса обратно на родную планету, по которой, признаться, очень соскучились.

Делаются последние приготовления к отлету. Опустошенные нами в пути баки для плотного водорода, которые служили нам жильем на Меркурии, мы оставляем здесь для будущих посетителей планеты.

Топлива у нас осталось немного. Но на обратный путь нам понадобится его меньше, чем в пути на Меркурий. Взлетать с него хорошо: не мешает тормозящее сопротивление воздуха и можно набрать скорость, разгоняя корабль горизонтально, что также дает экономию топлива. Мы оторвемся от сферы притяжения Меркурия, когда разовьем скорость в 11,3 километра в секунду.

8 августа. 21 час

Ровно два часа назад произошла первая вспышка газа в нашем двигателе. Прощай, Меркурий! Но еще 108 с небольшим дней отделяют нас от того радостного момента, когда мы сделаем первые шаги по Земле.