Читаем без скачивания Барышня с дипломом - Анатолий Галкин

– Двести долларов.

– А я думаю, что больше… Вы узнали, Ольга, какой он масти?

– Рыжий кот.

– А зовут как?

– Чубик.

– Я так и знал… Вы же адвокат, Ольга! Вы же понимаете, что Носов неспроста назвал кота именем высокого чиновника. Я уверен, что убийство бомжа явно политическое… Так сколько стоит ваш рыжик?

– Триста долларов. Но это верхний предел.

Губы следователя Крюкова растянулись в ухмылке. Она означала, что он не очень доволен, но просто вынужден согласиться… Из ящика стола был извлечен конверт, на котором красным карандашом было написано: «Дело Носова». Из конверта на стол высыпались карманные мелочи: зажигалка, записная книжка, швейцарский ножик и связка ключей с брелоком из куска желтого янтаря… Двумя пальчиками Василий Васильевич поднял ключи над столом и начал раскачивать их перед глазами Ольги… Вроде бы как дразнил.

Крутова намек поняла! Она полезла в сумочку, вытащила три купюры и протянула следователю. Он молча замахал руками, а потом указал на книжный шкаф:

– Посмотрите, Ольга, на верхнюю полку. Там Свод Законов России. Между шестым и седьмым томом есть свободное местечко.

Крюков никогда сразу не брал деньги в руки. Пусть отлежатся. И отпечатков на них не будет, и сам в каком-нибудь хитром порошке пальцы не испачкаешь… Он троих посадил за взятки и знал – как это делается!

Оленька послушно подошла к книжному шкафу, раздвинула тома и в нужное место вложила три сотни баксов.

Следователь последний раз звякнул ключами, наклонился и положил их на самый край – поближе к адвокату. Она подскочила, схватила связку, натянуто улыбнулась, поклонилась и вылетела из кабинета… Смешная девчонка. С ней вполне можно работать. Если за ключи три сотни отвалилось, то за полную свободу можно в сто раз больше содрать. Тридцать тысяч… Или для ровного счета – пятьдесят!

Сегодня была пятница. Крюков знал, что в такой день к вечеру невозможно собрать полную бригаду. Никто не проводит захват за пять часов до субботы. И именно в этот день он опустошал свою кассу, собирая недельный урожай.

Следователь запер кабинет, подошел к шкафу и отодвинул первый том Законов. Там уже четыре дня скучали две сотни долларов. Это за лишнее свидание с Мильманом.

За вторым томом всего сотня – за передачу письма Васькова. За третьим еще три бумажки… Что такое? Кругом жулики!

Крюков стоял и крутил в руках три купюры по одному доллару. Кто-то решил развести его как лоха! Вспомнить бы, кто это мог быть… Или сестра Самсонова, или жена Филькина… Если не вспомнить, то придется обоих наказать. Придется каждому по три лишних года накинуть. Будут знать, как с властью шутить!

У Ольги Крюковой была Ока. Не самая большая машина, но четыре колеса у нее были. И мотор был. Он тарахтел громко, но безотказно.

Перед выездом на Калужское шоссе Ока сбавила скорость… Вот где-то здесь рыжий гаишник притормозил Дениса… А вот деревенька Мамыри и хозяйственный магазинчик, за которым в костре из тары сгорела подброшенная наркота.

Оленька долго искала правый поворот за поселком Ватутинки… Вот эта узкая дорога с неожиданным пешеходным переходом у старой школы. Надо обязательно побывать здесь еще раз и все облазить. А на сегодня главная задача – голодный кот, рыжий Чубик.

Машину она оставила у соседнего дома. Открыла высокую калитку и вошла на участок, где в глубине высился коттедж в стиле «эклектика». Без хозяина он выглядел печально… Оленька подумала, что если она не спасет Дениса, и его осудят надолго, то все здесь придет в запустение, газоны зарастут сорняками, а во всех комнатах появится паутина, как когда-то в ее кабинете.

Она вошла в дом и сразу захлопнула дверь – очень боялась, что рыжий Чубик выскочит, и лови его по кустам…

Все двери на первом этаже были открыты. Ольга заглянула на кухню и замерла в изумлении. Она думала увидеть то, что она постоянно слышала от Ванды. Та говорила, у мужчин всегда бардак в пищеблоке – гора грязной посуды, окурки в блюдцах и всякое такое… Возможно Вандочке не те мужики попадались. Здесь у Дениса был идеальный порядок. Даже слишком! Все, как в ресторане высшего класса. Не хватало домашнего уюта – недопитой чашки чая, кучи пакетов из местного универсама и прочих примет нормального беспорядка… Кота в кухне не было.

Оленька передвигалась по коттеджу с опаской. С робостью и стеснением. Она впервые была в доме одинокого симпатичного мужчины. Хорошо еще, что хозяин сидит в тюрьме… Какие идиотские мысли приходят от страха пустого дома. Этот чудной Носов понастроил башен, как в английском замке. Вот привидения и мерещатся.

В гостиной был дубовый стол на двенадцать персон, а по стенам всюду шкафчики и сервантики. И везде опять-таки идеальный порядок. Может у Дениса есть приходящая женщина для уборки и всякого такого? Но почему она не забрала кота? Где он, кстати… В гостиной Чубика не было.

Под лестницей, которая вела на второй этаж, был устроен чуланчик. Ольга уже собиралась сделать первый шаг наверх, как под ступеньками что-то зашуршало и замяукало.

Дверь в коморку была открыта. Толстый рыжий Чубик лениво лежал на мешке с кошачьим кормом. На полу – разорванные в клочья пакетики от этой еды… А она думала, что он худой и голодный! Похоже, что котяра всю неделю не выходил из чулана. Ел и спал. Спал и ел.

Оленька захлопнула дверь – семь дней сидел, пусть еще семь минут подождет!

Перед входом в спальню она замерла. Одно дело кухня, гостиная или чуланчик, а совсем другое эта, в некотором смысле, интимная комната… По центру – широкая деревянная кровать со столбиками по краям. Вот зачем одинокому мужчине широкая кровать?

Оленька рванулась к трюмо и тут успокоилась – одинокая электробритва и пара склянок чисто мужского парфюма. Вот здесь Денис бреется, прыскает на себя французскую воду, поправляет галстук и спешит на работу… А никто больше за этим зеркалом не сидит. Никаких следов – ни тебе помады, ни духов, ни крема от веснушек…

Картина, за которой скрывался сейф, висела рядом с кроватью. Ольга подошла и совершенно машинально дотронулась до подушки… Она сама испугалась этого жеста! И разозлилась на себя по полной программе… Денис, конечно, отличается от всех мужчин. Его не за что ненавидеть. Он умный, приятный в общении, у него крепкие и ласковые руки, но это не повод, чтоб подушки гладить. Просто фетишизм какой-то! Или сдвиг по фазе из-за воздержания…

Она решительно сняла с крюка картину, воткнула ключ и открыла сейф… Он был полупустой. Десяток тонких папочек с документами и десяток пачек американских денег. Сколько из них брать? Денис сказал, что забрать надо всю наличность. Но это же невероятно много.

Оленька разложила большую красную сумку, которую она прихватила для Чубика… Она возьмет только одну пачку – десять тысяч долларов. Даже половины от этой суммы хватит на все расходы по защите… В крайнем случае она придет сюда еще раз. И пыль надо протереть, и цветы полить.

Легкая занавеска, за которой на подоконнике стояли цветы, вдруг колыхнулась от порыва ветра. Где-то внизу хлопнула входная дверь, и послышались грубые мужские голоса.

Это мог быть кто угодно, но в голове у Крутовой мелькнула лишь одна мысль – воры!

Оленька дрожащими руками сгребла в сумку и деньги, и документы. Потом быстро прикрыла сейф, повернула ключ, навесила картину и подскочила к двери… Поздно! Шаги стучали на лестнице, и незамеченной ей не выйти.

В состоянии стресса в голову лезут любые мысли. Оленьке вспомнились анекдоты из серии «… и вдруг возвращается муж». Там тоже действие происходит в спальне, а лишняя персона прячется в шкаф.

Она вместе с сумкой нырнула в пространство под рубашками и брюками Дениса. Дверца шкафа захлопнулась и почти одновременно открылась дверь в спальню.

Судя по голосам – их было трое. Сначала работали молча, но вскоре оказалось, что кто-то по кличке Лось не может открыть сейф. Ну не берет его отмычка! Калитку открыл, входную дверь тоже, а у сейфа замок похитрее… Оленька знала, что существует мат. Она даже знала смысл отдельных слов этого языка. Считала, что может понять без переводчика, но она ошибалась. Рядом со шкафом возник такой диалог, такой каскад терминов, что Крутова потеряла ориентировку… Понятно, что двое высказывали Лосю претензии по поводу его профессионализма, а он сообщал то, что думает о них и их родственниках.

Наконец спор затих и заработала дрель. Металл сейфа с неохотой поддавался напору… Вскоре что-то лязгнуло, и возник новый диалог. Тут уж все трое ополчились на какого-то фраера, который впарил им это фуфло.

Они продолжали возмущаться и на лестнице, и у входной двери, и, вероятно, на участке, идя к калитке…

Ольга вылезла из шкафа и плюхнулась на кровать. Не села, а легла, уткнувшись в ту самую подушку… Рядом на тумбочке стоял телефон. Она набрала знакомый номер и зашептала: