Читаем без скачивания Первые люди - Эдмунд Уайт

Однако хотя человек прямоходящий и отличался строением тела от своих предков, на нас он полностью тоже не походил. Его кости были тяжелее и толще, чем у современного человека, а более крупные кости подразумевают более мощные мышцы. Впрочем, эти различия в скелете не очень заметны. Как сказал один специалист, "ниже шеи различия в скелетах человека прямоходящего и современного может заметить только опытный анатом". Но выше шеи человек прямоходящий походил на современного человека заметно меньше. У него был низкий покатый лоб, мощное выступающее вперед надбровье и массивная нижняя челюсть лишь с легким намеком на подбородок. Однако все эти примитивные черты, за исключением надбровья, у него были выражены слабее, чем у его предков, и основные пропорции головы начинали меняться. Мозг у него увеличился и черепная коробка стала более выпуклой, чем у австралопитека, а лоб - более высоким. Кроме того, его челюсть начала уменьшаться, так как он стал употреблять обработанную огнем пищу, что заметно снижало нагрузку на нижнюю челюсть. Сочетание этих изменений придавало ему более "человеческий" вид, однако сильнее всего он отличался от современного человека именно лицом.

Галерея приматов, преображающихся из обезьяноподобных существ в человека, очень длинна, и изменения, которые позволяют назвать человека прямоходящего первым истинным человеком, носят во многом количественный характер. По мнению ряда антропологов прежних лет, облик австралопитека был вполне звериным, но, согласно современной точке зрения, эти предки человека имеют гораздо больше сходства с ним, чем совершенно обезьяноподобные их изображения, созданные в прошлом. Таким образом, различия между австралопитеком и человеком прямоходящим были много тоньше, чем считалось ранее. Между древнейшим австралопитеком и первыми людьми должна была существовать целая цепь переходных форм, которые из тысячелетия в тысячелетие обретали все большее и большее сходство с человеком. И действительно, некоторые систематики предлагают выделить в особый вид Homo habilis (человек умелый) - существо, которое другие специалисты считают последним из австралопитековых. Человек умелый обладал несколько более крупным мозгом, чем прочие австралопитековые; он был немного выше (его рост достигал примерно 135 - 150 сантиметров), и осанка его, возможно, была чуть прямее. Впрочем, вопрос о том, относить ли его к австралопитековым или признать особым видом первобытного человека, пусть решают систематики. Во всяком случае, если бы нам удалось попасть во времена человека умелого, мы увидели бы перед собой существо с обезьяньей головой на теле, почти сходном с человеческим. Его преемник, человек прямоходящий, был совсем другим. Как заметил один антрополог, "они были первыми приматами, о которых, увидя их где-нибудь на лугу, вы сказали бы: это не человекообразные обезьяны, это несомненно люди".

Однако первым человеком человека прямоходящего делали не столько его рост, прямая осанка, человеческая походка и точная хватка, сколько поразительные изменения его мозга и поведения. От прочих приматов, своих предшественников, человек прямоходящий более всего отличался большими размерами мозга и сложным поведением, которое стало возможно благодаря такому мозгу. Хотя объем черепной коробки не может служить безошибочным мерилом развития мозга, тем не менее, у сходных по величине животных виды с более крупным мозгом обычно бывают более сообразительными, чем те виды, чей мозг меньше. Объем черепной коробки у современных человекообразных обезьян - даже у такой крупной, как горилла, - не превышает 500 кубических сантиметров. У австралопитека он был в среднем примерно таким же. Даже если учесть черепа спорного человека умелого, объем черепной коробки австралопитековых, по-видимому, колебался между 400 и 660 кубическими сантиметрами. Объем же черепа человека прямоходящего колебался между 750 и 1400 кубическими сантиметрами, то есть самые мозговитые представители этого вида были вполне сравнимы с современным человеком, объем черепной коробки которого составляет 1000 - 2000 кубических сантиметров.

Мозг человека прямоходящего был не только крупнее мозга более древних приматов, но, конечно, намного превосходил его сложностью внутренней организации. Не сохранилось ни одного окаменевшего мозга, и никаких прямых сведений о его строении у нас, разумеется, нет, но зато в нашем распоряжении имеется довольно много косвенных данных. Так, сравнение мозга современных человекообразных обезьян с мозгом современного человека показывает, что последний отличается совершенно иными пропорциями: клетки его крупнее и сложнее, заметно увеличены центры таких функций, как речь, слух и зрение, а внутренние связи между клетками гораздо более многочисленны. Ученые считают, что своими особенностями человеческий мозг обязан не только величине, но и внутренней организации. И действительно, поведение людей, рожденных с маленьким мозгом (так называемых микроцефалов), характеризуется вполне человеческими чертами, хотя их мозг по числу клеток может уступать мозгу нормальной гориллы.

Структурные изменения мозга проявлялись уже у австралопитека, который изготовлял орудия и демонстрировал некоторые другие особенности, свойственные чисто человеческому поведению, однако великая перемена наступила с появлением человека прямоходящего, достигшего той ступени умственного развития, которая безоговорочно делает его человеком. Доказательство мы находим в том, чего он достиг благодаря своему более развитому мозгу. В некоторых отношениях он просто пошел дальше по пути, на который уже вступили его предки. Но многие важнейшие достижения были его собственными. Он заметно лучше австралопитека изготовлял орудия, а также планировал и организовывал совместную охоту.

Кости животных, которых первые люди приносили после удачной охоты на свои первобытные стоянки, ясно свидетельствуют о том, что это были терпеливые и предусмотрительные охотники, умевшие и упорно ждать в засаде у звериной тропы, и бесшумно окружить какое-нибудь быстро бегающее и хорошо прыгающее животное. Так первые люди добывали газелей и антилоп, схватывались с саблезубыми кошками, а в конце концов научились охотиться даже на гигантов саванн - слонов.

Охота, все более становясь основным занятием человека прямоходящего, дала толчок к развитию социальной организации, которая имела явно человеческий характер, поскольку опиралась на четкое разделение труда между мужчинами - охотниками и женщинами - собирательницами пищи.

Формы человеческого черепа

Промискуитет, вероятно, был менее выражен: женщины стали не такими неразборчивыми, как их австралопитековые прабабушки, а мужчины ревнивее оберегали своих подруг. Хотя сомнительно, чтобы уже тогда кто-нибудь подметил связь между половым актом и тайной деторождения; первые люди, скорее всего, вели вполне определенную, хотя и достаточно свободную семейную жизнь. Некоторые антропологи считают, что братья и сестры, а также тетки могли приглядывать за младенцами, пока матери время от времени уходили с другими женщинами на поиски пищи.

Однако создание человеческого общества - всего лишь одно из великих свершений, которые дают человеку прямоходящему право считаться первым из людей. Он расселился по значительной части планеты, проникнув на север, в области с умеренным климатом, где никогда не обитали ни низшие, ни человекообразные обезьяны - во всяком случае, никаких свидетельств этого не осталось. Он научился использовать огонь, чтобы готовить пищу, чтобы греться и даже для того, чтобы добывать крупную дичь. И он научился говорить. Австралопитек, по всей вероятности, прибегал к выразительным звукам для общения с себе подобными. Однако, хотя система общения у австралопитековых была значительно более развитой, чем у человекообразных обезьян, словами он еще не пользовался. Судя же по развитию мозга и по изменениям, которые, по-видимому, произошли в голосовом аппарате, человек прямоходящий уже пользовался зачатками простейшей речи.

Современный человек, разговаривая, издает множество разнообразных и четких звуков. Получил он эту возможность благодаря специфическим особенностям голосового аппарата: его гортань способна вдесятеро изменять свой объем и производить разные звуки в очень быстрой последовательности; корень языка находится глубоко в глотке, а челюсти относительно невелики, благодаря чему остается больше места для того, чтобы говорить, и меньше, чтобы жевать, глотать и дышать. Голосовой аппарат человека прямоходящего был не таким большим и гибким и скорее напоминал голосовой аппарат человекообразной обезьяны. Человек прямоходящий мог произносить некоторые из звуков, которыми мы пользуемся в нашей речи, но далеко не все, и процесс говорения у него, по-видимому, протекал раз в десять медленнее. (Зато давился едой он заметно реже.) Но в любом случае то, что он вообще мог говорить, было его величайшим достижением: человек научился общаться при помощи символов и обозначать предметы и понятия комбинациями звуков. Развитие устной речи, которому посвящена четвертая глава, выделяет человека из всех животных как единственное существо, способное к созданию культуры, то есть способное успешно приспособляться к новым или меняющимся условиям, вырабатывая соответствующие формы поведения, а не путем физических изменений.