— Вы должны понимать серьезность ситуации, Астрид. В зоне карантина вы можете столкнуться с полномасштабным мятежом, с угрозой вашей жизни и здоровью со стороны других членов экспедиции.
— Директор, мне сложно в это пове…
— Слушайте и не перебивайте, Астрид. Повторяю: ситуация крайне серьезна. Это мероприятие организовано при участии нескольких служб и министерств города. Все заинтересованные организации входят в Совет Структур, но это не говорит об их единодушии. Некоторые участники экспедиции представляют… враждебные нам силы.
Астрид глубоко дышала, стараясь успокоиться. Тщетно.
— О ком мы говорим, директор? Конкретно.
— Полковник Иосиф Каравценко и профессор Иван Орлов, — внезапно заговорил мужчина в кресле. Он наконец обернулся к беседующим женщинам. Лицо говорящего исполосовали резкие морщины, в глубоких провалах глазниц блестели темные глаза. — Каравценко — военный руководитель экспедиции, Орлов — научный. Оба представляют враждебные нам Департамент Надзора за правопорядком и Министерство науки.
— Астрид, — ответила на вопросительный взгляд девушки Стрелль, — познакомьтесь с Теодором Роввелем, директором Службы городской очистки.
— Указанные лица, — продолжал мужчина, — потребуют вашего особого внимания, Аллерсон. Они опасны. Смертельно опасны.
— Если я правильно поняла, — решилась Астрид, — то помимо выполнения основных обязанностей, мне придется следить, как бы в зоне карантина меня не прикончили из-за политических интриг.
— Совершенно верно.
— Но как? Орлову подчинен весь научный персонал, в распоряжении Каравценко — дюжина солдат. Боюсь, за Барьером выданные мне полномочия могут превратиться в пшик.
Директор Службы городской очистки Теодор Роввель с мрачным удовлетворением кивнул.
— Вы быстро ухватили суть дела, Аллерсон. Похвально. Действительно, вам понадобится что-то более надежное, чем удостоверение. И мы собираемся вам это дать.
— Что именно?
— Вашу безопасность, — ответила Стрелль, — будут обеспечивать не двенадцать надзирателей, а восемь. Двое из оставшихся будут заменены на бойцов смежного силового подразделения, практически не связанного с головным ведомством Департамента Надзора.
Астрид покачала головой.
— Так мы ослабим и без того не слишком мощный военный аспект всего предприятия.
— Не ослабим. Совсем наоборот. Роввель, поясни.
Мужчина отпил из стакана, кивнул.
— Вместо четырех надзоров, — он перешел на пренебрежительный сленг, — с вами отправятся четверо человек из моего ведомства. Одни из лучших.
Девушка округлила глаза, недоверчиво посмотрела на Роввеля. Тот заметил выражение ее лица, усмехнулся.
— Все верно, Аллерсон. Мы отправим с вами бойцов Управления «Е» Центра силовых решений. Люди майора Терри Ламберта, ваши старые знакомые. Они проследят за тем, чтобы Орлов и Каравценко помнили свое место.
— А если, — Астрид подняла голову, — если они его забудут? Если и правда откажутся подчиняться? Если… применят силу?
Директор Службы внешнего контроля Маргарита Стрелль и директор Службы городской очистки Теодор Роввель переглянулись. В глазах Советников Структур что-то сверкнуло. Астрид поняла все еще до того, как ей дали четкий и всеобъемлющий ответ.
— Так откуда ты его знаешь, розочка? Полковника Каравценко?
Блондинка опомнилась, обернулась с задумчивым видом.
— Хорошеньким была бы я командиром, если бы не знала, кем придется командовать. А ты? Почему не рассказывала, что ты подчиненный полковника?
— Я сказала, что работала вместе с ним, а не на него. Да и ты ведь не его подчиненная, — зевнула темнокожая, подтягивая одеяло с пола. — Ты же крутая бабень с автоматом…
— Да-да, крутая и не выспавшаяся, — блондинка набрала в кастрюльку воду, включила газовую конфорку. — И без автомата, в сущности. Я же говорила, что у меня нет табельного оружия.
— Я в этом не разбираюсь. Но ты же Екатеринбуржец, а они солдаты. Поэтому я и…
— Я не Екатеринбуржец, дорогая, — блондинка фыркнула, стараясь сдуть упавшую на глаза прядь. — Я из «Корнета».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Из «Корнета», — без всякого интереса повторила темнокожая.
— Да. Мы не ходим с оружием, как бойцы СГО. Мы ходим с разными скучными приборами, которые даже не взрываются.
— Но ведь ты была… там.
— За Барьером?
Темнокожая вздрогнула, кивнула. Блондинка с неопределенным выражением уставилась на нее индиговым взглядом.
— Да, случалось. Только Екатеринбуржцы действуют за Барьером, а это значит, что только с ними я могу ходить в рейды.
— Но зачем?
— Потому что это моя работа. А Служба внешнего контроля ничего не стоила бы, если бы не выбиралась на эту самую внешнюю территорию.
— Так ты ученый?
— Я… — блондинка запнулась. — Нет. Не совсем.
— Не ученый, не солдат, — задумчиво протянула темнокожая. — Как таинственно. Тебя поэтому Каравценко вызывает? Тоже не может понять, на кой тебя тащат с нами?
Синеглазая хотела усмехнуться, но вдруг поняла, что слова подруги ее задели.
— Быть может, ты и права, — она стрельнула взглядом на девушку. — А быть может, и нет. В сущности, он не может меня вызывать. Я руковожу экспедицией, а не он. Ты уже говорила с профессором Орловым?
— Говорила.
— А я с ним пока не пересекалась.
— Думаешь, до отправки успеешь близко познакомиться с обоими?
Блондинка притворно надула губы.
— Ревнуешь, малыш?
— Чуть-чуть. Но вообще-то я…
— Да знаю я, знаю. Но все это очень неожиданно. Я не собиралась отправляться в качестве руководителя экспедиции, пусть и номинального.
— Номинального?
Блондинка выключила газ, сняла кастрюльку и залила кипятком две кружки. Внутри сразу заклубилась чайная метель.
— Астрид?
— Я чаю заварила, давай-ка.
— А ты?
— В душ. Как выйду, он как раз чуть остынет.
Глава 2
Астрид была готова через полчаса. Уложив соломенные, длиной до плеч волосы в аккуратную прическу, девушка перекусила утренним пайком, проглотила на одном духу чай, чмокнула опять провалившуюся в сон подругу в ушко, и выпорхнула в коридор.
Несмотря на ранний час, общежитие не спало. На Барьере Города-23 всегда кипела жизнь, пусть обычно и невеселая. Инженеры и механики носились между корпусами, разыскивая дежурных по участкам, сотрудники Департамента Надзора за правопорядком искали, с кем бы сыграть в карты или прикончить бутылку водки, операторы с убитым видом плелись со смены.
Проведя здесь десять лет жизни, Астрид научилась читать здешних обитателей, как книгу, и могла даже более-менее верно угадывать, чем они жили последние часы. Вот бредет по коридору, мотаясь от стены к стене, словно бильярдный шар, лаборант ошалевшего вида. Снова потерялся в работе и забыл про время, а теперь не может понять, как быть — спать хочется безумно, а подъем по расписанию всего через час. Вот без устали чадит вонючими самокрутками старый Колли — электрик из седьмой бригады. У старого Колли постоянно было полным-полно работы, потому как старый Колли никогда ничего не мог сделать на совесть, раз и навсегда. А вот навстречу спешит с красной рожей Мэтт.
Здесь Астрид даже не гадала, знала наверняка — последние часы бедный Мэтт был вынужден не спать, а слушать весьма эротичные стоны, крики и охи-ахи, увы, чужих людей.
Более-менее чужих людей.
— Вот ты где! — набросился на нее мужчина. На бордовом от гнева лице, словно на карте ландшафтных возвышенностей, бледнели и темнели неровные участки. — Это режимный объект! Ты что себе позволяешь?!
Астрид с превосходством посмотрела на него, подмигнула, улыбнулась и прошла рядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Аллерсон! — донеслось ей вслед. — Я иду от администратора! Я ему все рассказал!
— И не ему одному, да, Мэттью? — холодно спросила она, не оборачиваясь. Несмотря на гордую мину, внутри она ощущала обжигающую смесь стыда и злости.
Не желая ни на секунду задерживаться на виду у соседа, Астрид миновала лифт и направилась к пожарной двери, выпорхнула на лестницу, бегом спустилась на три этажа. Сердце работало, как гидравлические поршни, мышцы ног отозвались на неожиданную нагрузку быстро и решительно — затвердели, окрепли.
