Читаем без скачивания Время хищников - Джо Горес

Чемп нахмурил брови:

— А почему мы должны идти в ее дом?

— Чтобы увидеть, узнает ли она нас.

— А если узнает? — вмешался Толстяк.

— Я знаю, что тогда надо делать, — заверил их Рик. Хотя этого-то он и не знал.

Да, он продумал, как они подберутся к дому. Представлял себе, как выяснить, узнает их Паула или нет. Но далее все покрывал густой туман. Если узнает, что тогда? Впрочем, одна идея насчет того, как заставить ее замолчать, у него мелькнула. Аккурат в понедельник, по ходу разговора с Дебби. Но он не очень-то полагался на нее. Все-таки Паула Холстид годилась ему в матери, как бы хорошо она ни выглядела.

Рик наклонился вперед, положив локти на спинку переднего сиденья. Чего ломать голову. Что-нибудь да получится.

— Сейчас будет еще один Т-образный перекресток, Толстяк. Сворачивай направо, на Лонгакрес-авеню, и я скажу тебе, где остановиться.

Лонгакрес-авеню огибала поле для гольфа с севера. Рик пристально наблюдал за обочиной.

— Съезжай с дороги, — крикнул он. Толстяк сбросил скорость, увидел съезд. — Загоняй машину под деревья и туши огни.

«Шеви» остановился на ковре из пожухлых прошлогодних опавших листьев. Фары и подфарники погасли, раскрылись дверцы, зажглась лампочка в салоне.

Рик посмотрел на часы:

— Уже восемь. Пора.

Один за другим они вылезли из салона. Рик гордо оглядел их. Его команда, совсем как в фильме о второй мировой войне, который они видели на прошлой неделе. Ему нравились военные фильмы, и он всегда представлялся себе командиром.

Он уже протянул руку к дверце, чтобы захлопнуть ее, когда с дороги донесся какой-то шелест. Мимо проехал велосипедист, оглянулся, и они инстинктивно пригнулись.

— Что это за парень? — прошептал Хулио. — На велосипеде?

— Господи, Рик, он нас увидел, — проверещал Толстяк. И даже рыгнул от страха. — Надо уезжать. Мы не можем...

— Мы не можем остановиться на полпути, — осадил его Рик. — Черт, на дворе ночь. Ехал он быстро. И ничего не смог разглядеть.

На какие-то мгновения дисциплина дала трещину. Спас положение Чемп.

— Мы бы давно были в доме, если в вы не спорили с Риком.

Поддержка Чемпа решила дело. Плотной группой они пересекли Лонгакрес и двинулись через поле для гольфа. Рик, идущий впереди, оглянулся. Они здесь, потому что он этого захотел. Другой причины не было. Он — командир. Рик остановился, и они обступили его, преданно глядя в глаза в свете узкого полумесяца.

Рик указал на растущие вдоль поля деревья.

— Видите вон те огни? Ближайший дом в полумиле. Выходим на подъездную дорожку и к дому профессора.

— А если она не одна? — Хулио уже не сомневался в необходимости операции, его интересовали возможные осложнения.

— Тогда нам дадут сигнал не соваться в дом, — ответил Рик и двинулся дальше, не дожидаясь вопросов. Упругая, обильно смоченная росой трава заглушала их шаги. Рик представлял себе, что ведет свой отряд по вражеской территории. И жалел лишь о том, что они не раскрасили черным лица. Пять минут спустя они подошли к полоске кустарника, отделявшего шоссе от съезда к дому Холстидов.

— Ложись! — внезапно прошипел Рик.

Они попадали на траву. Послышался шум приближающегося автомобиля, фары осветили кусты. Автомобиль проехал, темнота стала еще гуще.

— Рик, — испуганно зашептал Толстяк, — там девушка. Сидит в телефонной будке на другой стороне дороги с открытой дверью и без света. Я видел ее в свете фар!

— Это Дебби. Наша разведчица. Пока дверь открыта, свет в будке не зажигается. Это значит, что к дому никто не идет. Если она закроет дверь, вроде бы собравшись позвонить, мы удерем.

Услышав имя Дебби, Хулио замер, словно охотничья собака, почуявшая зверя. Она училась с Риком, на класс старше, чем он, и всегда полагала, что Хулио Эскобар ей не чета. Участвуя в школьных парадах, она не стеснялась показывать всем свои ножки, но на Хулио даже не смотрела. Паршивая дешевая динамистка.

— Что ж ты не сказал, что наша безопасность будет зависеть от женщины? — От волнения Хулио заговорил с испанским акцентом.

— Деб не подозревает, что вы здесь, — ответил Рик. — А когда я позвоню[1] ей, она даже не будет знать, что я приходил сюда.

Они перебрались через канаву, по извилистой подъездной дорожке прошли под деревья. Перед ними возник массивный силуэт двухэтажного дома, построенного не один десяток лет тому назад. Они остановились перед деревянными ступенями крыльца, где совсем недавно стояла Паула.

— Когда я позвоню, спрячьтесь. Она откроет дверь, и я спрошу, как пройти к университету. Если она меня не узнает, мы просто уйдем. Если узнает, все, кроме Толстяка, войдем в дом. Толстяк останется на крыльце и будет следить, не зажжет ли Дебби свет в будке.

Поднявшись на крыльцо, Рик прильнул к стеклянному оконцу в тяжелой дубовой двери. Сердце гулко билось о ребра. Паула, спиной к нему, прохаживалась вдоль книжных полок. Слева он увидел лестницу. Между лестницей и полками — коридор, уходящий в глубь дома.

Рика заворожила грациозная шея Паулы, стройность фигуры, округлость бедер. На мгновение он подумал, что она чувствует его взгляд и сознательно источает сексуальность. Потом он понял, что у нее врожденная фация. Под цветастой юбкой виднелись загорелые ноги. Сквозь тонкую блузку проглядывали лямки и застежка бюстгальтера.

Рик нажал на кнопку звонка и отпрянул, чтобы, повернувшись, она не увидела его приникшего к окошку лица.

Паула открыла дверь со словами: «Салли, я надеялась, что ты заедешь...» — и замолчала, увидев перед собой побледневшего, симпатичного юношу.

— О, извините, я приняла вас за...

Взгляды их встретились, как и неделю тому назад на Брюэр-стрит. По изменившемуся выражению синих глаз Рик понял, что его узнали. Быстро шагнул вперед и с силой ударил кулаком ей в живот. Из груди Паулы вырвался воздух, глаза ее закатились, ноги подогнулись. Рик подхватил ее, прежде чем она упала на пол.

— Чемп! — крикнул он. — Скорее! Помоги мне держать ее!

Чемп взбежал на крыльцо, подсунул руку под спину Паулы, и вдвоем они быстро внесли ее в дом. Хулио последовал за ними, закрыв за собой дверь. Толстяк остался на крыльце. Теплое тело Паулы возбуждало Рика. Как и морщинки, зарождавшиеся у рта и в уголках глаз.

— Ты ее крепко держишь? — Рик тяжело дышал.

— Да.

Пока они тащили Паулу, верхние пуговички ее блузки расстегнулись, и теперь Рик не мог оторвать глаз от ее бюстгальтера. Чемп без труда удерживал Паулу на одной руке.

— Подержи еще.

Рик прошел в коридор, справа обнаружил открытую дверь, заглянул в комнату. Реостатный выключатель стоял на минимуме, так что в комнате царил полумрак. Рик различил полки с книгами, кресло с высокой спинкой, вроде того что стояло у него в гостиной рядом с пианино, диван, маленький стульчик на трех ножках, стол с лампой и электронными часами со светящимися цифрами. На полу лежал толстый ковер.

— Неси ее сюда, Чемп, — распорядился он.

Я это сделаю, решил Рик. Сделаю, сделаю, сделаю. Похоже, он не отступился бы от своего, даже если бы она его не узнала.

Паула медленно приходила в сознание, еще не в силах сопротивляться. Но Чемп тащил ее одной рукой, готовый в любую секунду зажать ей рот второй. Если она вдруг закричит.

— Брось ее на диван, — Рик усмехнулся. — Даже если она и закричит, тут ее никто не услышит.

— Но... что ты собираешься делать, Рик?

Что он собирался делать? А что, собственно, можно делать, когда перед тобой лежит такая женщина?

— Оттрахать ее, — кровь бросилась ему в лицо.

Он вытолкал Чемпа из комнаты, не обращая внимания на голодный взгляд, брошенный здоровяком на Паулу. Закрыл за ним дверь.

В полумраке Рик вернулся к женщине. Подождать, пока она окончательно придет в себя? Или овладеть ею незамедлительно? Будет ли она сопротивляться? Если он подождет, может, она поможет ему? Медленно разденется, разжигая его желание. Черт, парни постарше не раз рассказывали, что зрелые женщины только и мечтают о том, чтобы их трахнули.

Как только он наклонился над Паулой, она схватила треногий стульчик и попыталась ударить его по голове. Рик блокировал удар предплечьем, так что стул вырвался из ее руки и упал на ковер позади Рика.

Возбужденный сопротивлением, Рик двинул ей кулаком в челюсть. Паула завалилась назад. Он накинулся на нее. Бормоча ругательства, разорвал тонкие трусики. Пусть узнает, какая судьба ждет тех, кто смеет перечить Рику Дину.

Глава 4

Они ушли. Паула, свернувшись комочком на диване, не раскрывала глаза и прислушивалась. Лежала она, плотно прижав колени к груди, разорванные трусики валялись на полу у дивана, одна сандалия так и осталась у нее на ноге. Ее уши, словно маленькие зверьки, существующие отдельно от остального тела, ловили каждый звук, каждое слово. Голос того, кого звали Риком, отдавался в ее мозгу.

— Она по-прежнему не знает, кто мы такие. А если и выяснит, то никому не скажет. Не решится, потому что понимает, что мы можем вернуться.