от необычайно развитых, точно из стали выплавленных мышц. Как и те двое, он был безоружен, однако сила его могучих рук, ощущавшаяся даже с разделяющего нас расстояния, не оставляла сомнений, что при случае они заменят ему любое боевое оружие.
Мои шансы против него равнялись нулю. Назвать себя слабаком я не мог, но уложить такого бугая мне однозначно будет не по зубам. На осмысление и принятие этого факта у меня ушла пара долгих секунд, вслед за чем я очнулся и во все глотку завопил:
— Отойди от нее, мразь!
Отреагировав на мой окрик лишь слабым поворотом головы, негр сделал следующий шаг, а я с содроганием осознал, что мне нипочем не опередить его. Он находился слишком далеко и что бы я не предпринял, доберется к Терри раньше, чем я подоспею на помощь. Все же наперекор неизбежному я побежал, стреляя на ходу в воздух.
Боясь зацепить дочь, в него стрелять я не рискнул, но, к счастью, одиночного залпа хватило, чтобы привлечь его внимание. Всей своей неповоротливой тушей бугай развернулся на сто восемьдесят градусов, его безобразное лицо перерезала кривая ухмылка, он залился жутким булькающим смехом и, забыв про Терри, направился ко мне. Резко затормозив, я протяжно выдохнул.
— Отлично! Иди сюда, урод. Иди ближе…
Сзади подлетел Роб. Встав рядом, он согнулся пополам и, хватаясь рукой то за один, то за другой бок, с громким свистом втягивал носом воздух. От сумасшедшего бега дыхание его сбилось, стало тяжелым, хриплым. Судя по виду, он готов был вот-вот обессиленно рухнуть на землю, но вместо того, как и я сам, ошеломленно разглядывал огромного негра. Как праздный зевака на легкой вечерней прогулке, тот неспеша ковылял к нам через заросшую травой лесную поляну.
— Нам его не одолеть, Джон, — сдавленно прохрипел Роб. — Что будем делать?
— Не знаю! Черт возьми, не знаю! Ты видел, их не берут пули! — вне себя заорал я, но тотчас спокойнее добавил: — Пока что нужно отвлечь его от Терри.
Я прилагал неимоверные усилия, чтобы сохранить ясность ума, но мой рассудок находился буквально на грани безумия. Нервы скрутились в тугую петлю, эмоциональное напряжение дошло до какой-то точки невозврата. Казалось, сейчас любая мелочь может спровоцировать во мне вспышку, многократно превышающую по силе ядерный удар. Где-то в сознании мелькнуло, что именно так наступает состояние аффекта.
— Он же огромный, — потрясенно шептал Роб. — Нам не справиться с ним даже вдвоем. Нужно убираться отсюда.
— Я вижу, — загоняя в ружейный магазин недостающие патроны, бросил я.
Тяжелое помповое ружье, что в данную минуту судорожно сжимали мои руки, было рассчитано всего на четыре патрона, но обладало нехитрой системой перезарядки, таким же ударно-спусковым механизмом и оттого являлось предельно простым в обращении. Мне повезло, что по какой-то счастливой случайности в сегодняшнюю поездку я взял именно его. Обычно я беру двуствольный обрез, вмещающий лишь два заряда и если бы сейчас мне пришлось стрелять из него — это сильно усложнило стоящую передо мной задачу.
— Уведи Терри, Роб, и подгони машину. Я попробую его отвлечь.
— Уверен?
— Да, уверен, — подтвердил я, хотя уверенности не чувствовал. В последний раз передернув цевье, я посмотрел ему прямо в глаза и повторил: — Главное уведи Терри, ты понял, Роб? Уведи ее отсюда.
Ответив мне долгим испытывающим взглядом, он наконец молча кивнул, затем осторожно, чтобы не привлечь внимания двухметрового бугая, стал пробираться к дереву. Терри все еще стояла подле него. Казалось, ее маленькое тело намертво вросло в его толстый кряжистый ствол, слилось с ним, спаялось — не отдерешь.
— Ну, давай! Иди сюда, чучело! — подзывал я тем временем негра. — Шевелись… Вот так… Ближе, еще ближе…
Медленно переставляя ноги, он послушно брел ко мне. Из его глотки вырывалось бульканье и хрипы, толстые губы кривились в улыбчивой гримасе, а тело сотрясалось от мелких конвульсий. Издали могло показаться, что он улыбается мне, точно родной мамочке, но в то же время я чувствовал исходящую от него нешуточную угрозу.
Я по-прежнему не понимал, с чем мы столкнулись, как не понимал и того, каким образом сумею прикончить его. Тем двоим ружейные заряды были как горошины, а этого мне не забить прикладом — слишком он высок и огромен. Однако паники я, к своему удивлению, не испытывал. Бугай напоминал настоящую гору мышц с повадками голодного бурого медведя, но наряду с тем был неповоротлив и крайне медлителен.
Наблюдая за его приближением, я одновременно следил и за Робом. Тому удалось незамеченным подобраться к Терри, едва ли не насилу оторвать ее от дерева и увести во мрак леса. Я знал, что они идут к стоящей у дороги машине, а потому тянул время.
Подпуская негра ближе, я отступал назад и так почти добрался до границы с пляжем, где споткнулся о ящик с рыболовными снастями, после чего громко выругался и наконец встал на месте. Мой план заключался в бегстве, а уносить ноги по рыхлому песку было бы гораздо сложнее.
Выстрелил я, когда между нами осталось около четырех метров. Выстрелил дважды — первый заряд угодил ему в грудь и не остановил, второй попал прямиком в лоб. Следом, как мне в тот миг показалось, произошло невообразимое — заляпав меня чем-то зловонным, уродливая башка негра разлетелась, как переспевший арбуз. С тяжелым грохотом бугай рухнул в траву.
От его лица ничего не осталось, только месиво из костей и дурно пахнущей жижи. Конечности его еще судорожно дергались, но определенно, с ним было покончено. Ко мне он не дошел всего пару шагов.
«Я убил человека… — мелькнула было мысль, но тут же ее перебила другая: — Он не был человеком. Кем угодно, только не человеком».
От тошнотворного, приторно-тягучего запаха, с силой ударившего в ноздри, желудок стянуло в болезненный ком. В глазах помутнело, к горлу подкатила дурнота. Сплевывая скопившуюся во рту прогорклую слюну, я еще какое-то время стоял, отупело уставившись на распластанное в траве тело. В мыслях как на повторе вертелось: — «Это невозможно. Это невозможно. Невозможно…»
Я стоял так до тех пор, пока где-то рядом не послышался уже знакомый булькающий звук. Возможно, то приближались двое с берега или здесь был кто-то еще, а может, мне это просто чудилось — я уже не знал. Собственно говоря, я и не желал этого знать, а потому испытал облегчение, когда услышал, как Роб завел свой пикап.
Преодолевая рвотные позывы, я размазал по лицу отлетевшие от негра ошметки и побежал на свет фар. Пикап уже ехал в мою сторону, так что
