и помахал ей рукой.
– Хан Кёуль! А завтра давай пойдем в школу вместе!
Сынхи тоже обернулась и помахала подруге:
– Верно, Кёуль. Завтра обязательно приходи в школу!
Девочка не смогла как следует ответить на их прощания. Да и разве это возможно? Получится ли пойти завтра в школу вместе с Юрием? Этого она не знала. И не была ни капли уверена. Только после того, как ребята отошли довольно далеко, Кёуль наконец махнула рукой им в ответ:
– Хорошо, в следующий раз пойдем вместе.
Они уже отошли на такое расстояние, что не могли услышать эти слова. И все равно Кёуль продолжала твердо повторять свой ответ.
– В следующий раз… В следующий раз обязательно пойдем вместе.
Она махала рукой до тех пор, пока ребята совсем не скрылись из виду.
После того как Сынхи и Юри ушли, Кёуль вернулась в дом. После поднявшегося только что шума ей показалось, что там стало тише, чем обычно. Девочка бессильно вернулась в комнату и рухнула на кровать.
Еще вчера ее волновало предчувствие, что они с Юрием могут подружиться, но теперь она уже не была в этом уверена. Станет ли он с ней общаться, узнав о слухах, которые бродят по школе?
Кёуль одолело беспокойство, и она стала чувствовать себя несчастной.
Вдруг девочка схватила с угла кровати свой мобильный телефон и несколько раз коснулась черного экрана кончиками пальцев. Затем, словно наконец приняв решение, она его включила. Экран ярко загорелся.
Девочка нажала на приложение для обмена сообщениями. Группа, в которой последней была активность, отображалась выше всех.
Чат 6-ого класса номер 3.
Поскольку Кёуль намеренно отключила мобильный от Интернета, группа находилась в том же состоянии, в котором девочка видела ее в последний раз. Все разговоры прекратились десять дней назад. Кёуль медленно перечитала сообщения в чате.
Все ребята подозревали девочку. Спрашивали, не из-за нее ли одноклассницы поранились, не она ли была виновницей странного происшествия. В школе за Кёуль следовал шепот, куда бы она ни пошла, и девочка больше не могла этого терпеть. Вот с чего начались ее прогулы.
Расстроившись, она бросила мобильный телефон на кровать. А затем сама села на стул, стоя-щий за письменным столом. Др-р-р, колесики стула закрутились, и Кёуль отъехала к небольшому комоду с тремя ящиками напротив стола. На нем стояла маска, отгоняющая злых духов. Девочка, не задумываясь, взяла полученную в подарок от Юрия вещицу, надела на лицо и начала напевать песню.
– Сверкают, сверкают. Четыре золотых глаза. Сюда пришел тот, кто спасет от зла. Тот, кто одет в красную одежду и медвежью шкуру, острым копьем прогонит духов…
Песня, даже названия которой она не знала. Да и текст тоже помнила не до конца. В памяти осталась лишь часть, которую во время танца пел отец, когда девочка была совсем маленькой. И все же пение с маской на лице, похоже, немного облегчило ее мрачное настроение.
В то время была одна вещь, которую Кёуль не заметила. Когда она надела маску и запела, четыре раскрашенных золотом глаза начали сиять. И с каждой минутой золотой свет становился все ярче и ярче. Это сияние продолжалось до тех пор, пока песня не закончилась.
Был поздний вечер. Мама сказала, что сильно задержится, потому что пришлось работать сверхурочно. Кёуль ужинала наедине с дедушкой. Хотя в больнице и была сиделка, он все равно ходил туда несколько раз в день. Может быть, поэтому в последнее время он уставал и ложился спать рано. И сегодня, когда дедушка первым ушел в свою комнату, Кёуль в одиночестве сидела на диване в гостиной и смотрела телевизор.
Артист на экране громко хихикал и хохотал, но девочке было совсем не весело. Она уже начала искать пульт, чтобы выключить телевизор и отправиться к себе в комнату. Но вдруг ее мобильный зазвонил. Девочка думала, что это мама, но на дисплее высветилось совершенно неожиданное имя.
Хон Сынхи.
Кёуль, держа телефон в руках, сомневалась, ответить ей или нет. Может, ее снова будут уговаривать прийти в школу? Тогда совсем не хотелось брать трубку. Староста класса Сынхи среди одноклассников больше всех заботилась о ней. Поэтому девочка решила, что даже если она услышит то, что ей не понравится, правильней будет ответить, что она и сделала.
– Кёуль! А ты взяла трубку! – голос Сынхи звучал торопливо. Прежде чем девочка успела ответить, она вдруг спросила:
– Ты случайно не знаешь номер Юрия?
– А? Номер Юрия?
Этой темы она точно совсем не ожидала. Кёуль не могла не смутиться.
– Нет, не знаю. Но зачем тебе его номер?
– Да так, Чэхён сказал, что только что его видел.
– Чэхён? А они разве знакомы?
– Конечно, сегодня Юрия как раз определили в наш класс.
Сынхи сообщила пренеприятную новость. Поверить трудно, он с ними в одном классе! Теперь вероятность того, что он не знал про слухи о Кёуль, сократилась до 0 %. До того, как девочка перестала ходить в школу, все шестые классы, а особенно ее, были взволнованы из-за инцидента с «голубым пламенем». И, похоже, сейчас ничего не изменилось. Возможно, сегодня он ничего и не слышал, но вскоре и он узнает об этих слухах.
На мгновение Кёуль забыла, что разговаривала по телефону с Сынхи, и погрузилась в свои запутанные мысли. Хоть это и длилось совсем недолго, но, услышав следующие слова Сынхи, она так испугалась, что чуть не выронила мобильник.
– В любом случае, Чэхён сказал, что недавно видел, как Юрий в одиночестве поднимается по горной тропе Хёнван.
– Что?
Тропа в горах Хёнван была местом, где бабушку Кёуль не так давно укусила собака-монстр. Она не могла не забеспокоиться, услышав, что Юрий, который только что переехал в этот район и ничего об этом не знал, пошел к этой тропе один. Похоже, Сынхи тоже волновалась о нем.
– Ладно бы он туда с кем-то из взрослых пошел, но подниматься в горы одному! Это же опасно! Недавно был инцидент с чудовищной собакой, да происшествие с голубым пламенем, а еще тот плачущий ребенок…
– Но в какую сторону он пошел?
– Вроде он говорил о входе чуть выше твоего дома.
Кёуль была в замешательстве. Ситуация казалась срочной, но она ничем не могла помочь. Может, хотя бы поискать в Интернете номер телефона кафе «Лунный свет»? Пока девочка не находила себе места от волнения, Сынхи снова заговорила:
– Ничего не поделать, если ты не знаешь. Тогда попробую позвонить другим ребятам.
– Прости, что не
