Является ли тифинаг пережитком некогда широкоупотребительного алфавита, или же он никогда не был более развит, чем теперь? Отсутствие манускриптов и крупных древних надписей заставляет склониться в пользу второго предположения. Как заметил Аното, арабская и древнееврейская письменности долго оставались на своей начальной стадии (в какой находится сейчас тифинаг) и получили дальнейшее развитие, только когда возрастающее влияние религии повлекло за собой необходимость составления текстов. Если вспомнить, чем обязаны религии все языки, будь то древнеегипетский, халдейский, пунический, древние языки Китая, греческий, латинский и другие языки, то можно понять, почему ливийско-берберский язык остался на столь примитивной стадии. К тому же туареги далеко не все используют тифинаг. Хорошо знающие тифинаг и способные прочесть надпись «с листа» встречаются весьма редко. Как заметил Бенхазера, в настоящее время знание тифинага отнюдь не является признаком образованности. Разобрать какую-нибудь надпись подчас очень трудная задача для туарегов, им приходится прямо-таки заниматься «фонетической гимнастикой», произнося звуки один за другим. Лишь после нескольких попыток им удается разгадать слово. Сегодня (и похоже, что так было всегда) тифинаг используется лишь для того, чтобы сделать короткую запись, написать пожелание, предупреждение, просьбу о встрече, любовное послание или сделать метку на каком-нибудь предмете. Такие надписи обычно вырезают или рисуют на скале, а также на каменных браслетах, которые носят мужчины, на кожаной деке амзада (женской скрипки), а раньше — на щитах воинов. Реже короткие послания записываются на коже или пергаменте, на бумаге либо могут быть нацарапаны на сланцевой или песчаниковой плитке, вырезаны на деревянной дощечке.
Тифинаг доступен у туарегов обоим полам почти в равной степени, хотя считается, что у них женщины более образованны, чем мужчины. Конечно, среди женщин есть очень одаренные, но это качество присуще и мужчинам. Уровень культуры женщин явно преувеличивается. Утверждают, например, что некоторые женщины знают наизусть Коран и «Свод законов» Сиди Халиля, однако у туарегов Ахаггара почти отсутствует религиозное образование, женщины там редко знают арабский и поэтому не могут читать подобные сочинения. Именно из-за незнания арабского тамахак и остается у них живым языком; женщины являются хранительницами как языка, так и всех традиций туарегов.
Каково же происхождение тифинага?
Прежде этот алфавит рассматривался как производный от ливийско-берберского, который, в свою очередь, произошел от пунического, введенного в Северной Африке карфагенянами и использовавшегося во всем бассейне Средиземного моря. Подобное суждение сомнительно, ибо непонятно, почему берберы не приняли сразу пунического алфавита, тем более что он был совершеннее и проще в употреблении.
По другому предположению, ливийско-берберский алфавит произошел из синайского, истоки которого следует искать в Южной Аравии, но и здесь очень велика доля предположений, и они малоубедительны.
Профессор М. Коэн, например, установил такую родственную преемственность алфавитов, по которой ливийско-берберский алфавит является африканской формы более древнего алфавита-предка; при этом остаются несколько неизвестных: 1) прототип алфавита, который еще предстоит определить, существовавший приблизительно в 2000–1750 годах до нашей эры; 2) его ветви, явно различающиеся и невыводимые одна из другой: а) ханаанский алфавит; б) южноаравийский; в) ливийский и, конечно, г) угаритский (в виде клинописи). По убеждению М. Коэна, распространение на запад этого алфавита, зародившегося на Ближнем Востоке, является результатом миграций и вторжений, как, впрочем, и распространение самого берберского языка, рассматриваемого им как составная часть хамито-семитской группы. Таким образом, мы подошли к восточному происхождению алфавита со всеми выводами, которые отсюда вытекают.
За последние десятилетия изучение ливийско-берберских надписей как в Северной Африке, так и в Сахаре сделало большие успехи. Теперь можно зафиксировать границы их распространения не так произвольно, как это делалось в 20-е годы, когда считалось, что они существуют во всей Северной Африке — от Синайского полуострова до Канарских островов. В действительности же на Синае есть лишь несколько надписей, весьма отличных от ливийских, а в долине Нила и его верховьях их, насколько мне известно, не обнаружено совсем. Самое восточное местонахождение надписей, по-видимому, в Дахле — оазисе, расположенном между Нилом и Джебель-Уэнат, и, лишь начиная с Феззана, надписи становятся более частыми, достигая наибольшей плотности в Тунисе (южнее бывшего Карфагена) и восточнее Константины. Отдельные надписи встречаются в Алжире и Марокко, а также на Канарских островах. В Сахаре больше всего надписей встречается в Тассилин-Аджере, где они сделаны в основном красной охрой на стенах под скальными выступами, в Ахаггаре, а также в Адрар-Ифорасе; в Аире их меньше, в Ти-бестй и Кауаре они практически отсутствуют. На юге такие надписи встречаются близ реки Нигер и на широте города Зиндер, которая вместе со скальными утесами Хомборн является своеобразной границей расселения берберофонов в этом районе. На западе, то есть в Мавритании, надписи немногочисленны и сконцентрированы в Адраре, а также севернее и северо-восточнее Тишита, то есть а достаточной степени локализованы. Более того, число их уменьшается в направлении с востока на запад, а это вполне позволяет предположить, что ливийско-берберские племена Мавритании пришли с востока, а не с севера.
Из сказанного следует, что распространение ливийско-берберских надписей гораздо уже, а концентрация выше, чем это предполагалось ранее. Что же касается Сахары, то здесь зона их распространения совпадает с зоной наскальных росписей с изображением лошади, причем самых древних. И это неудивительно, поскольку многие надписи сопровождают изображения ливийского воина с дротиком и круглым щитом «периода лошади». А факт их отсутствия на рисунках, где лошадь не фигурирует (например, в Тибести и Кауаре), явно указывает на то, что введение алфавита и распространение его были осуществлены популяциями «всадников».
Надписи следует различать и по возрасту. Они делятся на три группы. Самые древние надписи состоят из знаков, уже неупотребляемых; они непонятны даже самим туарегам. Обычно эти надписи начинаются тремя или четырьмя точками, расположенными вертикально, за ними идет кружок, и, наконец, три параллельные горизонтальные линии. Такие надписи встречаются в Тассили, в Ахаггаре, а Адрар-Ифорасе (а также в Талохосе и в Ин-Тадеини), в Мавритании и в Аире. В основном они сопровождают рисунки лошадей и людей высокого роста в туниках в виде двух треугольников, с перьями, дротиками, висящим на запястье ножом и круглым щитом; патина на них всегда довольно темная. Для этих надписей можно предложить наименование «ливийские», использовавшееся до сих пор для обозначения древних надписей в Северной Африке, не имевших точек вначале или всего с одной точкой. Сравнительного изучения этих надписей не делалось. На первый взгляд надписи без точек представляются архаической формой ливийско-сахарских надписей, что вполне допустимо, но не очевидно. Ниже мы увидим почему.
