— Игрек «альфа» минус «альфа»…
Дэвидсон вырвался и попытался ударить Гарвуда в живот, но на быстром ходу это оказалось нелегко сделать: удар пришелся по ребрам. Гарвуд снова обхватил его.
— Плюс четыре пи «сигма» «гамма» зет…
Солдат с переднего сиденья схватил Гарвуда за волосы. Гарвуд вырвался и продолжил сыпать математическими символами. Теснота была ему на руку, противникам, наоборот, мешала. Гарвуд не понимал, почему автомобиль еще не замер, как вкопанный. Через секунду-другую он почувствовал, что скорость упала. Толчок, другой, скрежет в двигателе… И полная тишина: двигатель заглох.
Как водитель ни старался, оживить механизм не удавалось. Автомобиль кидало от обочины к обочине. Асфальт ушел в сторону. Водитель умудрился проскочить между двумя толстыми деревьями и врезался на излете в изгородь вокруг свалки старых автомобилей.
Гарвуд очнулся первым. Ударив ногами дверцу, он вывалился наружу. Автомобиль снес часть изгороди. Цепляясь за проволоку, Гарвуд перелез на территорию свалки.
Он уже преодолел бегом добрую половину кладбища ржавого старья, когда из-за спины раздался голос:
— Хватит, Гарвуд! Стой, не то выстрелю!
Гарвуд покосился на голос и увидел Дэвидсона. Обеими руками тот сжимал пистолет. Гарвуд инстинктивно пригнулся и ускорил бег. Впереди поблескивали, отражая свет фонаря, лакированные кузова. Сзади прозвучал выстрел — и крик боли.
Гарвуд остановился, оглянулся. Дэвидсон лежал на боку ярдах в двадцати от него. Неподалеку валялся пистолет. Вернее, то, что осталось от пистолета…
Гарвуд пытался разглядеть, что творится за проволочной изгородью. Солдат не было видно. Лежат без сознания в машине или притаились в засаде? В любом случае, наилучшим решением сейчас было бы махнуть рукой на Дэвидсона и не задерживаться на свалке.
Поколение «А мне какое дело?» поступило бы именно так… Гарвуд мысленно выругался и позвал:
— Дэвидсон! Вы живы?
— Жив, — простонал майор.
— Куда вас ранило?
— В правую икру. Кажется, несильно.
— Это осколок вашего пистолета. Не надо было в меня стрелять. Людей, ненавидящих огнестрельное оружие, ничуть не меньше, чем противников табака.
Мимо проехал, освещая путь добрым десятком ярких фар, крупнотоннажный грузовик. Гарвуд увидел в разбитом автомобиле две копошащиеся фигуры: солдаты пытались выбраться наружу. У Гарвуда свалилась гора с плеч: его уловка не привела к непоправимым последствиям.
— Ваши люди не ранены?
— Вам какое дело? — огрызнулся Дэвидсон. Гарвуд поморщился.
— Сожалею, что все так вышло, но у меня не оставалось другого выхода.
— Это точно. Чужие жизни не в счет.
— Послушайте, майор…
— Ваша свобода важнее всего остального. Могу вас порадовать: вы большой ловкач! Теперь ваши коллеги начнут охотиться за нами. А вы еще вешали мне на уши лапшу, будто это — строго секретные сведения…
Гарвуд стиснул зубы. Он понимал: Дэвидсон тянет время, чтобы дождаться подкрепления. С другой стороны, им, возможно, никогда больше не суждено встретиться…
— У меня и в мыслях не было навязать вам свои знания, Дэвидсон. Я должен был остановить машину, но, получив свободу, вовсе не нарушил секретность. Вы и ваши ребята все равно не в состоянии запомнить эти уравнения — математическая подготовка не та. Минута-другая — и все забудется, если уже не забылось.
— Рад слышать, — саркастически произнес Дэвидсон. — Меня вы убедили. А себя?
На это у Гарвуда не было ответа. Но сейчас его больше занимала мысль о бегстве.
— Мне пора. Пожалуйста, убедите ваши людей не преследовать меня. То, чего они хотят, неосуществимо.
Дэвидсон не ответил. Гарвуд вздохнул и заторопился дальше, в дальний конец свалки, на улицу, в темноту.
Глава 2
— Раз… Два… Три!
Дэвидсон открыл глаза и долго моргал, привыкая к свету, потом сглотнул, все еще не веря, что очнулся. Часы показывали половину четвертого ночи. Выходит, он пробыл без сознания всего час. Судя по сухости в горле, весь этот час он болтал без умолку.
— Ну как? — спросил он доктора Хэмиша, сидевшего напротив. Хэмиш убрал из-под его носа микрофон и кивнул, не выдавая, как и положено медику, своих чувств.
— Превосходно, майор. Главной задачей было заставить вас разговориться.
— Виноват. Я вас предупреждал, что не очень хорошо поддаюсь гипнозу. — Он обернулся на шорох справа и увидел представительного мужчину средних лет с блокнотом на колене; рядом с ним стоял стул, на стуле лежал магнитофон.
— Здравствуйте, доктор Сандерс, — приветствовал его Дэвидсон. Он не ожидал, что сам директор проекта «Бэкдроп» будет бодрствовать в неурочный час. — Я не слышал, как вы вошли.
— Доктор Хэмиш едва сам не впал в транс, пока сумел вас загипнотизировать, — ответил Сандерс. — Я появился в самый интересный момент.
Дэвидсон показал глазами на блокнот.
— Вы узнали, что хотели?
Сандерс пожал плечами. Профессиональной сдержанностью он мог соперничать с доктором Хэмишем.
— Скоро выясним. Придется дождаться, пока наши эксперты изучат продиктованные вами уравнения.
— Надеюсь, от этого никому не станет хуже. Гарвуд, правда, твердил, что хуже будет всем, — заметил Дэвидсон.
— Доктор Гарвуд — пессимист, — коротко пояснил Сандерс.
— Очень может быть. — Дэвидсон не рискнул пуститься в спор. — Что о нем слышно?
— Вас интересует, нашли ли его? — Сандерс покачал головой.
— Еще нет. Неудивительно: у него было в запасе целых полчаса, чтобы забиться в какую-нибудь дыру.
Дэвидсон поморщился, расслышав в тоне Сандерса упрек. Разве его, майора, вина, что никто из водителей на трассе, как и положено представителям поколения «А мне какое дело?», не пожелал остановиться?
— При сотрясении мозга как-то забываешь о рации в машине, — сказал он обиженно.
— Знаю, майор. — Сандерс вздохнул. — Извините, что мы плохо подготовили вас к транспортировке Гарвуда. Но вы, надеюсь, понимаете…
— Я понимаю одно: ваша служба безопасности работает на ваших конкурентов. Если беглец вооружен, надо сообщать об этом заранее. Если беглец сам является оружием, то нам следует знать и об этом.
— Доктор Гарвуд как ходячая бомба замедленного действия?
— Сандерс скривил губы. — Вы уже назвали его так несколько минут назад, под гипнозом.
— Вы другого мнения?
— Напротив, это настолько яркая характеристика ситуации, что мне даже как-то не по себе… — пасмурно отозвался Сандерс.
— Яркая и точная. — Дэвидсон нахмурил брови. — Насколько я понимаю, у меня и у моих людей возникли проблемы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
