Читаем без скачивания Пельмени по протоколу - Владимир Шумейко

- Приходит мать домой. Отец сидит хмурый.

Зал замер. Все поняли, что сейчас о порошковой металлургии будет сказано самое сокровенное.

Мать спрашивает у сына:

- Что случилось?

- Папа с лестницы упал.

- И что он при этом сказал?

- Матерные слова пропускать?

- Конечно, пропускать!

- Тогда ничего.

Зал взорвался смехом. Смеялись все - и ученые, и практики. Когда затихли, выступающий произнес:

- Вот так у нас и с порошковой металлургией - без мата мне сказать нечего.

И ушел с трибуны. Долгие несмолкающие аплодисменты.

Чудаки на букву "М"

Если новые "передовые" и "прогрессивные" технологии сложно внедрялись на предприятиях одной отрасли, то можно представить, что происходило, когда это поручалось смежным отраслям. "Перестройка" и "ускорение" в промышленности потребовали скорейшего освоения и серийного выпуска станков с числовым программным управлением (ЧПУ). Станки - это дело Минстанкопрома, а стойки ЧПУ - это уже наша забота - Минприбора. Главная задача состояла в том, чтобы наши стойки управляли их станками, а их станки управлялись нашими стойками. Задача эта тогда еще в "приказной", но уже в "перестроечной" экономике стала почти неразрешимой, так как единое целое станки с ЧПУ - должно было делаться не только на разных заводах, но и в разных отраслях! В общем, сроки, установленные "партией и Советским правительством", прошли, а станков с ЧПУ в нужном качестве и в установленном количестве нет. Естественно, руководство провинившихся министерств во главе с министрами пригласили в ЦК КПСС и "вдули по самую сурепицу". Руководил в то время нашим министерством уважаемый не только в нашей отрасли министр, доктор технических наук Михаил Сергеевич Шкабардня, интеллигентный, всегда спокойный и выдержанный человек. Самым крепким выражением, которое он допускал в своей речи при посторонних, было известное всем руководителям предприятий - "чудаки на букву "м"". Получив свой нагоняй в ЦК, министр, естественно, должен был распределить его по принципу домино до самого низа. Низом в данном случае были руководители предприятий - директора, главные инженеры и главные специалисты. В свою очередь они должны были донести долю гнева "руководящей и направляющей" до каждого слесаря в удобной для них форме.

И вот идет заседание коллегии министерства, основным вопросом которого является фактический срыв задания ЦК и Совмина по станкам с ЧПУ. Люди моего поколения могут представить себе атмосферу, в которой все это происходило. Члены коллегии "заслушивают" очередного провинившегося, задают ему "острые и жгучие" вопросы, а он на них "садится". Если "садится" хорошо, покаянно, могут ограничиться разносом; если пытается возражать, а тем более оправдываться - могут последовать оргвыводы. В общем, атмосфера мрачная и нервная. Я, в то время, наверное, самый молодой главный инженер в нашей отрасли, впервые присутствую на заседании коллегии, да еще по вопросу о невыполнении задания ЦК! И хотя вина нашего завода косвенная и в этом общем провале не такая большая, жду своей очереди, мягко говоря, без всякого энтузиазма. И тут незадолго до меня на трибуну выходит один из самых заслуженных директоров министерства, Герой Социалистического Труда и очень смело и открыто называет причины срыва, обвиняя в основном представителей Минстанкопрома. Пытаясь их как-то охарактеризовать, он, обращаясь к министру, в запале произносит:

- Одним словом, Михаил Сергеевич, как вы любите говорить, это самые настоящие мудаки на букву "ч"!

Несколько секунд мертвая тишина, а потом хохот, хохот до слез. Атмосфера разрядилась, сменилась тональность заседания, а для меня главное, что мой выход на трибуну на том заседании коллегии уже не понадобился.

Нельзя менять женщин на железо

С начала 80-х годов "бурными темпами" развивалась автоматизация и роботизация производства. А так как команда внедрять промышленные роботы шла с самого верха и была взята под строгий контроль партийными органами, то "на местах" внедрять автоматы и роботы заставляли всех поголовно.

В новом микрорайоне Краснодара открылся магазин "Мода", который, кроме всего остального, начал торговать джинсами новороссийского производства. В связи с этим меня - главного инженера крупнейшего в Европе приборостроительного производственного объединения - вызвали в горком КПСС и дали партийное поручение - разработать и изготовить на нашем заводе "за счет собственных средств" автомат для производства фурнитуры (заклепки и пуговицы) к этим джинсам. Быстро разобравшись, что подобный автомат сконструировать и изготовить силами одного нашего производства невозможно и что работают такие автоматы с использованием специальной латунной ленты, закупаемой в Италии, я выполнил поручение по-другому. Были изготовлены несколько ручных прессов, при помощи которых работающие пенсионерки из латунных отходов изготавливали прекрасную фурнитуру в необходимых количествах. Все были довольны: и директор Новороссийской швейной фабрики, и директор магазина "Мода", и пенсионерки, получавшие по 150 рублей в месяц, и я. Однако, когда подошел срок и меня пригласили на бюро отчитаться, секретарь горкома, выслушав меня, сказал:

- Товарищ Шумейко, вы давно заглядывали в календарь?

И дальше минут десять продолжал в том смысле, что вся страна "семимильными" шагами идет к коммунизму, и что наступила эра всеобщей автоматизации, и только я один вместо того, чтобы идти в ногу с прогрессом, очень далеко отстал, не чувствую времени и имею наглость отчитываться перед членами бюро внедрением - вместо роботов - ручного (!) женского (!!!) труда.

- Но ведь я, на мой взгляд, вам очень доходчиво рассказал, почему в этом случае не может быть автоматики, - вставил я, как только представилась возможность.

- Нас это не интересует, - отрезал он, - мы приняли постановление, которое вы обязаны выполнять.

- Если бы при помощи вашего постановления можно было бы изготавливать заклепки и пуговицы, уже давно бы коммунизм наступил, - говорю я, а сам думаю: "Сейчас исключать начнут".

Не исключили. Обошлось.

В это же самое время мы в одном из сборочных цехов нашего завода разрабатывали проект сборочной линии гибкого автоматизированного (роботизированного) производства (ГАП) щитовых электроизмерительных приборов. Работа осуществлялась совместно с финской фирмой "Нокиа", и я принимал на заводе группу финских инженеров. На ходу объясняя, как будет устроен наш ГАП, веду их по подиуму между двумя конвейерными лентами, каждая из которых рассчитана на четыреста рабочих мест. Это не просто рабочие места. Если бы! За каждым столиком сидит "красивая и молодая". (Я абсолютно согласен с Василием Аксеновым, как-то заявившим, что в Краснодаре живут самые красивые девушки.) Лето. Конец июля. Жара. На каждой надето, как правило, только три вещи - трусики, ослепительно белый халат с расстегнутыми верхними пуговицами и невероятное сооружение из накрахмаленной марли на голове. Макияж, как у нас было принято, с утра словно для похода в театр, лаковые ноготки, необходимый "минимум" (золотые перстенек, сережки, цепочка). И почти все четыреста - кокетки! И вот, когда я увлеченно, заливаясь как соловей, говорю о том, что от магистрального шинопровода вот здесь пройдут радиальные ответвления, я замечаю, что переводчик уже давно ничего не переводит. А финны, все четверо высоченные, светловолосые мужики, с покрасневшими лицами медленно идут, скосив глаза на женские прелести, сверкающие из-под распахнутых халатов. Я резко остановился, наткнувшись на меня, остановились и они. Какие уже тут "радикальные ответвления"!

- Извините, господин главный инженер, - сказал руководитель финской делегации, - но у вас никогда не будет ГАПа.

- Это почему же... - начал возмущаться я.

- Нет, вы не поняли, не в техническом смысле. Вы просто не имеете права заменять таких красивых женщин на "железо". Этого нельзя делать!

В душе я был с ним согласен и спорить не стал. ГАП мы действительно так и не построили. (На глазах стала разваливаться вся социалистическая экономика.) А что касается женщин, то их действительно ни под каким видом нельзя менять на "железо"!

Про пирожки и булочку

Однажды Краснодарский горком КПСС поручил мне выступить на собрании передовиков производственных бригад Краснодарского края с докладом о научно-техническом прогрессе. Я подготовился и прочитал, на мой взгляд, очень хороший доклад. Мне было задано много интересных вопросов. Когда встреча подходила к концу, поднялся один из присутствующих:

- Вот вы тут все хорошо нам говорите про то, как ученые и инженеры создают этот самый научно-технический прогресс. Вы мне лучше другое скажите - почему на нашем заводе работает около двух десятков инженеров (он представлял небольшой заводик монтажных заготовок), а больше половины операций мы делаем вручную. Почему они до сих пор ничего не автоматизировали, ведь они инженеры!