Читаем без скачивания Пельмени по протоколу - Владимир Шумейко

- А вы почему нарушаете форму одежды?

Майор опешил, оглядел себя:

- В чем это я нарушаю форму одежды?

- Разве вы не знаете, - отвечаю, - что для всех офицеров, в том числе и замполитов, существуют нарукавные эмблемы? У танкистов - танк, у артиллеристов скрещенные стволы...

Делаю паузу и жду. Через несколько секунд в полной тишине какой-то солдатик наивно спрашивает:

- А какая нарукавная эмблема должна быть у замполита?

Отвечаю очень серьезно:

- А вы как будто не знаете. Два скрещенных языка на фоне газеты "Правда"!

Хохотали все, и замполит тоже. Выяснилось, что он нормальный мужик. Я потом поддерживал с ним контакты, а он впоследствии перешел на работу в охрану Белого дома.

Бороду надо сбривать, а не клеить

В полдень 22 августа у стен Белого дома состоялся многотысячный митинг победы демократических сил. Путч провалился. Накануне глубокой ночью в Москву вернулся Михаил Горбачев и отменил как незаконные все решения ГКЧП, а вернувшиеся этим же самолетом летавшие к нему три члена злополучного комитета были арестованы прямо в аэропорту. Остальных арестовали через несколько дней.

И вот поздним вечером этого знаменательного дня мы снова узким кругом собрались за столом в стенах родного комитета, чтобы подвести уже окончательные итоги прошедших горячих дней. Очень кстати в холодильнике чудом сохранилось несколько моих огромных краснодарских помидоров. Те, порезанные вчера, конечно, смели без остатка. Не успели налить по второй, как открылась дверь и вошел какой-то совершенно незнакомый нам человек. Бесцеремонно сев за стол, он включился в разговор на равных, будто все мы давно знакомы. Наступила неловкая тишина, все были в замешательстве. И тут вдруг по тембру голоса, интонации и отдельным речевым оборотам мы узнали члена нашего комитета, известного своими крайне либеральными экономическими взглядами, питерского демократа Петра Филиппова. Может быть, не все депутаты знали его как одного из авторов закона о приватизации, но все без исключения идентифицировали его по пышным усам и окладистой бороде. А теперь он сидел перед нами "голомордый" и совершенно неузнаваемый!

- Петр Сергеевич, что случилось,? Где твоя борода? - возопили мы.

- Как что? Конспирация! А вдруг бы мы не победили? А так меня никто не узнает. Даже вот вы не узнали. Что интересно, и жена не сразу узнала. Правда, она сказала, что был бы я без бороды, - грустно добавил он, - она бы за меня замуж не вышла. Ну, ничего, - снова взбодрился Петр, - главное, помните, что для конспирации бороду нужно сбривать, а не клеить. В кино вранье показывают, когда Ленину для конспирации на щеку платок повязывают. На самом деле для конспирации Сталин брил Ленина. Так что, ребята, растите бороды!

Увлекся

Закончилась, слава Богу, так и не начавшись, гражданская война августа 1991 года. (Тогда история удовлетворилась тремя безвинно погибшими. Помним их - Дмитрий Комарь, Владимир Усов и Илья Кричевский.) Начались битвы политические и, что самое печальное, не с "внешним врагом" - ЦК КПСС и союзным центром, которых уже не было, а внутри самого съезда и Верховного Совета. Все дальше расходились еще недавно плечом к плечу стоявшие на митинге у Белого дома Ельцин, Хасбулатов и Руцкой, и все более непримиримыми становились два лагеря - "коммунисты" и "демократы". Главными "яблоками раздора" стали экономическая реформа и образованное в результате Беловежских соглашений СНГ. Помню, каким успехом пользовалась исполняемая с эстрадных подмостков Юрием Григорьевым на мотив известной "Вологды" песня, которая, объединив вместе трудности реформы и неприятие возникшего на месте бывшего Союза непонятного Содружества, начиналась словами:

Трудно, трудно стало теперь в СНГ.

Тыщу, тыщу стоит здесь каждое Г!

Если говорить серьезно, то, наверное, тогдашнее общество, а естественно, и депутаты не могли понять и принять, что исторически распад СССР нужно понимать как первый этап становления новой российской государственности и, следовательно, сохранения нашей российской цивилизации в мировом пространстве. Осознание этого приходит только сегодня. Что касается экономической реформы, то, что бы о ней ни говорили и сколько бы ни ругали, другой по своей сути она быть не могла. Конечно, оглядываясь назад, видишь, скольких ошибок можно было бы избежать. Может быть, вообще сначала должно было работать "правительство Черномырдина", а уж потом "правительство Гайдара", но история, как известно, сослагательного наклонения не имеет. Сформированное в ноябре 1991 года правительство Е. Т. Гайдара начало осуществлять одобренный Президентом курс либерализации экономики, который очень скоро ударил по российскому обществу, привел к тяжелым социальным последствиям. Уже в апреле 1992 года Президиум Верховного Совета под руководством Хасбулатова принял кулуарное решение отправить "это" правительство в отставку на съезде народных депутатов. В то время я был заместителем Председателя Верховного Совета по вопросам экономической реформы, поэтому именно я должен был выступать на съезде от имени президиума. По регламенту мне предоставлялось 10 минут. Примерно за час до начала работы съезда меня пригласил в свой кабинет Председатель Верховного Совета Р. И. Хасбулатов:

- Вы понимаете, что подавляющее большинство депутатов за то, чтобы это детское правительство ушло в отставку?

- Понимаю.

- А раз понимаете, то и выступите как надо. Не мне вас учить.

- Не волнуйтесь, Руслан Имранович, выступлю как надо.

Вернулся к себе в кабинет, просмотрел еще раз тезисы своего выступления (не люблю выступать по бумажке). По прямой связи звонит Президент:

- Вы понимаете, что сейчас съезд попытается снять правительство?

- Понимаю.

- Постарайтесь выступить так, чтобы этого не произошло.

- Не волнуйтесь, Борис Николаевич, выступлю как надо.

Я прекрасно понимал, что процесс развития рыночной экономики нельзя останавливать, а тем более поворачивать назад. Иначе экономический хаос будет длиться бесконечно. И выступить действительно необходимо "как надо" для того, чтобы реформы продолжались.

И вот я на трибуне съезда. Восемь из отведенных десяти минут я перечислял и анализировал ошибки правительства и издержки стремительно начавшегося реформирования экономики. В зале стояла напряженная тишина. Где-то на седьмой минуте заерзал и стал приподниматься Геннадий Бурбулис, чтобы (как уже бывало) увести правительство из зала заседания съезда. Я пристально посмотрел ему в глаза, он сел. Я закончил с критикой, сделал паузу и задал вопрос:

- Так профессионалы ли они?

И сам же ответил:

- Да. Профессионалы!

И после двухминутного доказательства на конкретных примерах профессионализма членов правительства и перечисления не зависящих от них объективных причин ухудшения социально-экономической обстановки закончил:

- Так дайте же профессионалам продолжить их дело, а потом спрашивайте!

Совершенно неожиданно ранее молчавший зал взорвался аплодисментами. В первых рядах, где сидели члены правительства и работники администрации президента, послышался вздох облегчения. Но когда я вернулся на место в президиуме и сел рядом с Хасбулатовым, тот прошипел:

- Вы что сделали? Вы же их спасли. Зачем вы это сделали?

- Увлекся, Руслан Имранович, - вздохнул я, - вы ведь, как никто другой, знаете, как могут увлечь внимающие вам тысячи человек.

Надо было видеть его глаза. Это была последняя капля в давно копившуюся взаимную неприязнь. А началась эта неприязнь с размолвки почти сразу после того, как я был избран съездом заместителем Председателя ВС РСФСР.

- Вы теперь мой заместитель, - сказал тогда Хасбулатов, - и будете делать то, что я скажу.

- Я не ваш лично заместитель, а заместитель Председателя Верховного Совета, и меня, так же как вас, избрал съезд, и отвечать я буду только перед съездом.

А потом, как у меня водится, рассказал анекдот. Тот его не рассмешил, а рассердил.

В Грозненском драмтеатре поставили пьесу "Ленин в Октябре". На сцене Ленин с усами и бородкой клинышком, в папахе, с кинжалом, Дзержинский с бородой и усами, тоже в папахе, с кинжалом, и Свердлов в папахе, без бороды, усов и кинжала, зато в очках. На сцену выбегает революционный матрос (усы с бородой, папаха, кинжал, но в тельняшке).

-Тыварищ Лэнин, сахар привезли!

- Отдай, слушай, в дэтский дом, да!

В зрительном зале ропот.

Дзержинский и Свердлов переглянулись. Снова вбегает матрос.

- Тыварищ Лэнин, муку привезли!

- Это тоже в дэтский дом отдай!

Вскакивает Свердлов и кричит:

- Что заладил - дэтский дом, дэтский дом? Своих детей, что ли, нэт!

Ленин выхватывает кинжал.

- Кто здесь Лэнин! Я - Лэнин или ты Лэнин?!

Сразу после моего выступления Хасбулатов, не дожидаясь даже окончания работы съезда, стал настойчиво в ультимативной форме просить Президента "забрать" меня из Верховного Совета. В конце концов Президент не выдержал и, правда спросив моего согласия, подписал указ, по которому с 6 июня 1992 года я был переведен в правительство первым вице-премьером. Некоторые СМИ охарактеризовали мой перевод в правительство как "приход красного директора поломать реформы", и, я помню, кто-то из журналистов спросил меня: