эмблема орла. В крепких ботинках и чулках из змеиной кожи они выглядели, как настоящие символы бесстрашия. Люди заметили их, и в трепете толпа расступилась, давая им дорогу. Некоторые сразу же направились домой, даже не оборачиваясь. Пострадавшие женщины, всхлипывая и плача, последовали за полицейскими.
Через несколько секунд стражи порядка уже подошли к бандитам, которые стояли молча. Один из смутьянов закричал диким голосом:
— Да здравствует знамя Палицы! За победу Палицы! Вперёд, к независимости!
— Молчать, вы арестованы! Разве вам нечего есть? Подчиняйтесь и следуйте за нами, — сказал один из полицейских. Внезапно революционеры выхватили острые мечи, которые были спрятаны у них в тростях, и закричали: «Руки прочь от нас! Не стойте на пути нашей независимости! Мы — главные борцы за свободу! Если в ваших сердцах остались хоть следы патриотизма, вы тоже должны следовать за нами и примкнуть к нам!».
Полицейским удалось обезоружить бунтовщиков, быстро вывернув им руки. Те пытались сопротивляться и дальше, но стражи порядка привязали их за руки к древкам пик и начали колотить. Тогда бунтовщики закричали: «Убейте нас, героев борьбы за независимость! Солнце независимости взойдёт, алое от нашей крови!»
Затем между офицером полиции и революционером состоялся следующий разговор:
— Чего вы хотите?
— Независимости.
— Кто ей препятствует?
— Вы. Сами связываете нас и ещё говорите о независимости!
— Это ваше зло связывает вас. Как же так выходит, что мы не связываем всех этих людей на улицах?
— Они бедные, беспомощные создания. Они не знают, чего хотят. А мы пришли обеспечить их права. Их свобода — наша свобода! Их безопасность — наша безопасность!
— Вот для их-то безопасности мы вас и связали! Если бы вы действительно хотели защитить их интересы, вы бы не учиняли над ними насилия. Вы — изменники. Мы призовём к народному правосудию — проведём суд, а присутствующие пусть будут судьями. Они решат вашу судьбу. Так повелел владыка всех наших народов.
Из толпы послышались крики:
— Это вопиющая несправедливость! Это против воли народа! Мы этого не одобряем! Вы арестовываете невиновных! Мы требуем, чтобы их отпустили! Вот наш вердикт. Если вы не примете его и не подчинитесь, мы в знак протеста убьём себя! Суду народа надо подчиняться!
Началась неразбериха. Вдруг один из полицейских принял решение:
— Те, кто желает освобождения этих погромщиков, могут выйти из толпы и показаться.
Тут же от толпы отделились около тридцати человек. Все они, одетые, как местные жители, отличались от них по телосложению и цвету кожи: темнокожие, с телами грубого крепкого атлетического сложения, низкорослые, что было нетипично для местных жителей. В несколько секунд полицейские окружили их. Сатаника, один из полицейских офицеров, обратился к большей части толпы, составлявшей основную часть публики:
— Я надеюсь, вы настоящие жители этого города. Может ли кто-нибудь из вас опознать этих чёрных коротышек? Кто может удостоверить их личность?
Никто не ответил. Тогда Сатаника обратился к группе из тридцати человек, стоявшей поодаль:
— Ну-с, господа, теперь вам придётся открыться — кто вы и какое отношение имеете к нашим гражданам?
— Мы не жители этого города, а прибыли из десяти деревень в ста милях отсюда, — ответил один из них.
— А как вы связаны с этими смутьянами?
— Нас связывает с ними народное правосудие. Мы не допустим несправедливости! Это наш долг — защищать наши права и наши принципы!
— Народ не должен нести ответственности за ваши принципы! Пусть теперь горожане будут судьями, которые вынесут вам вердикт! Я обращаюсь к гражданам Двараки. Если никто из вас в течение трёх минут не подтвердит их личность, мы будем считать это вашим согласием заключить их в тюрьму, как предписывает повеление нашего Владыки. Если у кого-то есть возражения, вы можете высказать их.
Наступила трёхминутная пауза. Никто не выступил, и в мгновение ока тридцать карликов одним прыжком скрылись в толпе. В следующее мгновение какие-то люди в толпе схватили их, связали им руки и ноги и вывели на возвышение. Это были полицейские в штатском.
ГЛАВА З
В большой красивый мраморный зал с окнами, в которые вставили прозрачные кристаллы хрусталя, заглядывали звёзды. Пол был так отполирован, что в нём отражалось всё. Дорогой ковёр, покрывавший возвышение, был мягок, как спина кошки, за исключением, естественно, тех мест, которые украсили алмазами. Семь сидений с подушками и оленьими шкурами были расставлены полукругом. В центре находилось гладкое кубическое возвышение из чёрного дерева, застеленное полупрозрачным куском небесно-голубого шёлка. Два его конца наклонно спускались на ковёр. На них были вышиты красивые картины из жизни Господа, рассказывающие о событиях его детства. С одной стороны вышивка показывала, как он убивает змею, а с другой — демоницу Путану. Блестящие поверхности четырёх стен также были украшены картинами с эпизодами из жизни Кришны. На одной четырёхликий Брахма уводил коров. Другая изображала Кришну во дворце слепого царя, куда он прибыл с целью сохранить мир. На третьей Господь поднимал своим мизинцем гору. Четвёртая — сцена посвящения Арджуны в тайны Бхагавад-гиты. Глубоко в отверстиях стен были установлены лампы в изысканных плафонах.
— Парантапа, видишь, как глупо полагать, что влияние Кали кончилось со смертью сыновей слепого царя? — нарушил молчание Сатаника, наклоняясь вперёд со своего сиденья. — Я хорошо это помню. После войны Махабхараты наш Учитель вернулся в Двараку прямо с коронации Юдхиштхиры. Тогда он предупредил нас насчёт внутренней безопасности. Наш друг Сатагопа дивился этой речи — правда ли это или наш Владыка просто решил напомнить нам об осторожности.
— С детства мы обучались под личным руководством нашего Владыки, — ответил Сатагопа. — И лишь после долгой подготовки в криминалистике он взял нас на административную службу. Всё же я нахожу вещи загадочными, а ситуации — запутанными под магическими чарами Кали.
— Среди вторгшихся в наш город и нарушающих закон я увидел две разные группы, — заметил Сатаника. — Одна из них состоит из глупых, как овцы, жителей нашего города. Их исподтишка науськивает другая группа — чёрные коротышки, которые не из нашей провинции. Около сорока дней назад наш Владыка предупредил нас об этих двух группах. Это было на собрании по случаю полнолуния. Тогда
