Зверь раздирал их когтями. Мир гремел, славя мои подвиги. В каждом городе, в каждой деревеньке меня встречали как ожившее божество. Только для меня это не имело никакого значения. Мир стал серым.
Экспедиция затянулась, что-то там, в институте, вышло из строя. И даже это меня не волновало. Я просто жил, исполняя свой собственный долг ученого и щедро исполнял долги Адриана. Несколько раз встречался с его матерью. Драконика не заметила подлога. Еще бы, за те несколько лет, что я провел здесь, я вполне привык быть драконом, славным воином, самым молодым генералом из всех. Странности она списывала на то, что ее сын повзрослел, возмужал и закалился за время войны.
Да, в общем-то, мы и не общались особо, не считая редких визитов и встреч при дворе. Потом я ждал окончания экспедиции, хотел вернуться домой, встретиться, наконец, со своей родной матерью. Надоело передавать ей приветы через начальство путем сообщений. Голосовая связь исчезла вместе с динамиком, его случайно забило смолой. Ждал и ни на что особо не надеялся. Если было бы суждено устранить поломку портала, я бы вернулся. Нет, значит, нет.
Из перечня обязательств перед институтом мне оставалось только зачать детей от любой женщины этого мира. Если бы я исчез после, моя вдова и мои дети остались бы очень и очень богаты, обеспечены. Имя Адриана надежно прикрыло бы их от любых бед.
И вот теперь Эрика словно восстала из пепла в обличии госпожи Талилы. Почти такая же точно, как и была. Ее не узнать невозможно. Движения, запах волос, походка, к ней истово тянется моя душа. Зверь в груди дуреет от ее говора, растекается в истоме блаженства. Я силюсь понять и никак не могу добраться до сути. Что это? Мираж? Мое сумасшествие? Неужели я настолько истосковался по любимой, что перепутал с нею другую?
Мертвецы не оживают и уж точно не восстают из пепла! Не бывает двух девушек, которые бы целовались совершенно одинаково. Да и вкус ее поцелуев все тот же – неповторимый вкус дикой страсти. Это Эрика. Та самая девушка. Мое настоящее счастье, моя любовь, дурман и наркотик. Или же я просто сошел с ума!
Экспедиция окончена. Осталось меньше двух суток до того момента, как я смогу выбраться из опасного Средневековья, полного магии и колдовства. Не будет больше треска поленьев в камине, не будет теплого моря у моего замка, да и самого замка у меня тоже не будет. А еще той роскоши, которая стала привычна, дорогих блюд, оружия, украшений, яростного удовольствия схватки, свиста меча, риска. И полетов тоже не станет. Крепким сном в груди уснет зверь, погрузится в забвение.
Впрочем, и орков, рискнувших осадить мой замок, можно будет тоже не ждать. И всматриваться в горизонт над морем в ожидании пиратских судов я тоже больше не буду. Я снова стану научным сотрудником, смогу трудиться за столом в теплом кабинете, писать монографии. Должность, ученая степень, компьютер! Фильмы три Д на любой вкус, хоть засмотрись, Да и самому не нужно участвовать в битве. Намного лучше, когда герой убивает врагов на экране, чем когда сам берешься за меч.
Хоть каждый вечер смогу летать к безопасному морю. Пиратских судов на Земле, точно, можно не ждать. Да и деликатесы? На кой черт они мне сдались, если честно? Свежевыжатый сок заменит пакетированный, он не многим уступает по вкусу. Хотя бы никто не станет коситься на то, как я поглощаю ребрышки гриль, шашлык и горбушки черного хлеба.
Мать обниму, ребят увижу, начальника. Он там уже весь поседел раз сто за время подзатянувшегося эксперимента. Один раз даже в больницу ложился, я помню. Это было после снятия осады с Неврса. Я тогда заполучил стрелу под чешую в грудь, чуть-чуть не достала до сердца. Сам вынул и полетел биться дальше.
"Это совсем безопасно, Андрей. Ты станешь первым! Как Юрий Гагарин!" - вещал мне до отправки начальник. Угу. Гагарин, в отличие от меня самого, хотя бы на ракете летел, можно сказать, уютно устроился. Я же летаю на своих двоих. И огонь вырывается не из двигателя, а из моего собственной пасти с ароматным дымком!
Вот только Эрика. В последние дни мир для меня вновь начал робко расцветать красками, словно сад в первые дни весны после суровой зимней стужи. Неужели это и вправду она? Не смогу я исчезнуть. Не смогу бросить ее здесь одну. Я и тогда был готов остаться ради нее.
И теперь... Или я просто схожу с ума? От тоски, от всего того, что на меня свалилось за эти годы? Институтский психолог и так давно мечтает со мной встретиться. Может, стоит ему показаться? Если б я только мог быть уверен в том, что снова попаду сюда! Что и эксперимент, и мою собственную командировку продлят. Тогда можно было бы рискнуть и заглянуть ненадолго на Землю.
Черт! Как же я хотел выбраться отсюда когда-то! И как теперь боюсь не попасть обратно сюда. Может, черт с ним, рискну? Координаты портала и время мне известны. Переходить на Землю не буду. Просто загляну туда через портал, передам информацию и все? И что все? Навсегда здесь останусь? А если это не Эрика, если я рехнулся, что тогда?
Время есть. За двое суток можно успеть определиться – она это или не она. Если она, то на Землю я не вернусь. Матери только привет передам. Вспомнились мамины глаза, сухие руки, тепло, которое от нее всегда шло. Не вернусь, выходит, предам ее? Сколько мама всего натерпелась. Ждала же меня, наверняка места себе не находила. А я не вернусь из-за призрака Эрики. Черт!
Нет, к порталу прийти все-таки стоит. Может, и перебросить что-то туда, на Землю, получится. Но самому не шагать. Повезет, откроют еще раз. Не повезет, значит, не повезет.
*** Дракон скрестил ноги, сидя в шатре у самого берега моря. Волны накатывают, силясь разгладить белый песок. Шепчут древнюю, как мир, сладкую сказку. Перед молодым мужчиной накрыт пышный стол. На нем собраны самые редкие, самые лучшие блюда. Повара его замка расстарались особо, они привыкли исполнять самые странные причуды своего господина без промедления и лишних слов. Гора спелых персиков соседствует с запечёнными над очагом косточками, мелкие дикие ягодки собраны в глубокие пиалы, на тонкие длинные спицы нанизаны кусочки мяса дикого кабана, запечённого над углями черешни.
Сиятельный Адриан требователен и велит печь мясо только над дровами этого сорта деревьев. Впрочем, дракону
