Читаем без скачивания Лос Анжелес Таймс - Стюарт Вудс

ГЛАВА 4

Знакомство Винни с Барбарой Мэннеринг, произошедшее восемь месяцев назад, было как дар небес за посещение школы киностудии при нью-йоркском университете. Он стоял в очереди за коктейлем, когда она наткнулась на его локоть.

— У, черт, — выдохнула она.

Он обернулся и взглянул на нее. Она была блондинкой пяти футов и семи или восьми дюймов ростом, одетой в очень дорогую одежду, с вызывающими, очень крупными бриллиантами. — Прошу прощения, — сказал он.

— Я не привыкла к стоянию в очередях, — ответила она. — Не возьметесь ли сыграть роль принца и принести мне двойной скотч со льдом?

— Конечно, — ответил Винни.

— А вы кто — подающий надежды директор фильма?

— Подающий надежды продюсер.

— Вы выглядите немного старовато для студента университета.

Винни был прекрасно осведомлен, что он выглядел на тридцать пять. — Я не являюсь очником.

— Что же вы делаете в свое рабочее время?

— Я — писатель.

— Что же вы пишете?

— Книги, статьи для журналов, иной раз, речи.

— Я могу ознакомиться с чем-либо из ваших работ?

— Конечно.

— Ну, с чем, например?

— У меня особая специализация. Тема — привидения.

— И на кого это все рассчитано?

— Ну, скажем так, я больше не пишу о привидениях. Пишу о бизнесменах, о политиках.

— А как вы находите клиентов?

— По-моему, они сами находят меня.

— Вы, должно, быть, в своем деле — хороший специалист.

— Не слишком хороший. Я не писал книг о Дональде Трампе или о Чаке Игере. Мои клиенты — люди рангом пониже.

— Так вы хотите стать кинопродюсером, чтобы добиться большего?

— Я стремлюсь стать продюсером, потому что люблю кино. Думаю, я люблю его настолько, что сумею добиться большого успеха.

— Я уверена, что вы всего добьетесь, — сказала она. — Знаете, ваш голос удивительно похож на голос Тирона Пауэра?

Винни улыбнулся более широко, нежели намеревался. — Правда?

Он повел ее к себе домой, и еще, будучи в лифте, они занялись сексом. С тех пор они занимались сексом раза два в неделю. Дважды в месяц она устраивала званые обеды. И всякий раз он оказывался в числе приглашенных. Он познакомился с двумя бывшими мэрами, несколькими писателями и многими другими интересными людьми.

Винни поцеловал ее в грудь и направился в душ.

Когда он возвратился из ванной, то обнаружил ее за чтением сценария Чака Пэриша.

— Что это такое?

— А, это парень из моего бюджетного класса попросил меня рассчитать затраты на постановку. Он раздобыл где-то денег и хочет потратить их на съемки.

— Ну, и как ты считаешь, стоящее это дело?

— Мне некогда было прочитать, но в нашей школе у него репутация едва ли не гения. Я видел пару его вещей, и эти картины потрясающие. Однако, мне кажется, что у него отсутствует предпринимательская жилка.

Он подошел к шкафу, где Барбара хранила его одежду, и выбрал вечерний пиджак и синюю рубашку. И то и другое было изготовлено лондонским портным, наезжающим в Нью-Йорк раз в квартал. Барбара позаботилась об оплате. Одежда была единственным, что он принимал от нее, хотя, когда в первый раз он увидел двенадцатикомнатные апартаменты на Пятой авеню с коллекцией картин и роскошной мебелью, его первым импульсом было поделиться своей находкой с Бенедитто и обчистить место, когда она уедет на уикенд за город. Но она ему очень нравилась, и он считал, что она будет полезной ему. Он оказался прав. — Кто будет на обеде? — спросил он.

— Сенатор Хэрви с женой, Дик и Ширли Клармен — Дик был в отставке (он прежде служил шефом корреспондентов журнала Тайм энд Лайф), а Ширли была продюсером телеканала Эй Би Си, Лео и Аманда Голдмэн. Я устраиваю вечер на восемь человек.

— Лео Голдмэн из Центурион Пикчерс?

— Я подумала, что ты будешь доволен. Кроме того, что он возглавляет студию, Лео еще и очень интересный человек. Очень яркий.

Винни повязал себе галстук идеальным узлом, точно так же, как это проделал Гари Грант в фильме Неблагоразумный . — Мне будет интересно с ним познакомиться, — сказал он.

Все прибыли почти одновременно. Винни пожал Голдмэну руку, но решил до обеда не начинать разговора с ним. Вместо этого он внимательно прислушивался к разговору сенатора и Дика Клармена, что, скорее, походило на интервью. Клармен сыпал вопросами, а сенатор давал ему четкие ответы. Винни многое узнал в этот вечер.

За обеденным столом он сидел между Ширли Клармен и Амандой Голдмэн. Лео Голдмэн расположился рядом, но Винни не форсировал события, отложив на время разговор с ним. Он очаровывал миссис Клармен, уделял много внимания Аманде, красавице-блондинке лет сорока с небольшим, и старался не вызывать ревность ее мужа.

И только, когда они потом пили бренди в библиотеке, Винни решил обратиться к Голдмэну. И тот поддержал разговор.

— Я слышал, что вы учитесь в киностудии при нью-йоркском университете. Лео был лысеющим, атлетически сложенным человеком сорока с половиной лет. Очевидно, он ежедневно занимался спортом.

— Я — заочник, — ответил Винни.

— И чем вы интересуетесь в сфере кино?

— Производством.

— Не престижным делом — написанием сценариев или руководством?

— Нет.

— Что привело вас к производству?

Винни глубоко вздохнул. — Это то, что позволяет осуществлять контроль.

Голдмэн рассмеялся. — Большинство людей сказали бы, что рычаги контроля в руках у директора.

— Продюсеры нанимают и увольняют директоров.

Голдмэн кивнул. — Майкл, а вы — неглупый парень, — сказал он. — Считаете, что у вас неплохой нюх на то, чтобы делать хорошие фильмы?

— Да.

Голдмэн выудил из кармана визитку. — Когда будет что-то по-настоящему достойное, позвоните. Это — мой личный номер.

Винни принял карточку и улыбнулся. — Я позвоню, когда вы меньше всего будете ожидать.

Винни провел час в постели с Барбарой, а когда она выдохлась, снова проскользнул в душ, надел халат, и, взяв рукопись Пэриша, направился в библиотеку. Он провел час за чтением, потом взял блокнот с письменного стола и начал делить текст на сцены. К рассвету у него были готовы производственное расписание и бюджет. Ему не нужен был калькулятор, чтобы подсчитать сумму. У Винни была отличная память, особенно на числа.

Он успел поспать с часик, прежде чем Барбара разбудила его, пригласив на завтрак.

— Чем ты занимался всю ночь? — спросила она его, уплетая бекон с яйцами.

— Читал сценарий Чака Пэриша и рассчитывал производственный бюджет.

— Ну, и как он тебе?

Он повернулся и взглянул на нее. — Он очень и очень хорош. Это фильм о мафии, но очень смешной. Он движется, как товарняк, и, будучи хорошо спродюсирован, принесет неплохие деньги.

— Что тебе нужно, чтобы выпустить этот фильм?

— Я оцениваю расходы на него в шестьсот пятьдесят тысяч, — ответил Винни. — У Пэриша уже есть триста тысяч.

— Похоже, что это малобюджетный фильм.

— Так оно и есть. Лео Голдмэн просто не поверит в такое.

— Ты собираешься предложить его Голдмэну?

— Нет. Если Пэриш в игре, я собираюсь выпустить фильм еще до того, как кто-то увидит его.

— Это рискованно.

— Не столь рискованно, как ты думаешь. Ты ведь не читала сценарий.

— В таком случае, может, мне вложить в него деньги?

— Барбара, мне не нужны твои деньги. — Он улыбнулся. — Только твое тело. Он знал, что она — наследница огромной строительной корпорации.

— Но меня заинтересовал этот проект, — сказала она. — Я вложу двести тысяч. Ты добавишь остальное.

— Дай мне подумать, — ответил Винни.

Он уже все хорошо обдумал.

Перед его уходом она сказала: — Знаешь, что Лео Голдмэн вчера сказал про тебя?

Винни вопросительно посмотрел на нее. Он не хотел спрашивать.

— Он сказал, «Твой дружок Майкл любит подсуетиться, но старается этого не показать. Мне это импонирует».

Винни улыбнулся и поцеловал ее на прощание. С Лео Голдманом он будет очень осторожным.

ГЛАВА 5

В промежутке между сбором денег для Бенедитто Винни два дня трудился над составлением бюджета фильма. Он сидел за компьютером в челсийской квартире и создавал прекрасные конструкции расписания съемок и необходимой документации. И был сам потрясен результатами своей работы.

Когда все было закончено, он отправился нанести визит Томми Про. Винни с детства знал Томаса Провесано. Тот был двумя годами старше, но это не помешало им сдружиться. По мнению Винни из тех, кого он знал, Томми был самым умным парнем. Он получил бухгалтерский диплом, окончив нью-йоркский финансовый университет, а потом сдал экзамены и пошел учиться в юридическую школу при нью-йоркском университете. Томми был осведомлен о делах босса, пожалуй, даже лучше, чем сам Бенедитто.

Офис располагался за неприметной дверью наверху кофейни, где был штаб Бенедитто. Томми занимал две комнаты, — одна предназначалась для ассистентки, вдовы-итальянки лет пятидесяти — а другая, — для него и его компьютеров. У Томми было три компьютера, и Винни казалось, что со временем все три взлетят на воздух от переизбытка информации. Мебель была спартанской — стальной письменный стол и закрытые стеллажи для документов, которые достались ему после того, как несколько лет назад Бенедитто обанкротил один ресторан, да еще огромный сейф. Однажды Томми поведал Винни, что все записи хранятся на компьютерных дисках, и как можно взорвать сейф при помощи дистанционного управления в случае, если придется все уничтожить. Каждый вечер Томми уходил с работы, унося с собой дубликаты дисков в неприметном портфеле, и никто не знал, где он их хранит.