все хорошее и скверное о моем положении. Скверное существует только в данный момент, а доброе обязательно продлится, если устранить сиюминутное зло. — Прощайте! — Ради Господа Бога простите меня, простите меня — и прощайте!
Глава 2
Моцарт
…Мне что-то тяжело; пойду засну.
Прощай же!
Сальери
До свиданья,
Ты заснешь
Надолго, Моцарт!
Пушкин, "Моцарт и Сальери"
Приложение № 3
Приложение № 4
Отрывок из Разговорной тетради Бетховена за 1823 год:
Moscheles:
Ich komme gerade aus der Klinik. Der Alte ist in einem schrecklichen Zustand. Er bittet mich, diese bösartige Verleumdung zu widerlegen.
---
Gut, dass du es nicht glaubst. Es kann einfach nicht sein.
Перевод:
Мошелес:
Я только из клиники. Старик в ужасном состоянии. Он просит меня опровергнуть эту злостную клевету.
----
Хорошо что ты в это не веришь. Этого просто не может быть.
Приложение № 5
Приложение № 6
Статья в Парижской газете "Газета политических и литературных дебатов", где высказывается предположение об отравлении Моцарта его предполагаемым конкурентом Сальери.
Journal des débats politiques et littéraires 15 avril 1824
Перевод:
Сегодня в одной газете говорится об отравлении Моцарта, совершённом Сальери, как об установленном факте. Вот что пишет из Вены музыкант, часто встречающийся с прославленным композитором, из которого хотят сделать какого-то Дарю или Кастена: «Мы были сильно удивлены, прочитав в нескольких французских и даже немецких газетах, что Сальери перерезал себе горло в венской больнице, где он срочно нанял отдельную палату. Сей старец постоянно живёт в кругу семьи, окружённый заботой и любовью. Однако верно, что старость несколько помутила его разум. Вот весьма необычное подтверждение этому. Одна из его причуд состоит в том, что он отводит в сторону всех своих знакомых и говорит им с весёлой миной на лице: «Я должен рассказать вам маленькую тайну: именно я, мой дорогой, отравил Моцарта, потому что чрезмерно ему завидовал; но, признаюсь вам, я не испытываю ни малейших угрызений совести, потому что это не мешает мне сочинять прелестные каноны». Все те, кому он сделал своё странное признание, расценивают это как проявление безумия. Есть ли во всей жизни Сальери такое, что можно было бы совместить с ужасом подобного злодейства? В то, что он завидовал возвышенному автору «Дон Жуана», очень легко поверить; но между завистью и убийством нужно ещё, слава Богу, преодолеть огромное расстояние. Сальери же всегда слыл человеком достойных чувств и доброго нрава».
Обвинительное заключение вместе с уголовным делом направлено прокурору г-ну Аккусатору.
Следователь: Индагатор.
Судья
Благодарю вас. Объявляется перерыв на пятнадцать минут.
Секретарь
Прошу всех встать.
Судья
Прошу садиться. Продолжаем судебное заседание.
Подсудимый, вам понятно предъявленное обвинение?
Сальери
Да, Ваша честь.
Судья
Признаете ли вы себя виновным?
Сальери
Нет, Ваша честь.
Судья
Желаете ли вы выразить свое отношение к предъявленному обвинению?
Сальери
Я не только не совершал этого ужасного преступления, но и не имел никогда подобных намерений. Как только в Вене появились слухи о том, что я его якобы совершил, это легло на мою душу тяжелым грузом и стало разрушать мою психику. В 1823 году я умолял своего прежнего ученика г-на Мошелеса опровергнуть эту злобную клевету и объявить всему миру, что старый Сальери не виновен.
Судья
Желает ли сторона защиты выразить свою позицию по отношению к предъявленному обвинению?
Защитник
Ваша честь, наше отношение к предъявленному обвинению будет высказано в ходе процесса.
Судья
Переходим к допросу потерпевшей.
Вы Моцарт, урожденная Вебер, Констанца, 1762 года рождения, по профессии певица. Сведения верны?
Потерпевшая
Да, Ваша честь.
Судья
Поясните, пожалуйста, суду, что вам известно по существу дела.
Потерпевшая
Незадолго до своей смерти муж как-то сказал мне: «Я чувствую приближение смерти. Конечно, мне дали яду». О том же муж несколько раз писал в Зальцбург своему отцу. Эти письма находятся в распоряжении суда.
В конце февраля 1791 года в нашу квартиру явился неизвестный, одетый в серое, и заказал моему мужу Реквием. Он начал работу над этим сочинением сразу же после того, как поступил заказ. Однако работа часто прерывалась ради других произведений, так что серьезно продвинуться с ней не удавалось. Лишь после премьеры «Волшебной флейты», с начала октября Вольфганг вплотную, с большим рвением, занялся Реквиемом.
Судья
Г-жа Моцарт, я вынужден прервать вас.
Под именем Вольфганг вы подразумеваете вашего мужа? Вы должны иметь в виду, что в суде не принято называть кого-либо по именам. Впредь я прошу вас употреблять либо выражение «мой муж», как вы это иногда делаете, либо называть его по фамилии. Я понимаю, что это для вас непривычно, но такова практика.
Потерпевшая
Хорошо, ваша честь.
Судья
Продолжайте, пожалуйста.
Потерпевшая
В это время Моцарт часто жаловался на здоровье, и я даже вынуждена была забрать у него партитуру Реквиема, так как считала, что работа над ним пагубно влияла на его самочувствие. Во время одной из прогулок в Пратере мой муж со слезами на глазах сказал, что пишет Реквием для себя. Кроме того, он говорил: «Я слишком хорошо чувствую, что долго не протяну; конечно, мне дали яд — не могу отделаться от этой мысли».
Друг моего мужа, г-н Бенедикт Шак, рассказал мне, что он и два других оперных певца, господа Хофер и Герль вместе с Моцартом 4 декабря пропели законченную часть Реквиема, при этом, когда они дошли до первых тактов «Lacrimosa», Моцарт заплакал и сказал, что не закончит эту часть.«Lacrimosa» он, правда, закончил, но полностью Реквием закончить не успел. На основании моцартовских набросков заканчивал сочинение его ученик, г-н Франц Ксавер Зюсмайер.
Когда мой муж умер, тело быстро начало разлагаться — я слышала, что так бывает при отравлении ртутью.
Похороны состоялись 6 декабря, но я на них не присутствовала. Смерть мужа тяжело подействовала на меня как морально, так и физически — я заболела. Руководство похоронами взял на себя друг моего мужа барон ван Свитен. Заботясь о моем состоянии, он предложил мне на несколько дней переселиться к друзьям, что я и сделала. Кроме того, в день похорон, как мне помнится, была морозная погода: эта зима была чрезвычайно суровой, а я чувствовала себя слабой.
Судья
По данным венского Центрального управления метеорологии и геодинамики, погода 6 и 7 декабря 1791 года была мягкой, безветренной, без осадков.
Потерпевшая
Возможно,
