– Должно быть, этот отель, когда вы его приобрели, находился в плачевном состоянии, – сказала Айрин. – Когда я его в последний раз видела, он буквально разваливался на части, а было это довольно давно.
– Пришлось немножко поработать над инфраструктурой. – Люк устремил взгляд в направлении ее домика, который находился у самого озера в окружении высоких деревьев. – Вы, судя по всему, не заметили в комнате маленькой карточки с просьбой руководства гостиницы «Восход над озером» более бережно и экономно расходовать природные ресурсы – например, перед выходом из дома выключать свет.
Айрин проследила за его взглядом на коттедж номер пять. Дом сиял и переливался огнями, как спортивный стадион во время ночного матча.
– Карточку я видела, – кивнула она. – Но также заметила и то, что руководство гостиницы ездит на огромных джипах, которые, наверное, менее чем за пять миль съедают галлон бензина. Вот я и предположила, что просьба экономить энергию не более чем формальный и неискренний ход, цель которого пробудить в постояльцах чувство вины, если они не помогут сэкономить несколько баксов на счете за электричество.
– Вот черт! Говорил же я Максин, что карточка эта – пустое дело. Деликатностью никогда и ничего не добиться. Хочешь, чтобы люди подчинялись правилам, озвучь их громко и четко. Двух мнений быть не может.
– Кто такая Максин?
– Максин Бокселл. Моя помощница. Она мать-одиночка. Ее сын Брэди летом будет катать постояльцев по озеру на гостиничном катере. У нас, как я понимаю, летом ожидается большой наплыв клиентов, которые обожают подобные прогулки, особенно в это время года. Максин говорит, что трехчасовая прогулка с рыбалкой может довольно дорого стоить. Она меня все уговаривает купить еще один катер, помощнее, на котором можно тянуть любителей покататься на водных лыжах. Я, правда, пока от этого воздерживаюсь. Не хочу чрезмерно стимулировать бизнес.
Имя, упомянутое Люком, показалось Айрин знакомым. Жила здесь когда-то одна Максин. Она окончила местную среднюю школу в июне того года, когда весь мир Айрин разлетелся на части. Тогда она была Максин Спенглер.
– Можно поинтересоваться, что привело вас сюда, в Дансли, мисс Стенсон? – спросил Люк.
– Личное дело.
– Личное?
– Да. – Вот так. Пусть знает, что и у нее тоже могут быть свои тайны.
– Ачем вы занимаетесь? – задал следующий вопрос Люк, когда стало ясно: никаких дальнейших намеков от Айрин не дождаться.
«Что бы это значило? – недоумевала она. – То все молчал, молчал, а теперь на тебе – такой откровенный интерес».
– Я репортер, – ответила она.
– Что вы говорите! – В голосе Люка послышались заинтересованность и легкое удивление. – Ну и дела! Никогда бы не подумал, что вы представитель средств массовой информации.
– Мне это часто приходится слышать, – сказала Айрин.
– Эти сапоги на каблуках и это модное пальто производят впечатление. Однако вы не очень похожи на пустоголовых красавиц недоучек, которые читают сводки новостей по телевизору.
– Это, наверное, оттого, что я работаю корреспондентом в газете, а не диктором на телевидении, – сухо ответила Айрин.
– А, так вы из газеты! Да, это совершенно другое. – Люк помолчал. – А в какой газете вы работаете?
– В «Гластон-Коув бикон». – Айрин приготовилась услышать обычную реакцию.
– Никогда о такой не слышал, – сказал Люк. Все точно по тексту, подумала Айрин.
– Мне и это часто приходится слышать, – терпеливо проговорила она. – Гластон-Коув – это маленький прибрежный городок. А «Бикон» – маленькое ежедневное издание, но ее владелец, а также редактор и издатель в одном лице недавно открыла сайт в Интернете, с которого всегда можно скачать последний выпуск.
– Трудно предположить, какое такое событие в Дансли может привлечь внимание репортера из Гластон-Коув.
Это замечание уже выходит за рамки вежливого любопытства, решила про себя Айрин. Разговор стремительно превращался в допрос.
– Я же вам сказала: я здесь по личному делу, – спокойно ответила она. – Работа тут ни при чем.
– Ах да, верно! Простите, я совсем забыл.
Да, как же! Черта с два ты забыл. Айрин ухмыльнулась себе под нос. Он пытается заставить ее разговориться, да только ничего у него не выйдет. Отчитываться перед посторонним человеком, тем более перед кем-то из здешних, она не намерена. Ей бы встретиться с Памелой, а потом – прости прощай, Дансли, только ее здесь и видели.
Когда они дошли до коттеджа номер один, Айрин неожиданно поймала себя на том, что испытывает не только облегчение, но наряду с ним чувствует и некое сожаление.
– Спасибо, что проводили, – поблагодарила она.
– Да не за что. – Люк поднялся с ней по лестнице, взял у нее из рук ключ и сам вставил его в скважину. – Когда я оформлял вас сегодня в этот коттедж, я, кажется, забыл упомянуть, что с семи до десяти в вестибюле гостиницы постояльцам предлагаются бесплатный кофе и пончики.
– Неужели! Я поражена. Ведь вы ясно дали понять, что, по мнению менеджмента гостиницы, не стоит баловать клиентов.
– Господи, ну вы же просили, чтобы еду вам подавали в номер. – Люк открыл дверь и окинул взглядом ярко освещенную гостиную. – А у нас это не заведено. Хотя кофе с пончиками у нас есть. Когда бывают постояльцы, конечно. А они у нас благодаря вам сейчас имеются.
– Уж простите великодушно, что доставляю вам столько хлопот.
– Да, в этом бизнесе от постояльцев никуда не денешься, – заметил Люк как-то безрадостно.
– Весьма философское отношение к делу.
– Да, – отозвался Люк. – Когда я стал хозяином гостиницы, пришлось его в себе выработать. К счастью, у меня за спиной есть кое-какая школа. Как бы то ни было, а пончики – идея Максин.
– Ах вот оно что.
– Да, я позволил ей в качестве эксперимента ввести на месяц такой порядок. Но если хотите знать мое мнение, я их вам не рекомендую. На вкус это – сахар с опилками. У меня такое подозрение, что к тому времени, когда Максин их покупает, они уже бывают просрочены. Со стопроцентной уверенностью, правда, сказать не могу, поскольку проставлять срок годности на скоропортящихся продуктах в «Дансли маркет» не считают нужным.
– Надо было бы мне сегодня по дороге сюда захватить какие-нибудь продукты и завтра самой приготовить себе завтрак.
– Вы в любой момент можете съездить в город. Кафе «Вентана» открывается в шесть.
– Запомню.
Чтобы войти в дом, Айрин пришлось протискиваться мимо Люка, и, делая это, она слегка соприкоснулась с его крепким, железным телом. Она тут же почувствовала его тепло, уловила его дразняще легкий, свежий мужской запах, и по ее телу пробежал трепет.
