Бунзен принес кофе.
– И еще, капитан Николл, сэр, вас к телефону.
– Меня? – удивился Джеймс. – Кто может знать, что я здесь? Ладно, пойду узнаю. Только бы не оказалось, что меня вызывают из отпуска!
Отсутствовал он долго – все успели выпить кофе и перейти к портвейну, а когда вернулся, выглядел слегка напряженно.
– Оказалось, ничего особенного. Просто… мне позвонили.
– Да что ты говоришь! – рассмеялась Венис.
Они перешли в гостиную и сели играть в баккара.
– Я, пожалуй, не буду играть, – сказал Джеймс, небрежно придвигая к каждому нужное количество спичек, служивших фишками. – Что-то голова разболелась. Лучше пройдусь.
Поверх голов ничего не подозревающей компании он одними губами напомнил Фрэнсис: «В саду, в одиннадцать».
А потому в половине одиннадцатого Фрэн, широко зевнув, объявила, что уже страшно поздно и пора бы всем ложиться спать. Поскольку обычно именно ради ее азарта все общество засиживалось за игрой до глубокой ночи, слова эти были восприняты с изумлением и даже отчасти с облегчением. Азиза вывели ненадолго на террасу – исключительно по делу, и пожертвовали один носовой платок на вытирание грязных лапок. Затем Венис отнесла довольного песика наверх. Пенрок с ключом в руке крикнул от входной двери:
– Джеймс уже вернулся?
Фрэн прижалась ухом к двери в комнату Джеймса и, перегнувшись через перила, крикнула в ответ:
– Говорит, он уже лег! Спать хочет, голова так и не прошла.
Пенрок запер дверь и медленно поднялся по лестнице.
– Надеюсь, это не грипп. Я и сам неважно себя чувствую. Может, загляну, спрошу, как он?
– Нет-нет, он не заболел! Просто, знаете, как это бывает, когда голова болит: хочется, чтобы тебя никто не трогал.
Фрэн решила завтра быть с Пеном поласковее, чтобы искупить эту ложь.
– Пен, скажешь Азизу «спокойной ночи»? – спросила Венис, поднося к самому его лицу черную мордочку. – Поцелуй дядю Пена, мой ангел! Вот умница… Правда, он милый?
– Деточка, не разрешай ему облизывать людей!
– Ну бабушка, ты совсем как эта Морланд! Пену нравится. Правда, Пен?
– Я без этого не засну! – со смехом ответил Пенрок, пятясь к своей комнате. – Спокойной ночи, Венис! Спокойной ночи, леди Харт! Спокойной ночи, Фрэн.
– Спокойной ночи, Азиз! – Фрэн прижалась щекой к мягкой собачьей шерстке. – Сладких снов, мое золотце! Венис, не забудь – завтра моя очередь! Спокойной ночи, мой хороший! Спокойной ночи, Генри! Спокойной ночи, бабушка…
Фрэн скользнула к себе в комнату и, закрыв дверь, прижалась к ней спиной.
Глава 2
Пенроку снился сон – будто он идет по длинному темному туннелю, а далеко впереди, на фоне света, виднеется женская фигурка. И почему-то невероятно важно увидеть лицо незнакомки. А ноги как свинцом налиты. Пенрок рванулся изо всех сил и наконец, выйдя на солнце, взял женщину за подбородок и начал поворачивать ее к себе, но тут сзади, в туннеле, раздался страшный шум. Пенрок обернулся посмотреть, что там грохочет, а когда снова глянул вперед, женщина исчезла… Он лежал в своей постели, замирая от необъяснимого дурного предчувствия, а в дверь громко стучали.
– Войдите!
Пенрок сел и включил ночник у кровати. Наверное, что-то случилось – на часах еще не было полуночи.
Вошла леди Харт в халате. Ее добродушное морщинистое лицо совсем побелело.
– Пен, вставай скорее! Случилось ужасное несчастье… Я… Мне страшно!
– Что такое? – Пенрок поспешно накинул халат и сунул ноги в домашние туфли.
– Там девушка… Бунзен ее нашел… Увидел… – Дрожа всем телом, леди Харт прислонилась к столбику кровати. – Пен, в саду у дороги лежит девушка, и она… На ней шляпка… Новая шляпка Фрэн…
– Шляпка? А где Фрэн? – холодея, спросил Пенрок.
– Ее нет в спальне… – Леди Харт пошатнулась, цепляясь за столбик. – И кровать не разобрана… Я сразу сюда бросилась. Пен… Ее нет в комнате…
Леди Харт, обмякнув, осталась лежать на полу без сознания.
Пенрок этого даже не заметил. Он уже мчался по лестнице, прыгая через три ступеньки. Кое-как отпер входную дверь и выбежал в залитый луной сад. От страха мутилось в голове. Посреди лужайки его встретил бледный Бунзен с выпученными глазами.
– Сюда, сэр! Там, у калитки… Господи, ужас… Она… Ее голова…
Она лежала в канаве – там, где дорогу пересекал ручей. В лунном свете все было отчетливо видно: неестественно вывернутые ноги, заведенные за спину руки и голова… Отрубленная голова криво приставлена к шее, а на голову нахлобучена дурацкая новая шляпка Фрэн. Все в глазах заволокло кровавым туманом. Пенрок зажмурился от ужаса. Ноги у него подломились, и, рухнув на колени, он пополз к жуткому телу. Отбросил непристойно легкомысленную шляпку, отвел в сторону слипшиеся, темные от засохшей крови волосы и, с трудом поднявшись, едва дошел до края канавы, а там упал снова, и его вывернуло наизнанку.
Но из-под спутанных, пропитанных кровью волос, искаженное смертной гримасой, ему явилось не прелестное личико Франчески. И тело, и отрубленная голова принадлежали Грейс Морланд.
К возвращению Пенрока леди Харт уже очнулась и со страхом ждала его, присев на краешек кровати.
– Это Грейс Морланд, – сразу же сказал Пенрок. – Ее убили. Надо найти Фрэн.
Леди Харт чуть снова не лишилась чувств, но кое-как справилась с собой и, пошатнувшись, встала на ноги.
– Слава богу, это не Фрэн! Я так испугалась… Мысли путаются… Я тут, кажется, в обморок упала. Сидела потом, старалась взять себя в руки. Заглянем еще раз к ней в комнату!
Фрэн крепко спала, свернувшись, как котенок. Когда зажегся свет, она пошевелилась и раскрыла сонные глаза.
– Кто там? Что? Бабушка! Что такое, воздушный налет?
Леди Харт застыла, как громом пораженная.
– Фрэнсис! Давно ты здесь?
– Что значит – давно? – Фрэнсис села в постели, отбрасывая назад черные кудри. – Всю ночь. То есть как легла, так и сплю.
Пенрок тоже переступил порог.
– Случилось несчастье с Грейс Морланд. Она… Словом, ее убили.
– Грейс Морланд убили? Как это – убили?
От пережитого ужаса Пенрок сделался раздражителен.
– Очень просто – голову отрезали! – рявкнул он.
Венис в халатике выглянула из своей комнаты, прижимая к груди таксу.
– Что тут за крики? Случилось что-нибудь? Воздушный налет?
– Грейс Морланд отрезали голову, – ответила Фрэнсис и залилась истерическим смехом.
Леди Харт, предостерегающе взглянув на Пенрока, села на край кровати и обняла внучку.
– Тише, моя дорогая, успокойся. Ты разволновалась до неприличия. Венис, у нас в саду нашли бедняжку мисс Морланд. Пен только что ходил смотреть.
В комнату бесшумно вдвинулся Генри Голд – темноволосый, чуточку таинственный, обвел быстрым взглядом лица.
Венис бросилась к нему:
– Генри, Грейс Морланд убили!
– Грейс Морланд? Она же была у нас сегодня. Как ее могли убить?
– Убили, представьте себе, – резко проговорил Пенрок, выведенный из себя их бестолковыми репликами. – Она лежит в канаве у дороги. Ей отрезали голову, точно так же, как судомойке прошлым летом. Там сейчас Бунзен, я ему на подмогу садовника отправил.
– В полицию звонили? – спросил Генри.
– Не сообразил. В самом деле, надо позвонить. А врача вызывать?
– Нет, если она точно мертва. Полицейские сделают все, что нужно.
– Она точно мертва, – свирепо ответил Пенрок, снова вспомнив жуткий труп в канаве. – Ее голова… Слушайте, Генри, может, позвоните вместо меня в полицию? Мне немного нехорошо…
Двигаясь как автомат, он прошел к себе в спальню и закрыл дверь.
Деревня Пиджинсфорд – горсточка маленьких домиков и лавчонок вокруг усадьбы, которую здесь называют «Большой дом». Никак не получалось втолковать единственному констеблю, что мисс Морланд убита и ее труп лежит у дороги возле дома мистера Пенрока. В конце концов Генри Голд попросту предложил констеблю немедленно прийти на место происшествия, а сам позвонил в полицейский участок соседнего городка Торрингтон – пятнадцать миль от Пиджинсфорда. Инспектор Кокрилл без большого интереса ответил, что приедет через полчаса.
Тем временем Фрэн настояла на том, чтобы разбудить мелодично храпевшего Джеймса. Склонившись над ним, она потрясла его за плечо.
– Проснись, Джеймс! Проснись!
– Чткое? – отозвался Джеймс, вновь натягивая одеяло до подбородка.
– Джеймс, просыпайся! Случился такой ужас! Пожалуйста, проснись!
Леди Харт, подойдя к умывальнику, смочила губку водой.
– Вот, попробуй! По моему опыту, безотказный способ.
Фрэн, сжалившись над Джеймсом, часть воды отжала и осторожно провела губкой по лицу спящего. Растрепанный спросонья Джеймс рывком сел, хлопая глазами.
– Эй, в чем дело? Вы что делаете, черт возьми?
– Если ты тоже спросишь про воздушный налет, я закричу, – предупредила леди Харт.
– Случилось ужасное несчастье, – повторила Фрэн. – Мисс Морланд убили. Там, в саду.
