быть, какое-то время пробыло в реке, пока не застряло здесь на повороте.
– Он точно мёртв? – шёпотом спросила Фло.
Митчелл скрестил руки на груди:
– Ну, я проверять не собираюсь.
Скандар и Бобби спрыгнули в реку и побрели по мелководью. От страшной вони у мальчика заслезились глаза. Негодяй испуганно пискнул, совсем как в глубоком детстве, сразу после вылупления. Скандар мысленно его ободрял, хотя каждая клеточка его тела была на низком старте, готовая рвануть назад на берег при первом же движении дикого единорога. Бобби опустилась на колени рядом с полупрозрачным рогом гнедого единорога, и её губы сжались в упрямую линию. Она покачала головой, и Скандар, нагнав её, наклонился. Его штаны успели пропитаться окровавленной водой. Красный глаз единорога уставился в пространство невидящим взором. Скандар осторожно опустил морщинистое веко и глядел на его густые ресницы – совсем как у Негодяя, – Скандар задохнулся от охватившей его невыносимой грусти. Негодяй на берегу одобрительно заржал.
– Думаю, он ещё молодой, – пробормотала Бобби. – Он не такой страшный, как те, которых мы видели в Пустоши.
– Скандар! – Громкий голос Митчелла заглушил плеск реки. – Уходи оттуда! Духовный маг и дикий единорог?! Нельзя, чтобы кто-нибудь тебя увидел рядом с ним!
Скандар повернул голову к нему и Ночи и недоумённо моргнул:
– Духовные маги не могут убить дикого единорога.
– Ничто не может убить дикого единорога. Они вроде как бессмертны и неуязвимы. И однако же, пожалуйста! – Митчелл нервным жестом взлохматил рукой свои пылающие волосы.
– Он прав, Скар. – Фло уже забиралась на спину Клинку. – Кое-кому только дай повод, чтобы повесить на тебя всех собак.
Перед внутренним взором Скандара промелькнуло лицо Дориана Мэннинга. В конце их первого курса глава Серебряного круга выступил категорически против возвращения духовных магов в Гнездо.
Уже сев на Негодяя, Скандар в последний раз посмотрел на лежащее в реке тело дикого единорога, чувствуя, как по спине побежали мурашки. Дикие единороги не умирают. Они живут вечно, их невозможно уничтожить. Но если их можно убить, если есть способ… Какие тёмные силы забрали жизнь у бессмертного существа, вечно живущего и вечно умирающего?!
«Мама?» – напрашивался очевидный ответ, но Скандару не хотелось в это верить. От мысли, что она успела накопить достаточно сил, чтобы убить бессмертное существо, сердце в страхе замирало. Ему хотелось верить, что она тут ни при чём, что это невозможное убийство совершил кто-то гораздо могущественнее и ужаснее.
Но Скандар не мог вообразить никого хуже Ткача.
Глава вторая
Неприятности из-за истинной песни
Новость о таинственной смерти дикого единорога быстро облетела Гнездо. Тело нашли патрульные стражи спустя какие-то часы после того, как квартет Скандара покинул зону воды. Инструкторы настоятельно советовали юным наездникам не строить ничем не обоснованных теорий о личности убийцы и дождаться результатов расследования Командующей Кадзамы. Но слухи о Ткаче курсировали в изобилии, тем более что у всех наездников – не считая новых слепышей – продолжались каникулы и им было нечем заняться, кроме как обсуждать диких единорогов и Ткача. Скандар отметил, что перешёптывания в его присутствии тоже стали громче.
Все знали, что Скандар в конце его первого курса сразился с Ткачом, но мало кому были известны детали этого столкновения. И теперь, после убийства дикого единорога, до его слуха не единожды доносились обрывки разговоров в столовой – Кормушке – на тему вдруг он что-то знает или что, если его принадлежность к элементу духа означает, что он каким-то образом в курсе планов Ткача. Скандар успел смириться с тяжёлой ролью единственного духовного мага в Гнезде, но загадочная смерть дикого единорога спутала ему все карты, и никого, похоже, не волновал тот факт, что элементом духа можно убить лишь единорогов, у которых есть наездники.
– Не обращай внимания, – посоветовала Фло через пару дней после обнаружения мёртвого единорога. – Скоро об этом забудут.
– Я бы на это не рассчитывал, – возразил Митчелл.
Фло сердито посмотрела на него.
– Что? – Митчелл поправил на носу очки. – Признай, это же крайне любопытно: как можно убить неубиваемое чудовище?
– Нет здесь ничего любопытного – это ужасно! И противоречит закону Острова о запрете наездникам охотиться на диких единорогов, потому что те являются такой же неотъемлемой частью Острова, как и наездники. Они живут здесь намного дольше! Пусть и… ну… не отличаются добрососедством.
Бобби фыркнула:
– Только тебе, Фло, пришло бы в голову описать дикого единорога как «недоброго соседа». – Она повернулась к Скандару, опасно откинувшись на стуле: – Почему твоя мама вечно ищет себе приключений, которые до неё никому и в голову не приходили? – Она стала загибать пальцы. – Сначала она похитила самого могущественного единорога прямо с Кубка Хаоса, собрала армию из диких единорогов, а теперь убила…
Митчелл схватил стул Бобби и рывком поставил его на все четыре ножки:
– У нас нет доказательств, что это сделала Ткач. Ну, пока нет.
– Кто ещё это мог быть? – тоскливо спросил Скандар.
Друзья недолго помолчали, а потом Фло заговорила о своей будущей первой встрече Серебряного Круга – как она из-за неё волнуется. Её единорог Клинок вызывал восхищение и оторопь не только своим внешним видом – его шерсть сияла как жидкое серебро, – но и магической мощью. Она отличала всех серебряных единорогов, которые к тому же были большой редкостью, поэтому на Острове отношение к ним было особенным. На их наездников возлагалась огромная ответственность… сопряжённая с большими рисками. Тренировочное испытание и первый курс обучения остались позади, Клинок с каждым днём становился сильнее, и Фло теперь предстояло ходить на встречи с другими серебряными наездниками – из Серебряного Круга, – чтобы узнать их историю, а самое главное – научиться контролировать магию своего единорога.
– Я просто боюсь их разочаровать. Я первая серебряная наездница за многие годы! А если у меня ничего не получится? А вдруг я так и не научусь контролировать Клинка или я им не понравлюсь?
– Не говори ерунды, Фло, – поморщилась Бобби. – Ты всем нравишься. Ты добрейшей души человек на всей планете, как бы меня это порой ни раздражало.
– Правда? – тихо спросила Фло.
– Правда, – хором заверили её Бобби, Скандар и Митчелл.
– Вы правда думаете, что всё будет хорошо? Ну, потому что я буду тренироваться с серебряными?
Скандар знал, что этот вопрос в первую очередь обращён к нему. История соперничества серебряных наездников и духовных магов насчитывает не одно столетие, в основном потому, что серебряные единороги были настолько могущественными, что даже
