– Нет! Я скажу им, что ко мне вломился неадекватный псих, который искренне верит, что я какая-то особенная, и он, видимо, тоже. Он явно не в себе, потому что ему всюду мерещатся демоны. И он угрожает мне. Что не может меня не пугать, поскольку он явно болен.
– Ладно... Неплохо. Забегая вперёд, должен тебя разочаровать – меня не арестуют. Ева, за прошедшие годы я сумел приобрести хорошие связи практически во всех важных структурах не только России, но и всего мира. И уж, конечно, в полиции у меня есть свои люди на весьма высоком уровне.
Кривая ухмылка на его губах очевидно должна была изобразить улыбку.
– Но, предположим, сработало – меня задержали. Что дальше? Они побеседуют со мной. Может, даже психотерапевту покажут. Убедятся, что я не сумасшедший, агрессии не проявляю, веду себя разумно и адекватно. Спросят, угрожал ли я тебе. На это я отвечу, что ты – моя бывшая, мы поссорились, я тебя бросил, а ты решила меня так наказать. Меня отпустят уже через час. А тебя ещё долго будут таскать по всем инстанциям, чтобы впредь так шутить неповадно было...
– Ты меня просто пугаешь! Сам сказал, мы не в девяностые живём! Времена беспредела прошли...
– Наивное дитя, времена беспредела никогда не заканчиваются. Вижу, говорить с тобой сейчас бесполезно...Ты слишком категорично настроена. Я мог бы рассказать тебе подробнее, о том, что тебя ждёт, когда ты согласишься. Но сейчас ты всё равно не услышишь. Я дам тебе пару дней успокоиться и подумать, – блондин поднялся, сунул руку в карман и извлек визитку. – Потом мы продолжим наши переговоры. Если надумаешь раньше – звони, подъеду! Не провожай!
Эрих вышел с кухни, оставив растерянную Еву в одиночестве.
– Наталья Сергеевна, Варвара Алексеевна, всего доброго вам! Я сейчас уйду, и вы никогда больше не вспомните о моём визите и нашем душевном застолье! – долетело из прихожей.
Хлопнула входная дверь.
Ева протянула руку, рассеянно покрутила в руках карточку. Чёрная бархатная бумага, серебряная вязь. Солидная визиточка!
– Ева! Ты когда пришла? Я даже не слышала. Сериал с бабушкой засмотрелись. Сегодня последняя серия... Ой, даже посуду не убрали, бросили... Я сейчас.
– Я уберу, мама, уберу! Всё хорошо. Иди, смотри!
Наталья Сергеевна тотчас исчезла с кухни. Она всё ещё вела себя как-то странно.
Ева ещё раз внимательно посмотрела на визитку:
"Охранное агентство "VIP-ГВАРДИЯ"
Эдуард Германович Норр
директор..."
Не запоминая номер телефона, Ева неспешно разорвала плотную бумагу на мелкие кусочки, выбросила в мусорное ведро и принялась убирать со стола.
Глава 2
Ненастоящая фея
С глазами зверя,
Ей бы взлететь к потолку,
Но она не умеет.
Алексей Юзленко
Гореть в аду тому, кто придумал ежемесячные отчёты!
Работа у Евы и так была на редкость скучная и бессмысленная, но в последний день месяца она становилась просто невыносимой. Нужно было за три часа собрать информацию и распечатать документы за месяц – получался талмуд весом в килограмм десять.
А тут ещё случился казус – коллега Наташка недавно загремела в больницу с аппендицитом. А это ведь никого не волнует. Отчёты надо сдавать в срок, иначе всему отделу штраф влепят. Пришлось напрячься: сделать всё и за себя, и за того парня... В смысле, за ту Наташку.
В итоге с работы Ева уходила последней. Когда выползла на улицу, темень уже стояла такая, будто глубокая ночь город накрыла. Хоть ещё и девяти не было.
Но в октябре темнеет рано, а ещё тучи. Дождик накрапывал противный, ледяной. А она, естественно, умудрилась забыть зонт дома.
Полупустая маршрутка благо подъехала быстро. Но когда Ева вышла на своей остановке, дождь ещё прибавил, и его противные холодные капельки так и норовили скользнуть за ворот. Злая, уставшая и голодная Ева прибавила шаг, мечтая скорее оказаться дома, выпить горячего чая, покушать, наконец, нормальной еды – бабушка непременно наготовила пять блюд, поджидая с работы своих "девочек". Потом в душ, и спать...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А завтра, как обычно: будильник, кофе, бегом на работу, маршрутка битком, потом ворошить свои архивы, как будто их сегодня было мало...
В памяти отчётливо прозвучал надменный голос вчерашнего незваного гостя: "Готова и дальше бессмысленно перекладывать с места на место никому ненужные бумажки? И так до конца жизни, с утра до вечера, пять дней в неделю, покрываясь пылью в этом своём отделе кадров? Завидная перспектива, что тут скажешь!".
– Перспектива как перспектива! Не хуже других, – буркнула она себе под нос, свернула на узкую тропинку между двумя детскими садами и вскрикнула испуганно.
Ева не любила ходить тут вечерами. Здесь всегда было сумрачно из-за высоких деревьев. Пара фонарей не спасала ситуацию. По обе стороны тянулись заросшие кустами заборы, и эта невозможность свернуть куда-либо Еву всегда напрягала, если не сказать больше.
Но иного пути домой не было. К счастью, этой дорожкой пользовались многие, обычно здесь было людно.
Вот и сейчас навстречу Еве шагнули какие-то подростки, и та едва сдержалась, чтобы не ударить их сумкой.
Физиономии у пацанов были разукрашены люминесцентной краской. В темноте сверкали жуткие оскалы черепов. У Евы ноги подкосились, а компашка с довольным хохотом проследовала мимо.
– Придурки! – прошипела она и, уже пройдя шагов десять, припомнила, что сегодня Хэллоуин. Молодежь просто веселится…
Самайн. Всякая нечисть сегодня выползает из щелей и потешается над людишками.
Ева мысленно усмехнулась. Желая стряхнуть нервное напряжение, дальше она пошла, негромко напевая под нос:
Крепки засовы на дверях, железные крюки Не подпускают к дому племя Каина. Ты мне не рада? Не подашь руки, Когда в ночи горят огни Самайна Горят огни холодного Самайна.
Да уж… И откуда в ней эта любовь к странной музыке?
К счастью, мрачную песенку, спетую осипшим голосом, никто не услышал – ни одного человека навстречу.
Где-то в самом конце тропинки мигал, проглядывая сквозь редкую листву, желтоглазый фонарь. Ева чувствовала, как её охватывает дрожь. Хотелось бы списать это на промозглый осенний вечер, но тёмная пустая аллея внезапно показалась опасной и пугающей.
Мне жаль, что всё закончится печально. Мне правда жаль. Взгляни на небосвод – Пока ещё видны огни Самайна Видны огни... [1]
Песня оборвалась на полуслове. Смолк цокот её каблучков. И в шелестящей дождём тишине Ева отчётливо услышала, как гулко забилось её собственное сердце.
Что-то там, впереди, напугало до мурашек. Она остановилась, пытаясь разглядеть и понять, что там шевелится впереди, скрытое тенью облетевших кустов.
Первая мысль – собака. Но нет, это был человек. Только на четвереньках.
Ева, наконец, позволила себе снова дышать. Должно быть, какой-то пьянчуга переусердствовал, отмечая «традиционный русский праздник» Хэллоуин. Передвигаться на своих двоих он оказался уже неспособен и теперь барахтался в луже, безрезультатно пытаясь встать.
Это даже издалека выглядело неприятно и отталкивающе, и Ева замерла на месте, обернулась с тоской. Но позади, как назло, не оказалось ни одного прохожего. Другой дороги нет, придётся пройти мимо этого неприятного субъекта, что корчится в грязи на асфальте. Не стоять же тут целый час в ожидании чуда.
Ева поправила сумочку на плече, стиснула тонкий ремешок, прикусила губу и решительно двинулась вперёд.
Она мысленно успокаивала себя тем, что человек, который даже не может самостоятельно подняться с земли, вряд ли способен причинить ей какой-то вред. Если вдруг сунется, достаточно будет его толкнуть, и он снова неуклюже развалится на дороге. Но страх и тревога уже настолько овладели ею, что она была готова броситься мимо пьяного со всех ног. Так ей казалось...
