Элифас и Авл внимательно осматривали его. Оба впервые видели столь высокопоставленного представителя марсианского жречества.
Краков стоял на платформе, которая будто в нетерпении перебирала стальными паучьими ногами, выбивая неровное стаккато по металлическому полу. Сам магос был высок и худощав, его тело скрывала традиционная красная мантия с просторным капюшоном, в глубине которого светились два ярких зеленых глаза. Из-под ворота точно змеи струились серебристые мехадендриды, несколько покрупнее маячили за спиной доминуса. А над его головой шуршал с пяток серво-черепов.
– Капитан Бранн! – рявкнул Балор Келл. – Доложи!
– «Ксифоны» Аскелада и Кайдена Кара уже вылетели, мой лорд, – капитан вытянулся в струнку возле командного трона. Трон, кстати, разработали под антропометрию человека, не космодесантника. Потому что Балор считал, что каждый должен делать то, что должен
Алан Бранн происходил из древнего рода Северной Альбии, его предки на протяжении двадцати поколений командовали боевыми кораблями Империума. Он знал своё дело и ни к чему было пытаться занять его место в командной структуре «Гнева Нуаду».
– Я не об этом спросил, – Балор прошел мимо капитана, лишь тогда тот позволил себе немного расслабиться. Вслед за ним офицеры снова потихоньку загомонили.
Келл махнул брату, остановившись у стального парапета перед командным троном. Вытянув руку, он не глядя пробежал пальцами по подлокотнику трона, меняя изображение на главном тактическом дисплее. Сначала экран показывал только пустоту космоса, усеянную далекими крапинками перемигивающихся звезд и разводами аляпистых туманностей – будто неуклюжий летописец случайно пролил на черный холст все свои краски разом.
Затем изображение сфокусировалось и увеличилось, показав сектор над плоскостью орбитального диска Дабога. В этом регионе дрейфовало несколько астероидов, непрочно связанных гравитационными узами друг друга. Они медленно вращались в молчаливом танце, производя впечатление абсолютной хаотичности.
Келл еще раз коснулся подлокотника и на экране возникло сразу три изображения. Одно по-прежнему показывало астероиды, два других взяли крупным планом хищные профили «Ксифонов», занимавших позиции по разные стороны центрального – самого крупного – каменного исполина.
– Пустотная дуэль? – изумился Элифас. Мастер Первого Аркана тут же смутился и уставился в пол. В Одиннадцатом легионе за добродетель признавали сдержанность. Даже если ты находишься на корабле Авангарда Терры, где такого понятия не существует в принципе.
– Именно, мой прозорливый племянник, – Балор широко улыбнулся.
– Старая фоморская традиция, – пояснил Солей Мерцающему. – Что интересно, в терранской части легиона она тоже имела место, не так ли, брат?
– Ага, – Келл жадно всматривался в главный тактический экран, по которому заструились столбики данных о состоянии и маневрах обоих «Ксифонов».
– Прошу прощения, лорд, – Кельс сощурился, вчитавшись в тактические данные. – Но это ведь… боевые корабли?
– Ага, – не оборачиваясь, подтвердил Балор.
– И на них боевое вооружение, – поддержал сына Враск. Он сделал два внушительных шага и оказался у парапета рядом с братом. – Как это понимать, Балор?
– Открыть канал связи с «Ксифонами»! – вместо ответа скомандовал Келл. Старший офицер связи – молодая женщина с длинными русыми волосами, заплетенными в традиционную фоморскую прическу, – коснулась нескольких кнопок на пульте перед собой и подтвердила, что канал открыт.
– Да, отец, – из динамиков громыхнул бас Аскелада.
– На связи, мой лорд, – через мгновение отозвался Кайден Кар.
– У нас сто двадцать тысяч легионеров во всем флоте, – Балор зашел издалека. – Несмотря на режим повышенной готовности, каждый день происходит не менее дюжины дуэлей. И слава моему отцу, что из них почти не случается пустотных! Иначе где бы мы набрали на вас, горячие головы, столько истребителей?!
Последние слова примарх прорычал. Неразборчивый бинарик донесся со стороны Кракова. Даже не зная языка Механикум, вряд ли у кого-то возникли сомнения в том, что магос-доминус выражает крайнюю степень… озабоченности относительно материальных последствий большого числа пустотных дуэлей, на которые намекал примарх. Тем не менее, Звёзднорождённые знали этот язык, поэтому отлично поняли, что сказал представитель Ордо Редуктор.
«Ксифоны» тем временем заняли позиции, предписанные Сводом. То есть зависли в пустоте, выключив основные двигатели, по сторонам от центрального астероида.
Балор Келл покосился на офицера связи. Девушка поняла своего повелителя без слов и перевела вокс на общую частоту флота.
– Чтобы впредь каждый осознавал ответственности, – начал Келл грозно, – внесу некоторые коррективы. Проигравший в этой дуэли не вернется на «Гнев Нуаду». Он отправиться вместе со своим истребителем на Ковчег, где проведет все время, пока мы будем в врапе. То есть, по расчетам навигаторов, не менее трех месяцев.
– Твою то… – процедил Аскелад. Кайден Кар выругался куда грязнее, но успел предварительно отключить исходящую связь.
– А теперь, сыны мои, – от былого гнева примарха не осталось и следа. Хотя даже магос понимал, что он напускной, – помогите мне кое-что прояснить. Рядом со мной прославленный Солей Враск и его доблестные воины. Им безумно интересно, неужели вы и правда будете биться в полную силу на боевых истребителях?
– Авангард не бьется тупыми клинками! – в унисон рявкнули Аскелад и Кар.
– А если кто-то погибнет? – вновь не выдержал Элифас. К его чести, в этот раз Звёзднорождённый сумел не отвести взор от Второго примарха. – При всем уважении к мастерству ваших воинов, но такая вероятность…
– Никто не погибнет, – Балор внимательно посмотрел на воина.
– А если и так, – неожиданно для себя вмешался Авл, – то сам виноват.
Келл перевел взгляд на Старшего библиария.
– Так вот, за что ты полюбился Аскеладу, – примарх хохотнул. – Отличные у тебя парни, брат! – он бросил быстрый взгляд на Солея и вновь воззрился на тактический экран. – А теперь, низвергнутые в мир пустотными ветрами, покажите, на что способны! И упаси вас родовые духи-хранители биться в полсилы, когда за вами наблюдает отец!
***
Аскелад рванул штурвал на себя и почувствовал, как стальной каркас «Ксифона» натужно гудит, сминаясь в попытке погасить собственную инерцию. Внутренности легионера едва не стали наружностями, хотя будь на его месте смертный пилот, перегрузка в 40g тут же убила бы человека.
– Варден меня порвёт, – процедил воин. Он взял «Ксифон» старого друга, командира авиакрыла «Уруз» с «Гнева Нуаду». Варден был ветераном, одним из лучших пилотов во всем флоте и он никому бы не доверил «Свою Милую Айрис». Но Аскелад стал экзактатором не только за доблесть и воинское мастерство. Еще он умел убеждать.
Спаренные лазпушки полыхнули огнем чистой
