форму
аватара. Например, он может стать Рамой или Кришной. И Рама, и Кришна переживают рождение и смерть, как и все люди, но, будучи осознанными душами, они не боятся Майи. Они знают, что они – Вишну; их идентичность не зависит ни от какой измерительной шкалы или субъективной реальности.
Таким образом, Вишну с Майей связывают тройственные отношения. Как Нараяна, он не ведает о Майе. Как Вишну, он знает о Майе, но предпочитает не поддаваться ее чарам; а как аватар Вишну (такой как Рама или Кришна), он добровольно подчиняется Майе, вступая в контакт с субъективными реальностями, но никогда не зависит от нее.
Взаимодействуя с Майей, Вишну становится доступным Брахме. Как Рама или Кришна, он приносит радость и разбивает сердца, он участвует в мирских делах, соблазняет, сражается, привлекает к себе джива-атмы. Осязаемый мир – это ранга-бхуми (игровая площадка), где происходит встреча с духовной реальностью. В осязаемом мире Вишну – одновременно Мохан, то есть «Чародей», и Мохини, «Чародейка».
Храмовое изображение Кришны как Ман-Мохана – «Очаровывающего ум»
Существует предание о Шуке, сыне Вьясы. Шука отказывался покидать материнскую утробу даже после установленных десяти лунных месяцев. Отец упрашивал его выйти, и после двенадцати лет уговаривания Шука наконец смилостивился, но не потому, что хотел испытать земную жизнь, а потому, что не хотел больше доставлять неудобств своей беременной матери.
После рождения, вместо того чтобы ступить на землю, он поднялся в небо. Он не видел смысла в контакте с Маха-Майей и субъективной реальностью, которую она поможет ему построить. Пребывая в материнской утробе, он слышал, как его отец пел гимны Вед. Он знал, в чем разница между Маха-Майей и Йога-Майей. Он не был заинтересован в создании своей Брахманды; он предпочитал истину Пракрити. Его не интересовали конечные истины; он желал постичь бесконечность. Это означало восхождение в обитель Вишну и воссоединение с ним.
Когда Шука поднимался, его отец кричал: «Вернись, вернись». Но Шука отказывался смотреть вниз. И тогда Вьяса стал описывать красоту Кришны. Вьяса говорил: «Его лотосные стопы, его вьющиеся волосы, его приятные глаза, его загадочная улыбка, павлинье перо на его короне, отметки из сандаловой пасты на его длинных темных руках, его широкая грудь с вихрем волосков в центре, его длинные ноги, облаченные в тонкий желтый шелк, гирлянда из лесных цветов на его шее, его сережки в форме дельфинов».
Описание было таким красивым, что Шука остановился на полпути между землей и небом, чтобы послушать отца. Описание продолжалось, и ему захотелось увидеть Кришну; неволя ему больше не казалась такой ужасной. Она была очаровательной. Он осознал, что единственный способ испытать то, о чем он услышал, – отдаться Маха-Майе. Только в ограниченном, конечном мире измерений можно по-настоящему получить удовольствие от красоты. У Брахманды есть своя ценность. Кришна проявляется только в субъективной реальности.
Храмовая настенная скульптура в Белуре (штат Карнатака), изображающая многоглавого Брахму
Брахма создал много сыновей, чтобы те взаимодействовали с Пракрити и могли осознать брахман. Он побуждал своих сыновей жениться.
Бракосочетание – это метафизическая метафора взаимодействия с материальной реальностью. Бракосочетание ведет к построению Брахманды. Только через бракосочетание Брахма и его сыновья могут встретиться с Рамой и Кришной и через них открыть Вишну и, наконец, Нараяну. Таким образом, бракосочетание необходимо для осознания духовной реальности.
Среди множества сыновей Брахмы был Нарада. Он отказывался жениться. Он не хотел иметь ничего общего с материальным миром. Как и Шука, он предпочитал мир Нараяны, где время и пространство не существуют, где нет чар Майи. Но Нарада пошел дальше; он подстрекал и других сыновей Брахмы к безбрачию. Он не видел смысла во взаимодействии с Пракрити. Он не понимал, зачем строить Брахманду.
Многие сыновья Брахмы пошли на поводу у Нарады. Они тоже отказались жениться. В конце концов разгневанный Брахма проклял Нараду: «Ты будешь оставаться в материальном мире, пока не оценишь значение Майи».
Популярные современные изображения Нарады с его лютней
Нарада пошел к Вишну и спросил его о смысле Майи. В ответ Вишну сказал: «Я объясню после того, как ты поможешь мне утолить жажду. Принеси мне воды».
Нарада пошел к реке, чтобы набрать воды. Но у реки он увидел красивую девушку. Он был так очарован ею, что пошел за ней в деревню и попросил у отца ее руки. Отец ответил согласием, и они поженились. Вскоре Нарада стал отцом, затем дедушкой и прадедушкой. Нарада чувствовал себя довольным. Но как-то раз пошел дождь и не переставал много дней подряд. Река вышла из берегов. Вода прорвалась в дом Нарады и, к его ужасу, смыла его жену, детей, внуков и правнуков. Вода и его увлекла за собой, он кричал и звал на помощь. Вдруг он стал подниматься вверх… и вскоре оказался в Вайкунтхе, рядом с Вишну.
«Нарада, – сказал Вишну, – где моя вода? Меня все еще мучает жажда». Нарада ничего не понимал. Где его семья, деревня его жены, река?
«Откуда эта боль и страдание, Нарада? – спросил Вишну, улыбаясь. – Я думал, что, когда ты отправлялся за водой, ты все знал о Майе».
Нарада поклонился, начиная понимать. Он знал о Майе, но никогда не встречался с ней. Брахма побуждал своих сыновей жениться, чтобы они смогли встретиться с Майей. Знание Майи и опыт Майи – это разные вещи. Без опыта Майи невозможно понять тех, кто пойман в ее ловушку.
Вишну сказал: «Ты знал все об измерительных шкалах и субъективных реальностях. Но ты все забыл, как только испытал материальное удовольствие – дом, семья, дети, деревня… Твое понимание Майи и Брахманды могло помочь тебе среди суматохи наслаждения и боли, но этого не случилось. Таковы чары Майи. Теперь, когда ты познал Майю, я хочу, чтобы ты пошел к людям, пошатнул их измерительные шкалы, бросил вызов их субъективным реальностям, чтобы они осознали, что уйти от Майи можно только благодаря поиску ответов за пределами материальной реальности. Я хочу, чтобы ты спровоцировал их на следование духовным путем».
Бенгальский лубок, изображающий взвешивание Кришны
Именно поэтому Нарада известен в индуистской мифологии как возмутитель спокойствия. Он нарушает равновесие счастливой материальной жизни, распространяет смятение посредством сравнения и сплетен. Однажды Нарада пришел в дом Кришны. Жены Кришны хотели сделать ему подарок. «Я хочу, чтобы вы отдали мне
