с собой Далласа, на случай если придётся вступить в битву, да и просто приятно иметь рядом компанию.
От этого места мне становилось не по себе, еще в ту секунду, как только пересекал грань вселенных. Одно дело находиться в непроглядной тьме, где единственными источниками освещения служили множество ламп и прожекторов, а другое попасть в мир, в котором с трудом находил слова для описания.
Постоянное алое зарево на мёртвом, рваном небе, не меняющееся в зависимости от времен суток. Сотни километров бордово-красной плоти, выстеленной ковром по холодной земле на которых то и дело блестели золотистые прожилки. Монструозные шпили, горы, возвышенности, некоторые даже похожие на здания. Мне до сих пор не было известно, являлись ли они живыми организмами или попросту были обтянуты и заражены, как и всё вокруг.
Конечно, главное, что крутилось в моей голове — это вопрос на который пытался найти ответ, а именно, что это за мир? Населяли ли раньше его такие же существа, выстроившие цивилизацию, а затем ставшие жертвой Великого Пожирателя, или наоборот этот уголок вселенной изначально был домом рождения чудовищных монстров⁈
Мне так и не удалось прийти к какому-то заключению, особенно учитывая, что ничего из увиденного не давало чёткого ответа. Порой казалось мы натыкались на нечто, что можно было охарактеризовать как останки и следы былой цивилизации, однако буквально через пару минут перед глазами вырастала гигантская пасть в земле, противно дёргая своими склизкими жвалами.
Всё что нам удалось найти, противоречило само себе на каждом ходу, поэтому всё что оставалось делать, это двигаться вперёд, постепенно составляя карту местности, в надежде рано или поздно наткнуться на что-нибудь стоящее.
— Я конечно знал, что их мир не выглядит как Дисней Лэнд, но признаюсь, Ярослав, на такое не было способно даже моё воображение. — Послышался голос Далласа по внутренней связи, летевшего рядом со мной.
— Да? Знаешь, может прозвучит забавно, но примерно таким я его себе и представлял. Мёртвый и одновременно живой. Очень красочно подходит к описанию их выводка. — Ответил, слегка корректируя угол полёта.
— Да ну? Всё что я вижу — это бесконечные барханы мяса, кожи и рванины. Всё в этом мире либо булькает, либо гниёт, либо выворачивается наизнанку. Иногда даже одновременно. — Даллас с отвращение сплюнул вниз, но на такой скорости, его проклятье вряд ли достигнет своей цели. — Может тогда расскажешь о своих умозаключениях, всё равно пока просто ведём запись увиденного.
Я задумался, как бы так преподнести ему мою теорию, чтобы не пришлось разводить диалог на пару часов. Нет, Даллас не был глуп и последнее время даже признался, что вкладывает очки характеристик в развитие интеллекта, так как по ему мнению постепенно приближается к потолку своего физического развития. В принципе, глядя на его тело, с этим можно согласиться, но разговор шел не об этом. Собрался с мыслями и принялся рассказывать.
— Сначала я воспринимал их как стандартных монстров из различных игровых вселенных, что вполне логично, учитывая новые реалии, но потом стал присматриваться поближе. Пускай они и различаются и на первый взгляд не имеют ничего общего, но на самом деле оно существует. Обычные монстры — это фактически звери, потеряв управление над которыми, они просто начинают убивать всех подряд, думаю ты и сам заметил. Они так же, как и мы получают опыт за убийство и становятся сильнее, но это тоже очевидно.
Однако мало кто замечает одно общее связывающее звено, а именно состав армии. Народ Лири называет их великим пожирателем и кажется догадываюсь почему. Когда вселенная теряет ядро и миры накладываются друг на друга, начинают открываться разломы и со временем происходит слияние. Так называемым эффект Парадокса в самом неприятном и извращенном его проявлении.
Возможно изначальный вид пожирателя вовсе не выглядел так, как сейчас, а перед нами лишь итог постоянной экспансии и бесконечного поглощения и трансформации плоти. Вспомни, как только волна обрушилась на нашу планету, стали появляться аберрации, монстры, сотканные из множества человеческих тел, первая попытка работы над нашим геномом.
— Хочешь сказать это только начало? — Задумчиво уточнил Даллас.
— Возможно, по крайней мере к этому всё и идёт. Контролеры и прочие полководцы с которыми нам уже приходилось столкнуться, видимо и есть результат конечной версии. Они пробуют, экспериментируют до тех пор, пока не выведут разумное существо, способное не только логически мыслить, но и контролировать целые армии.
Тогда в ход вступает так называемая эссенция, фактически являющаяся последним штрихом, награждая существ различными способностями. Единственный человек, которому удалось приблизиться к подобному был Шэн. Его бессмертные прекрасный пример того, что можно сделать с человеческим геномом и манипуляцией с эссенцией монстров.
— Мне кажется ты слишком преувеличиваешь его возможности. Если твоя теория верна, мы до сих пор не встретили идеальный результат таких экспериментов, и хочешь сказать, что Шэну удалось то, что не смогли сделать… кто бы этим не занимался у монстров. — Недоверчиво произнёс Даллас, наблюдая как за нами пытается поспеть очередная стая тварей.
— Сыровато, топорно, неумело, но в целом да, но был на правильном пути, да и к тому же, я в своё время недооценил Шэна и смотри во что это вылилось. В общем, я веду к тому, что бесконечный цикл рождения и смерти как никогда подходит этим существам. Они яростно бросаются в бой не только за опытом, но и с определённой целью. Рядовые, безмозглые солдаты — это брак, ошибка неудавшегося эксперимента, от которой нужно срочно избавиться и кажется в своё время они нашли оптимальный способ для достижения этой цели.
— Война. — Коротко заключил Даллас и недовольно цокнул. — Не думал, что когда-нибудь такое скажу, особенно в адрес тварей, но это до жути логично. Хорошо, допустим твоя теория верна, что ты можешь сказать насчёт Альфы? Он явно отличается от остальных и не выглядит как жертва экспериментов безумного мясника.
— А вот это, мой дорогой заокеанский друг. — С улыбкой ответил я. — Науке пока еще неизвестно. Как убью альфу, пускай набегут ученные со всего мира и препарирует сколько им влезет.
Время за разговором пролетело незаметно, однако на земле картина осталось неизменной. Всё та же плоть, гротескные формы то ли зданий, то ли живые существа и ничего, абсолютно ничего, что могло бы намекать на центральный разум, своего рода поселение, хоть что-нибудь. Вдруг в голове поселились невесть откуда взявшиеся сомнения.
Вдруг я ошибся и этот мир не являлся родным
