то ли Исламов… Меня попросту убивает моя беспомощность, когда я понимаю, что мы ничего не можем сделать для несчастной девочки!
– Так, в целом картина ясна, – сказал Артем. – Вы сказали, что с момента изнасилования прошла неделя?
– Чуть больше, девять дней.
– Вам не следовало тянуть время, Евгения. Сейчас все следы, которые оставили насильники, уже не найти… У Лены были какие-то побои?
– Я не видела, – покачала головой Евгения. – Я слышала, что если нет телесных повреждений, то шансы на возбуждение дела ничтожны?
– Вовсе нет, хотя синяки или ссадины были бы дополнительным подтверждением против насильников. Но Лену могли запугать, угрожать ей расправой.
– Вы правы. Она призналась, что, когда все происходило, один из них держал у ее шеи нож.
– Вот. А это уже угроза убийством, – заметил адвокат. Он молча смотрел в окно, по которому струились дорожки дождя, о чем-то напряженно думая.
– Я часто общаюсь на эту тему с другими людьми и с коллегами по работе: я работаю детским врачом, – медленно проговорила Евгения. – И вижу, что подобный вопиющий случай, увы, не исключение. То, что вытворяют дети мигрантов в наших школах, наводит на мысль, что кто-то сознательно ведет против нашего государства подрывную деятельность…
Она посмотрела на Артема:
– Так что вы мне посоветуете, Артемий Андреевич? Или наше дело швах?
– Ну почему «швах»? – спокойно отозвался Павлов. – Из любой ситуации есть выход, нужно только хорошо подумать и определить стратегию действий. Во-первых, Лене сейчас нужен профессиональный психолог. Вы сможете найти такого?
Евгения кивнула.
– И как это мне в голову не пришло?! – виновато сказала она.
– Второе: рядом с девочкой в настоящее время должен быть человек, который сможет ее поддержать. И отвлечь от тяжелых воспоминаний.
– Я буду навещать ее каждый день. Олег тоже часто заходит к ним, он очень переживает за Лену.
– И мне нужно будет поговорить с ней самой.
Их взгляды пересеклись.
– Означает ли… что вы поможете нам? – с надеждой спросила Евгения.
– Есть старая пословица: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят», – сказал Павлов. – И судя по всему, наши гости, которые обосновались в России, начали забывать о ней, решив жить по своим законам и понятиям. Значит, пришла пора им напомнить, что так дело не пойдет.
Братья
– Уже почти приехали, – со знающим видом заявил Сайдар, видя, что поезд замедлил ход, приближаясь к вокзалу.
Карим ничего не ответил, он с любопытством смотрел в окно, и его сердце учащенно колотилось от волнения. Неужели у него вскоре начнется совершенно другая жизнь? Появятся хорошая работа, новые знакомые (а возможно, и хорошие друзья!), и больше не придется носиться как очумелому в поисках мало-мальского приработка, чтобы хоть как-то обеспечить не только мать, но и двух братьев с маленькой сестрой! А ведь Карим еще собирается жениться, и у него на примете уже есть хорошая девушка… В его возрасте – двадцать один год – уже пора заводить свою собственную семью!
Все это требует больших затрат, и он возлагал большие надежды на Москву, тем более что знакомые Карима в один голос заявляли, что российская столица – самое прибыльное и удачное место из всех остальных. По словам одного его приятеля, Москва – пещера с золотыми жилами, вот только золото еще нужно постараться добыть. Немного терпения и удачи, и золото будет твоим. Карим верил в удачу и свои силы.
Он оторвался от окна, взглянув на Сайдара, своего двоюродного брата. Он был старше Карима на четыре года, но выглядел на все тридцать. Лоб прорезали ранние морщины, а уголки рта были постоянно опущены вниз, будто Сайдар вечно чем-то недоволен.
– Ты говорил, что уже был в Москве, – сказал Карим, и тот кивнул:
– Два года назад.
– А почему не остался?
Сайдар сделал в воздухе нетерпеливый жест рукой.
– Мы у одного бизнесмена дом строили. А он жадный оказался, даже половины не заплатил.
– И что было дальше? – с интересом спросил Карим.
Глаза Сайдара недобро сощурились, и он ответил вполголоса:
– А ничего. Мы ему машину разбили арматурой, пусть знает! Но уехать все-таки пришлось, потому что он пообещал нас найти и сдать ментам.
Между тем поезд остановился, и пассажиры заторопились к выходу.
– Зачем было машину ломать? – удивился Карим. – Все равно деньги вам не вернули?
– Не вернули, – согласился Сайдар. – Мы же не по документам работали, нам обещали, что этот человек нас не кинет, мы ему поверили. А этот бизнесмен шакалом оказался, обманщиком.
Мимо молодых людей неторопливо прошествовали двое смуглых мужчин. Карим невольно задержал взгляд на бородатых незнакомцах.
– Послушай, эти двое… Видишь, пошли? Они ведь с нами в поезд садились, – тихо сказал Сайдару.
– Не помню, – равнодушно отозвался тот, что-то выискивая в телефоне.
Но Карим помнил. И хотя из вагонов на перрон высыпало немало их соотечественников, которые, как и Карим с Сайдаром, прибыли покорять столицу, эти двое явно выделялись на общем фоне. Хотя одеты были неброско, как и большинство гастарбайтеров, даже скромно. И дело даже не в том, что лишь у одного из них в руках был кожаный дипломат (в отличие от всех остальных, нагруженных сумками с вещами). Карим подумал, что все дело в их невозмутимо-холодных лицах – эта пара вела себя так, словно они являлись хозяевами города и все остальные должны были им беспрекословно подчиняться.
– Кому ты собираешься звонить? – спросил он, видя, что Сайдар ищет чей-то контакт в телефоне. Он предупредительно поднес к губам указательный палец, показывая, чтобы Карим молчал, и отошел в сторону.
Пока он с кем-то разговаривал, Карим достал сложенный вчетверо листок. Там был адрес и контактные телефоны приятелей Сайдара, которые уже давно обосновались в Москве и обещали оказать им с братом всяческую помощь после приезда. А потом Кариму нужно будет съездить в миграционный центр… В общем, дел невпроворот.
Наконец разговор был закончен, и Сайдар вернулся к брату.
– Идем к выходу в город, – сказал он, поднимая сумку. – Мне сейчас нужно одну вещь передать…
Недоумевая, Карим поспешил за ним. Какая еще вещь, кому передать?!
Они быстро слились с пестрым людским потоком, который, словно бурлящее течение, подхватил двух молодых гостей столицы и вынес их за пределы Казанского вокзала.
– А вон и эти двое, – пробормотал Сайдар, кивнув в сторону странной парочки. Карим повернул голову, но успел лишь заметить, как бородатые мужчины с дипломатом проворно сели в темно-серую «Ауди А6», которая, сверкнув глянцем, мгновенно умчалась прочь.
– Ничего себе тачка! – восхищенно присвистнул Карим. – Такая, наверное, огромные деньжищи стоит!
– Десять миллионов, – авторитетно заявил Сайдар.
– Правда?!
– Если новая, – уточнил он и встрепенулся, увидев, как затрезвонил телефон. Коротко бросив «Уже иду», он велел Кариму не сходить с места, а сам направился в сторону метро. Там его ждал невысокий парень лет двадцати пяти с громадной сумкой-рюкзаком на спине. Приглядевшись, Карим прочитал на ней надпись: «НАКОРМИМ ВСЕХ!»
«Курьер», – догадался он.
Интересно, Сайдар с ним хочет насчет работы договориться?! Тогда и Карим не против. Ведь все уже знают, что в последнее время работа доставщика в столице России пользуется сумасшедшим спросом! И при желании можно спокойно зарабатывать и сто тысяч, и даже сто пятьдесят в месяц! Для крошечного городка, в котором родился и воспитывался Карим, это огромные деньги! Даже на половину из них его мать и братья с сестрой могли бы нормально жить…
Наблюдая за Сайдаром, Карим внезапно увидел, как двоюродный брат полез в сумку и, достав оттуда продолговатый пакет, перетянутый коричневым скотчем, передал его курьеру. Парень быстро убрал сверток в свой синий рюкзак. Затем что-то сунул в руки Сайдару, похлопал его по плечу и, вскочив на электросамокат, быстро растворился среди толпы.
С нетерпением дождавшись, когда Сайдар вернулся назад, Карим спросил:
– Кто это был?
– О, брат, это очень хороший человек, – с самодовольной улыбкой ответил он. Разжав пальцы, он продемонстрировал Кариму смятую пятитысячную купюру. – Видишь, как надо? Не успел приехать, а уже успел заработать!
Карим сглотнул подступившую слюну.
– А что ты сделал? – робко спросил он.
– Да легче простого, – усмехнулся Сайдар, убирая деньги
