Читаем без скачивания Театр мертвецов - Михаил Март

И все же одна версия у нас есть. Артисты – люди импульсивные, обожают интриги. В театре секретов не бывает. Как сказал Грановский, стоит одному человеку поведать о чем-то другому, как тут же об этом знает вся труппа. Вероятно, по этой причине от нас не стали скрывать известные всем вещи. По спектаклю покойная Светлана Фартышева была женой Ивана Драгилева, который ее убивает. Адвоката-любовника играл Федор Горобец. По жизни все наоборот. Актриса Фартышева – жена Федора Горобца, а Иван Драгилев, играющий ее мужа, по жизни – любовник актрисы Фартышевой. Извечный любовный треугольник. Отношения выясняли во время спектакля у зрителей на глазах. Очень смахивает на актерские выходки.

– Не очень. Идея эффектная, но не состоятельная, Борис. Любовник убивает любовницу на глазах мужа. Формула любовного треугольника решается по-другому. Муж должен убить неверную жену.

– А если мы имеем дело с заговором? Муж и любовник решили избавиться от надоевшей обоим бабы. Или она нашла себе третьего и послала к черту обоих.

– Тебе самому пора писать пьесы. Ты фантазируешь, не придерживаясь логики. С тобой можно согласиться, если бы муж Фартышевой, игравший адвоката, стоял на противоположной стороне сцены. Но он стоял рядом е жертвой и рисковал получить пулю в лоб. Горобец прекрасно знает, что Драгилев не снайпер, а тихий алкоголик. Продолжаю настаивать на невиновности Драгилева. Случайное убийство. С хорошим адвокатом его за решетку не упрячешь. И я не вижу в этом смысла. Искать надо настоящего убийцу. Нам повезло, в спектакле занято только шесть актеров. Он один из самых малочисленных в репертуаре, с легкой декорацией, стационарным светом и минимальным реквизитом.

Во время спектакля работали трое рабочих сцены, двое осветителей, одна реквизиторша, помощник режиссера, дежурный пожарник и гример. Это те, кто мог появиться на сцене за кулисами. Главного режиссера я не считаю, он не выходил из своего кабинета в ожидании междугороднего звонка, и это подтвердилось. На служебном входе нам подтвердили, что посторонние в театр не проходили. Вот круг лиц, требующий внимания. Но если убийца заменил патрон заранее, то ему вовсе не обязательно присутствовать в театре. Я говорю о служебной его части. Он мог сидеть в зрительном зале и наблюдать за действием ео стороны, гадая на ромашке: попадет – не попадет. Машина свернула в Большой Харитоньевский переулок.

– Останови, Боря, у серого дома справа.

– У двенадцатого дома?

– А, что тебя так удивило?

– Ничего, любопытное совпадение. В нем живет начальник нашего управления генерал Колычев.

– Совершенно верно. Тебе покажется еще большим совпадением то, что я живу в его квартире. Мы с ним старые друзья, Борис.

Дочка генерала Колычева Наташа этой ночью не спала. Она сидела на кухне и ждала Трифонова. Колычев занимал трехкомнатную квартиру в центре Москвы и жил вдвоем с дочерью. Жена удрала от него с бельгийцем пятнадцать лет назад, когда девочке исполнилось девять лет. Второй раз Колычев жениться не стал. Все женщины для него превратились в исчадие ада. У него выработались определенные комплексы по отношению к противоположному полу. Правда, они не касались дочери.

Однако в некотором смысле он оправдывал свою бывшую супругу. Колычев всегда считал себя замкнутым, малообщительным человеком и большую часть времени проводил на работе. Жена жила своей жизнью. Веселая, общительная, моложе мужа на двенадцать лет, работала переводчицей в «Интуристе», ездила за границу и в конце концов уехала навсегда. Дочку воспитывала бабушка, пока хватало сил, и отец, когда позволяло время. В общем-то, им неплохо жилось и вдвоем. Наташа выросла самостоятельной девушкой, разбиралась в людях и трезво оценивала жизнь в целом. Отец ее боготворил и доверял ей во всем.

С Трифоновым Колычев подружился во времена знаменитого хлопкового дела, и они оба входили в известную следственную бригаду Гдляна – Иванова. Потом жизнь их развела, но они друг друга не забывали. В Москву Трифонов приехал на шестидесятилетие старого приятеля и задержался. Третий их друг – Сычев – приехать не смог. Заболел.

Наташа всячески старалась развлекать гостя, пока отец целыми днями просиживал в прокуратуре. Это она вытащила Трифонова в театр на новую постановку «Тройной капкан». Чем кончилась вылазка в свет, мы уже знаем.

Услышав открывавшуюся дверь, девушка выбежала в переднюю. Она помогла Трифонову снять плащ и увлекла на кухню.

– Вы же голодный, дядя Саша. Я вам блинчиков с мясом приготовила. Чайник три раза ставила.

– Чай – это хорошо. Отвратная погода стоит на дворе. Не люблю осень. От блинчиков не откажусь.

– Ну что там в театре? Фартышева жива?

– Нет, к сожалению. Пуля перебила ей сонную артерию.

Наташа усадила гостя за стол и начала суетиться у плиты.

– Гена спит?

– Пришел в первом часу, даже есть не стал и завалился в постель. Ему завтра рано вставать. Какой-то тип приезжает из Дании. Все копошатся с кремлевскими делами.

– Неблагодарная работенка. Сегодня генерал, а завтра на улице. По льду ходят. Нам в Питере проще. Политика нас не доставала.

– Что вы думаете об убийстве, дядя Саша?

– Ничего не думаю. Есть пистолет, из которого произведен выстрел. Кто, зачем, почему стрелял, совсем не понятно.

– Как кто? Иван Драгилев. Он же любовник Фартышевой.

– Но разве все любовники должны убивать своих женщин?

– Вообще-то, Фартышева была кошмарной стервой, хотя и талантливой актрисой.

Девушка подала на стол чай и блинчики.

– У меня складывается впечатление, что ты о театре знаешь не меньше, чем сами артисты.

– Конечно, я встречаюсь с Димой Кутеповым. Он артист этого театра, и билеты он нам доставал. Пятый ряд партера считается служебным, билеты в кассах на эти места не продаются. Да и вообще, театр «Триумф» один из самых модных в Москве. На «Тройной капкан» уже все билеты проданы на месяц вперед.

– Как же они его играть будут?

– Вместо Фартышевой на роль возьмут Галину Леско. Вы понимаете, у режиссера Грановского играет во всех спектаклях только дюжина актеров. Свои примадонны. Зритель их знает и привык к ним. В труппе двадцать шесть человек. Половина молодежь, но они ничего не делают. Им хороших ролей не видать еще очень много лет. Они ублажают детей на утренниках в школьные каникулы и на елках. А на сцене изображают живую декорацию. Массовка, одним словом.

– Понятно. В этом спектакле занято шесть человек и еще шесть есть на замену. Ну а твой кавалер к какой категории относится?

– Массовочный вариант. Ему двадцать семь лет, и он в театре четыре года. Занят во всех утренниках, по три-четыре роли в каждом. Он тебе и зайчик, и лис, и пенек, и живой дремучий лес. В «Клеопатре». У него есть пять слов. Он играет посыльного Цезаря и семь раз выходит в толпе. Талант засыхает на корню. Ничего с этим не поделаешь, такая обстановка во всех театрах. Но здесь хоть платят прилично. Вот ребята и держатся за свои места двумя руками. А ведущие актеры и вовсе деньги лопатой гребут.

– А я постоянно слышу о том, что артисты бедствуют, едва концы с концами сводят.

– В государственных театрах так и происходит, но «Триумф» – совсем другое дело. Разумеется, на билетах много не заработаешь, несмотря на дикие для нас, обывателей, цены. Тут главную роль играют спонсоры. А главным меценатом театра является один из крупнейших олигархов Григорий Грановский. О нем все все знают. Уникальный аферист нашего времени, современный Остап Бендер. Боюсь, нет человека, который способен сосчитать его деньги. Так вот, Григорий Грановский является родным братом главного режиссера и владельца театра Антона Грановского. Антон, конечно, талантливый режиссер, но не настолько, чтобы руководить одним из лучших театров столицы. Григорий вызволил его с дальней периферии, кажется из Арзамаса. Купил ему здание в Старосадском переулке и провел в нем полную реконструкцию. Так появился театр «Триумф».

Туда для постановок приглашались лучшие режиссеры, переманивались хорошие артисты, проводилась шумная рекламная кампания. Туда собирается весь столичный бомонд на бесконечные вечеринки и презентации. Пять дней в неделю идут спектакли, два раза в неделю там проводятся всякие мероприятия и даже приглашаются парижские кутерье со своими последними коллекциями мод. Театр превратился в центр развлечения высшего света. Однако и о простых смертных не забывают. Жаль, мы не досидели до антракта. Вы бы посмотрели на буфет! Полное изобилие по смешным ценам, а все напитки бесплатные. Также устраиваются бесплатные спектакли для пенсионеров и инвалидов, которые, как и детишки, уносят подарки с елки. Им выдается сухой паек, но лишь раз в месяц. Это ли не реклама? Какой театр может себе позволить такое? Вот одна из причин громкой популярности «Триумфа». И ни для кого не секрет, кто стоит за всем этим. Меценат Грановский прославляет себя и своего брата.