ведь я не её сын. Я только им притворяюсь. Так, стоп. Если мать Громова Александра сбежала и была беременна. Может ли это значить, что в скором времени кто-то из них может объявиться? Если так, то у меня могут быть большие проблемы. Самозванцев никто не любит… — Я с детства один.
— Это хорошо.
— Разве?
— Пойми, я не знаю всей сути, но те, кому мешали Громовы, не самые простые люди. Многие из них до сих пор живы. Они убили всех, кроме твоей матери. И до твоего появления эта история не всплывала. Пару раз я пытался найти информацию об этом деле, так как оно было моим первым, но мне быстро дали понять, что лезть туда не стоит. Теперь появляешься ты. Даже общение с тобой может сулить для моей семьи большие проблемы. Не уверен, знают ли ОНИ о тебе, но будь уверен, скоро узнают. Ты наделал слишком много шума. Фамилия Громовых скоро вновь зазвучит громом по всей стране, если ты продолжишь в том же духе.
— Вы навели на меня справки?
— А как иначе? — он вздохнул. — Много ты дел натворил за прошедший месяц. Не боишься, что за тобой придут?
— Я догадывался о чём-то подобном, но живу я так, как живу. Не собираюсь ничего менять.
— Даже ради Кати? — Соколов прищурился.
— Кто к нам с мечом придёт, тот с ним в жопе и уйдёт!
— Не думаю, что у тебя получится сдержать тот натиск, который могут на тебя наслать. Ты всерьёз считаешь, что стоишь целого Рода?
— В этом сомневаюсь, но слабее становиться не собираюсь. Если будет необходимо, я покрошу всех на маленькие кусочки, но моих близких никто не смеет тронуть, — я встал из-за стола. Кажется, разговор пора заканчивать. — Могу Вас уверить, граф Соколов, Ваша дочь за мной в большей безопасности, чем где-либо. Так или иначе, она уже связалась со мной, и что-то подсказывает, что она не отступит. Независимо от моих желаний. И если я просто её отпущу, а кто-то захочет меня устранить… В первую очередь они придут за ней. Вы ведь это понимаете?
— Да… — Олег вздохнул и поднялся следом, решив проводить меня до двери. — Я это прекрасно понимаю. И теперь, увидев, какой ты на самом деле человек, не могу противиться вашему союзу.
— Пока что это не союз. Нам просто нравится проводить время вместе.
— Но ведь ей ты так не скажешь, правда? — Соколов вздёрнул уголками губ. — Она о тебе иного мнения.
— Как я уже говорил, торопить события я не люблю.
— Хорошо, — мы встали рядом с дверью, которая начала медленно открываться. Соколов протянул мне руку и уставился в глаза. — Ты ведь меня не подведёшь? Моя дочь — для меня святое.
— Не подведу, но и Вы должны мне кое-что пообещать.
— Даже так? — Олег удивился. — Что?
— Мне нужно, чтобы Вы навели кое-какие справки.
— Громовы?
— Именно. Хочу узнать, как возродить свой Род. У моей семьи ведь были земли?
— Были, но давно распроданы. От Родового поместья не оставили и камня на камне. Те, кто планировал стереть Род с лица земли, сделали это в буквальном смысле.
— Понятно… — я расстроился, ведь не планировал строить новое. Надеялся, что смогу выкупить старое. Видимо, не судьба. Ну и ладно! Построю и оборудую всё под себя. — Так Вы поможете?
— Сделаю всё, что в моих силах. Ты должен понимать, что дело это окаменевшее. Копаться в нём будет трудно.
— Но вы справитесь?
— Постараюсь, — рукопожатие у него оказалось крепкое. — До скорого, Саша. Надеюсь, мы ещё увидимся.
— До встречи, — я махнул рукой и направился к лифту. Секретарша Соколова бросила на меня странный взгляд. Удивлена, что я вышел отсюда целёхоньким? Наивная… О, а эти явно команды ждут, чтобы оружие забрать. — Эй, бедолаги! Стволы свои можете забрать. Вольно!
— Слышь! — один из бойцов рыпнулся, но его остановил командир. — Чего⁈
— Да не трогай ты его, Андрюха. Пускай идёт.
Я улыбнулся, заходя в лифт, который должен был довести меня до нижнего этажа, прямиком к Кате. Всё-таки не люблю я с военными ссориться. Здоровые, крепкие и очень сильные ребята. Хорошо, что Соколов оказался мудрым мужиком и быстро сообразил, что лучше не вступать в бессмысленную перепалку. Пришлось бы тут многих покрошить… И не люблю я такое. Эти люди мне не враги.
— Все беды из-за женщин… — промычал Первый, которому, кажется, было плевать на происходящее. Верит в меня, или ему просто пофиг? Отвечать на мои мысли он не стал.
Лифт домчал меня до первого этажа за секунд двадцать. Уши немного заложило, но это было не так критично, как крик Кати, разносящийся по холлу первого этажа. Кажется, она кричала на охранника. И он, к своему глубочайшему сожалению, не мог её ни впустить, ни выгнать. Дочка начальника, как-никак.
— Эй, ты чего бушуешь? — я улыбнулся, махнув девушке рукой.
— Завали хлебало! — вот такой я Катю видел впервые. Секундный ступор. Это она мне сказала? Кажется, Катя сама не поняла, к кому обратилась. Когда до неё дошло, кому она только что рот закрыла, то замерла и, кажется, побледнела. — Ой… Саша?
— Вот это ты тут устроила! — я подошёл к стойке и посмотрел на охранника, чтобы он меня выпустил через турникет. Старенький мужчина в форме облегчённо выдохнул и нажал на кнопку. — Спасибо, дружище. Извини, что вечер испортили. Буду здесь в следующий раз, принесу тебе чего покрепче. Договорились?
Охранника будто подменили. Он подскочил, начал кланяться, руку мне протягивать. Хотел даже через ограждение перепрыгнуть, чтобы лично нас сопроводить и дверь придержать. Вот это я и называю хорошее отношение к людям. Незачем кричать и злиться. Всегда можно найти другой подход. Ничего, когда-нибудь я научу Катю этому приёму. С Первым будет сложнее, но и его приучим. Он — тот ещё крендель, придётся постараться.
— Саша, что там было? — стоило нам выйти из здания и сесть в первое попавшееся такси, как Катя начала засыпать меня вопросами. Мне не хотелось сейчас говорить. Мозгу требовалась разгрузка. Энергии в кабинете Соколова я потратил уйму. Настолько много её ушло, что пришлось пополнять запасы частицей хаоса. Серой, но всё же! На что я тратил энергию? На поддержание тела, чтобы не отключиться. Какая-то странная у Соколова аура. Слишком давит на тело и разум. Будто он пытается внедриться прямо в душу. Может, из-за этого Первый такой вялый? Пока я сидел и общался, его там какие-нибудь теневые духи мутузили?
И снова тишина. Зато хоть Катя успокоилась и после пары моих односложных ответов замолчала. Умница, понимает, что трогать меня сейчас нельзя. Я обязательно ей всё расскажу, но завтра. Сначала мне нужно отоспаться. И крепко, чтобы никто не мешал. Хотелось бы Катю домой отправить, да чувствую, что не выйдет. После разговора с Соколовым оставлять её одну не хочу. Если всё и в самом деле так страшно, как он говорит, скоро на неё могут положить глаз как на моё слабое место. Конечно, надеюсь этого избежать, но лучше перестраховаться.
— Саша, мы к тебе?
— Да, завтра всё расскажу, но тебе нельзя сейчас быть одной.
Катя улыбнулась и кивнула. Спустя мгновение она опустила свою голову на моё плечо, и так мы и доехали до квартиры. Она чуть не уснула, но выстояла. Представляю, сколько она натерпелась. Даже протрезветь успела, а выпила она не мало. Только храбрость в ней от алкоголя и осталась.
Когда заходили в подъезд, консьержка уже спала, хоть формально и находилась на своём «посту». Вот только совсем она не бдела. Ей бы поучится у Сатоши. Уверен, он и во сне за всем следит. Слишком у него чутьё острое на опасность.
Когда зашли в квартиру, Катя без раздумий пошла в спальню, потащив меня за собой. Вела себя так, будто она у себя дома. Я сопротивляться не стал. И тут Катя меня удивила. Разделась и легла в кровать сбоку, оставив мне достаточно места. И сразу засопела, целиком отдавшись в лапы Морфею. Какая же она — молодец. Вот, вроде лежит у меня в кровати почти голая, а даже не думает о том, чтобы заняться чем-нибудь неприличным. И не думает, что я стану к ней приставать. Похоже, доверяет.
Решил тоже ей довериться и разделся до трусов. Тело у меня подкачанное, стесняться нечего. Лёг рядом, не раздумывая. И тут она снова меня удивила. Стоило мне оказаться под одеялом, она резко кувырнулась и обняла меня сзади, своими тонкими ручонками. Ох, какая же она тёплая и мягкая! Мне в спину упёрлись
