У меня в голове были крохи какой-то информации, обрывочной, которая всё ещё восстанавливалась, вспышками, отдавала невероятной болью в голову, пульсацией в висках, на шее, груди, руках. Мне было ФИЗИЧЕСКИ больно вспоминать. Но я должен был. Я был обязан. Ответы на вопросы будущего всегда можно постараться найти в прошлом. Не зря говорят, что нужно сделать шаг назад, если прямой дороги сейчас не видно.
Дальше начали появляться танки. Военные что-то кричали, те, что были в лёгкой экипировке ещё и активно жестикулировали, указывали направление. Но тут сработала какая-то реактивная система. Противовоздушная. Названия не знал, но точно знал, что если эти ракеты полетели, то всё очень плохо. Цель не сбить. Но можно раздробить. Разделить на части. Это был метеорит. Даже астероид. Огромный. Мог стереть город с лица нашей планеты.
Небо окрасилось вспышками. Секунда. Две. Три. Пять. Десять. Двадцать… удар! Взрывная волна дошла через двадцать секунд. Расстояние не менее шести километров до сбитой цели. Много. Есть шанс, что осколки разлетятся на части. Обернулся, не сбавляя хода. Чертыхнулся. Вместо одного огромного куска камня на нас падало два поменьше. Один точно в воду, второй… второй падал точно на город. Практически на нас.
— Бего-о-о-ом! — первая отчётливая фраза, которая всплыла из памяти.
Её кричал какой-то офицер, на его лице был страх, но и уверенность тоже. Он дорожил своей жизнью, но был готов умереть, чтобы защитить то, что любит больше всего. Планету. Континент. Город. Улицу. Дом. Семью. Ради этого он был готов на всё. Это читалось у него на лице. Это отражали его глаза.
А дальше… дальше была пустота. Сколько бы я не пытался восполнить промежуток между моим появлением в доме, где на меня набросилась та тварь и между текущими событиями, столько у меня не получалось ничего сделать. Эти воспоминания были словно… дефрагментированы. Словно моему мозгу требовалось ещё немного времени, чтобы всё привести в порядок. Но времени у меня пока предостаточно… дадим… восстановим… поймём…
В один момент, я даже не понял какой, в этой камере, в этом бункере, в это клетке без прутьев, где было не понятно, сейчас день или ночь, ко мне вошли двое. Один был учёным, в его руках был какой-то чемоданчик, а рядом с ним был стрелок, но не один из тех, кто притащил меня сюда. Этот был совсем зелёным, я это видел. Но как я это понимал? Почему я мог так легко определять опытных бойцов, как в воспоминании, от таких вот зелёных новобранцев, которые ничего не смыслили в происходящем?
— Объект… — начал роботизированным голосом говорить учёный, а после чертыхнулся и более очеловечено произнёс, но всё равно в его голосе слышались нотки металла, в шее что-то было установлено, это было видно. — Нулевой. Сегодня у вас предварительный осмотр. Проверка уровня ксеноцита в вашем организме… ну и ещё пара доработок. Необходимо установить ещё один чип, который поможет согласовать ксеноцит с вашим мозгом. Рядовой, покиньте помещение, пожалуйста.
— Но, сэр! — тут же вытянулся солдатик. — Мне чётко приказано охранять вас, а это, — наставил он на короткое мгновение на меня дуло своего автомата, который стоял на предохранителе, какая никчёмная глупость, — объект повышенной опасности, причём с неизведанными силами, которые вам, нам, всем тут присутствующим предстоит ещё понять!
— Смотрю, текстовку ты хорошо выучил, — устало проговорил учёный. — Если бы этот объект, как ты сказал, представлял опасность, он бы на нас накинулся и уже терзал бы нашу плоть. Но при одном только взгляде на его глаза я понял, что он… выжидает, но не собирается нападать. Ему в какой-то степени интересно, что тут происходит. Он ведёт сбор информации. И пока у него этой информации недостаточно, он ни на кого тут не нападет. Всё ясно вам?
— Так точно, сэр! — ещё сильнее вытянулся солдатик. — Разрешите идти, сэр⁈
— Идите, молодой человек, — кивнул учёный. — И прикройте за собой дверь. Никого сюда не впускать. Если уж помирать, то только мне одному, если вдруг что-то пойдёт не так. Вам же, рядовой, в случае ЧП, нужно будет вызвать подмогу и ни в коем случае не принимать самостоятельных решений.
— И так молодой… хм-м-м… человек? — склонил голову на бок учёный. — Стоит подумать, можно ли вас в текущем состоянии называть человеком.
— А вас можно? — странным, словно каким-то утробным голосом спросил я, из-за чего удивился и на пару мгновений осёкся, но тут же продолжил говорить. — В вас механизмов больше, чем во всей этой… комнате вместе взятой. Вас можно называть человеком? Или вы уже машина, подчиняющаяся чужой воле?
— Резонный вопрос, — пару раз поводил вверх-вниз указательным пальцем учёный. — Но отвечу на него сразу, я — человек. Да, во мне много металла, так как некоторые… умы пытаются продлить мне жизнь неестественным образом. Пока получается. Если брать среднестатистический возраст на нашей планете, то я пережил уже его на полвека. Но не суть. Будьте добры, встаньте на ноги, руки в стороны, широко… и приготовьтесь. Сразу говорю, убивать я вас не собираюсь! Но только таким образом можно поставить этот чип.
— Прежде чем начнёте… — посмотрел я на свои руки, под которыми иногда я замечал какое-то странное движение. — Что я такое?
— Вы… хм-м-м… — задумался учёный. — Так просто и не ответить с первого раза. Ну, во-первых, вы — продукт совмещения человеческого организма, реанимированного с помощью современных технологий, с последующим внедрением в организм ксеноцита, субстанции полученной из непостоянных тел ксеносов, инопланетян, которые вторглись на нашу планету и всё ещё дремлют где-то в глубинах океана. А вообще, есть один очень интересный момент. Ваше производство планировалось проводить в три этапа, — усмехнулся учёный, вот только я не понял, чему. — И не переживайте, то, что вы сейчас узнаете, не повлечёт ничего страшного. Эта информация вам ничего всё равно не даст. А я… я имею право общаться на эту тему.
Первый — привитие живому организму модифицированного «ксеноцита». Любой исход при привитии живому человеку вызывал почти мгновенную смерть и, что самое интересное, жуткие мутации уже после смерти. Затем мы изменили структуру работы чипа некоторых подопытных, но итог остался тот же — смерть. После чего мы решили попробовать заранее умерщвлять людей, в вашем случае, использовать заведомо мёртвые тела, пострадавшие при том… инциденте, только заранее их частично восстанавливали, как вас. Первые экземпляры
