сказала я Оскару, пока мы шли по коридору до его спальни. Он держал меня за руку – буквально вцепившись в нее. – Дома у тебя есть своя комната? – спросила я, пока его настороженный взгляд блуждал по спальне. Оскар растерянно посмотрел на меня.
– Может, ты делишь спальню с кем-то еще? – обычно подобная информация есть в документах на перемещение, когда изъятие ребенка из родной семьи планируется заранее. Будь они у меня, я могла бы узнать, как Оскар жил у себя дома, и, следовательно, лучше понимать его потребности и подготовиться к его приезду. Например, если ребенок прежде делил комнату с братьями и сестрами, в первые несколько ночей на новом месте, когда ему придется спать одному, ему может понадобиться большая поддержка.
– Я сплю с мамочкой, – сказал Оскар.
– Хорошо, – ответила я, хотя не ожидала от ребенка его возраста, что он будет спать с родителями.
– А еще с Марией, Эланой и Алиной, – добавил Оскар.
– Кто это? – озадаченно спросила я.
Оскар пожал плечами.
– Они твои сестры?
Оскар покачал головой.
– Двоюродные сестры? Подруги?
Он снова пожал плечами, при этом вид у него был такой обеспокоенный, что я предпочла не продолжать эту тему. Возможно, Оскар просто сбит с толку всеми происшедшими в его жизни переменами. И все же мне нужно сказать о том, что я услышала, его социальному работнику. Эндрю проверит дом Оскара и увидит, в каких условиях спал мальчик, прежде чем Оскар вернется на попечение матери.
– У нас прекрасный большой сад, – сказала я, подводя Оскара к окну. Его спальня была расположена в задней части дома и окнами выходила в сад. Роста Оскара хватало как раз на то, чтобы заглянуть за подоконник. – Ты можешь играть там в хорошую погоду. А еще рядом с нашим домом есть парк.
Оскар отвернулся от окна, чтобы осмотреть комнату.
– Тебе нравится? – спросила я. Он не ответил. – Когда мы принесем сюда твои вещи из дома, тебе здесь будет удобнее. – Снова никакого ответа. – Хочешь посмотреть весь второй этаж?
Оскар чуть заметно кивнул.
Его ладонь опять скользнула в мою, и я показала ему сначала туалет, спросив, не нужно ли Оскару им воспользоваться, но он ответил, что нет.
– Это комната Адриана, – сказала я, подходя к следующей за спальней Оскара двери. – Он уже взрослый, и ты сможешь познакомиться с ним позже, когда он придет с работы. – Я открыла комнату Адриана, позволив Оскару заглянуть внутрь. – Это наши собственные комнаты, личные, – добавила я. – Они только для нас. – Закрыв дверь Адриана, я двинулась дальше по коридору, открывая и закрывая двери спален девочек, дверь ванной и наконец своей спальни.
– Эта моя, – сказала я.
Оскар заглянул в комнату.
– Я буду спать здесь?
– Нет, милый, ты будешь спать в собственной комнате, той, куда мы зашли с самого начала. Если ночью я тебе понадоблюсь, просто позови, и я приду.
Оскар выглядел озадаченным. Он спросил:
– Вы спите одна?
– Да, я разведена. Ты знаешь, что это значит?
Он кивнул.
– Мамочка тоже разведена.
– Хорошо. Давай пойдем посмотрим, чем мы можем заняться, – закрывая дверь своей комнаты, проговорила я.
– Мне идти спать? – спросил Оскар.
– Сейчас для этого немного рано. Пойдем со мной вниз – мы можем поиграть, потом поужинаем, а после ты можешь пойти в кровать.
Оскар согласился с моим предложением, и, спустившись на первый этаж, мы пошли в гостиную, где Паула накрывала к ужину.
– Спасибо, милая, – сказала я ей.
– Мне нужно закончить кое-какую работу для колледжа, – проговорила она.
– Да, иди. Спасибо за помощь.
– Увидимся за ужином, – улыбнулась Паула Оскару и вышла.
Запеканка разогревалась в духовке и через полчаса должна была быть готова, так что я предложила Оскару пойти в гостиную и поиграть с игрушками. Он пошел со мной, покорный и уступчивый, однако не проявляя энтузиазма. Мы сели на пол у коробок с игрушками, и я принялась вынимать из коробок разные штуки, в надежде заинтересовать его. Оскар следил за мной, но не присоединялся. Меня это не слишком удивило. Могут пройти дни, если не недели, прежде чем он сможет расслабиться настолько, чтобы играть. Все дети разные.
– Ты понимаешь, почему оказался под опекой и будешь жить у меня? – спросила я его. Несмотря на то что его социальный работник должен был объяснить это и мы с Оскаром уже говорили об этом в машине, при том огромном количестве информации, которую ему нужно было понять, при свалившихся на него стрессе и тревоге, легко было забыть то, что он услышал.
Оскар не ответил, и я сказала:
– Я – временный приемный родитель, и я живу здесь со своей семьей. Мы будем заботиться о тебе, пока твоя мама не может этого делать.
Я надеялась, что ребенок его возраста поймет, если происходящее описать таким образом. Мисс Джордан, учительница Оскара, говорила, что Оскар хорошо владеет английским и уровень его знаний выше среднего. Однако Оскар беспомощно взглянул на меня и спросил:
– Мамочка заботится обо мне?
– Да, думаю, да. Обычно о тебе заботится мама. – Такое впечатление сложилось у меня, и так же думали социальный работник Оскара и его учительница. Но Оскар казался озадаченным, и, поскольку мы очень мало знали о нем, я подумала, что следует прояснить ситуацию. – Твоя мама заботилась о тебе до того, как уехала? – спросила я.
– Заботилась? – повторил Оскар вопросительно.
– Да, готовила тебе еду, стирала одежду, играла с тобой?
– Нет. Может быть. Иногда, – ответил он, сбитый с толку.
– Кто еще о тебе заботился? – сказала я.
Оскар пожал плечами.
– Я не знаю, как их всех зовут.
– Это дяди, которые привозили тебя в школу?
– Иногда.
Теперь происходившее у Оскара дома казалось еще более сложным, чем думал его социальный работник. Бо́льшая часть детей, оказывающихся под опекой, формируют связь со своим главным воспитателем и лояльны к нему – как правило, это родитель или кто-то из родственников, – даже если этих детей покидают или плохо с ними обращаются. Часто из преданности главному воспитателю дети пытаются изобразить его в лучшем свете, чем он того заслуживает, но это не был случай Оскара. Казалось, Оскар не понимал самой концепции заботы о нем.
– Когда мама дома, готовит ли она для тебя еду, проводит ли с тобой время? – пытаясь зайти с другой стороны и доставая из коробки игрушку, безмятежно спросила я.
– Она работает, – ответил Оскар, наблюдая за мной.
– Хорошо, но когда она не на работе, разве не она заботится о тебе?
Оскар опять пожал плечами – теперь он выглядел встревоженным, так что я
