— Аяно, меня никто никогда не повергнет, — сказал я тихо. И девушка взорвалась.
— Не смей так говорить! — закричала она. — Никогда. Больше. Не. Смей.
Я не опустил глаза под ее горящим взглядом, и это привело ее в бешенство.
— Ты говорил уже это, помнишь? В детстве, когда мы играли. Сотни раз. Смотрите, какой я супергерой. Всех побежу, всех одолю, — передразнила Аяно детский голос. — Мы с Юкари верили, ждали, что ты возглавишь клан. Потом наши отцы сказали нам с тобой драться за эту штуку, — она сорвала с пояса жезл Сэймэя, кастгаджет засветился бледным магическим светом. — Я боялась, как бы ты не пришиб меня случайно. Уснуть не могла от страха. Даже мысли не было, что наш с Юкари герой может проиграть девчонке. А что в итоге? Сдулся в первые секунды. Даже не с одного удара — с пощечины! Весь в слезах звал папочку, который от стыда выбежал с арены.
Аяно взмахнула жезлом. Без единого слова Напева с круглого навершия сорвалась желтая молния. Стена возле меня бухнула. Черная проплешина выросла на серых обоях.
— Надеюсь, Кендо-сан убьет тебя, — прошипела Аяно и стремительно вышла из квартиры. Дверь за ней захлопнулась.
Запах гари наполнил квартиру. Я открыл окно и стал одеваться на встречу с доктором Урарака.
Жезл Сэймэя — гениальное устройство от разработчиков клана Кудзими, выпускающего роботов и мобильные доспехи. Такие девайсы называют кастгаджетами. Благодаря им магам не нужно самим произносить Напевы вслух. Достаточно включить алгоритм заклятия на кастгаджете, и устройство запустит его на ультразвуковой частоте. Это сильно экономит время, что в бою важно. Но магу все равно необходимо произносить Напев на двух языках, пусть мысленно, иначе энергетический поток не высвободится из его сосуда души.
Кастгаджет — дорогая вещь, цена варьируется в зависимости от технической оснащенности. От нее же зависит и спектр магических возможностей. Например, чтобы пускать молнии, девайс должен иметь сверхпрочный автоматический прицел и компьютер, через мозговой интерфейс получающий данные о желаемом результате Напева и преобразующий их в физические характеристики, как координаты удара, сила тока, напряжение и т. д. Если бы у жезла Сэймэя их не было, Аяно подожгла бы нас обоих вместе с домом. Больше примочек — больше Напевов можно реализовать с помощью устройства. В самом жезле же записано тридцать шесть магических шаблонов.
В восемь вечера я постучал в квартиру доктора. Открыла она сразу: ждала. На Ибаре было надето строгое платье с белым кружевным воротничком. Собралась бороться до последнего. Но я и не настаивал, вел себя вежливо, обращался исключительно с «семпай», чем ее удивил. Женщина ждала оборзевшего пацана, напугавшего ее утром. А пришел робко улыбающийся мальчик, который за кружкой чая сначала поговорил о погоде, затем перешел к забавным случаям в школе, на самом деле полностью выдуманным. Ибара невольно развеселилась, и я стал ненавязчиво выпытывать у нее, кто еще часто ходил в медпункт со ссадинами после побоев. Интересовали меня демоны. Доктор сразу назвала нескольких, в том числе Коджи Нога, инкуба. Запомнили.
Потом я резко посерьезнел:
— Расскажите, как это произошло?
Ибара засмущалась, покраснела, руки ее упали на колени, а потом она начала рассказывать. Ей хотелось выговориться, ведь никому рассказать о несовершеннолетнем любовнике она не могла, а мне понять недостатки этого парня, чтобы восполнить их и тем затмить его на сегодня.
— В общем, он меня тоже пытается строить, — сказала она. — Как и все мужчины.
Ей хочется быть главной.
— Он может лишь пытаться, — уверенно сказал я, чем вызвал ее довольный взгляд.
— Меня бесит, — призналась она, — что в нашей стране женщины должны прятаться в тени мужчин.
— Разве вы думаете, что вас накрыла тень какого-то мужчины? — я задрал голову, как будто ища этого мужчину на потолке. Ибара засмеялась, задрыгав ногами, как девочка. Высокая сочная грудь заходила ходуном, как кузнечные меха. Строгое плотное платье грозило треснуть, обнажив ложбину между двумя полушариями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну нет, Хенси, не смеши меня.
Я взял ее за ладонь и взглянул снизу вверх.
— Тогда приказывайте, леди, — мои пальцы заскользили выше по ее руке, — своему мужчине.
Мы были уже совсем близко друг к другу. Она задышала тяжело, ее пухлые губы приоткрылись, но она из последних сил выдавила:
— Не буду.
Я легко коснулся губами ее уха, слегка пососал. Ибара застонала, откинувшись на спинку стула. Бедра ее раздвинулись, и платье ушло вверх, обнажив кусочек розовых трусиков. Следом показалась нарисованная мордочка котенка.
Тренд на них что ли?
— Так что же вы хотите от меня? — прошептал я.
Ибара уже полностью повисла в моих руках.
— Назвался мужчиной, вот и додумывайся сам, — бросила она и закрыла глаза.
Треснула протяжно ткань.
Голова Ибары приподнялась на изгибе моего локтя.
— Что это?
— Ничего, просто я додумался порвать ваше платье.
— Додумайся уже снять с меня трусики и займись делом.
Я не перечил. Кусок розового шелка стек с ее крепких ног на пол, следом брякнула о ламинат пряжка моего ремня. И вот я вошел в сладкое тепло женского тела. Ибара протяжно застонала, скрипнул стул под ее ягодицами. Организм девственника торжествовал.
А я радовался, что утолил его голод и наконец смогу заняться расчетом возможностей и разбором альтернатив своего развития.
В школьном спорткомплексе собралась целая толпа зрителей. Слух о «розовой киске» разнесся быстро, и многие не поленились встать пораньше, чтобы посмотреть на месть Ицуки.
Даже Аяно пришла в сопровождении свиты щебечущих девчонок. Красноволосая девушка выделялась на их фоне как единственная горящая свеча среди стылого воска. Тут же нервно теребила юбку Юкари. На моем коммуникаторе накопилось уже три десятка пропущенных вызовов от возлюбленной Хенси. Наверняка, она и ко мне домой приходила. Предвидя это, я остался ночевать у Ибары.
Пока нельзя подпускать ее близко. Тьма по имени Хенси хоть и рассеялась, но еще может выдать сюрпризы. Для меня эта девушка опаснее Аяно и Ицуки вместе взятых.
Школа Ямага была одной из элитных школ Японии. Согласно древнему Договору потомки магов, демонов и вампиров должны учиться вместе, чтобы сдружиться и совместно вести страну в мирное будущее. Вылилось же это в свирепую борьбу и соперничество. Чтобы избежать поножовщины, руководство школьной системы ввело понятие «спортивная дуэль», назвав так разрешенные бои, где агрессивные ученики могли выпустит пар не калеча друг друга. Практика, правда, расходилась с указами: пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы сосчитать число больничных коек с изувеченными учениками только из моей школы.
В спорткомплексе разместили две арены: усыпанная песком площадка для магических битв и обычный боксерский ринг для классических единоборств. Туда я и направился, после того как переоделся в раздевалке в шорты и футболку и намотав на кисти рук бинты.
За канатами ринга меня полосовала взглядом на куски ветчины Ицука в красном топе и спортивных штанах. Блестела багровая кожа боксерских печаток на ее руках.
![]()
Кто-то из зрителей шутил:
— Она надела красное, чтобы кровь слабака не выделялась на одежде.
— Интересно, а киска на трусиках у нее сегодня тоже красная?
— Судя по бешеным глазам у нее сегодня один из тех дней, когда обе киски красные.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Смех сотряс арену. Ни мне, ни Ицуке смешно не было.
— Чего возишься? — прорычала девушка, когда я пролез под верхним канатом и начал неспешно натягивать школьные боксерские перчатки, которые мне дала рефери. Ею была наш тренер по физкультуре.
— Растягиваю удовольствие, — сказал я, застегнув последнюю липучку. В тот же миг Ицука набросилась на меня. Красные перчатки размазались в воздухе.
