— Вот это у нас пристрой к дому. На первом этаже спальни, на втором мастерская. Я тебе приготовила комнату с окнами в сад.
Я буквально онемела от восторга. И даже не смогла спросить, чем, собственно, занимается мастерица. Бросив у окна мой мешок, госпожа продолжила наставления:
— В комнатах девочки убираются сами. Ты должна мыть полы каждый день и поддерживать чистоту.
Я искренне заверила, что сделаю всё, что в моих силах.
— Сейчас время обеда. Пошли, познакомлю с остальными.
Мы вернулись в дом и прошли в огромную комнату. Я уже устала каждый раз восхищаться, но эта комната, на мой взгляд, была самым богатым местом, что доводилось мне видеть. Даже в нашем храме не было так красиво, как здесь. Если бы госпожа не подвела меня к столу, то я продолжала бы стоять на входе, разглядывая шикарный потолок. Это было похоже на вылепленные цветы и узоры. По центру же потолка висела люстра из стекла. Свет из окна попадал на стеклянные украшения люстры и отражался на стенах. У меня просто не было слов. Да такую красоту королю не зазорно у себя в столовой повесить!
— Девочки, познакомьтесь. Это Ама, — сообщила госпожа Риан. — Ама, это Фика и Мила.
Я вежливо поклонилась, но не смогла понять, кого госпожа назвала Амой.
— Ама, садись здесь, — позвала меня Фика.
— Э… Я Юлька.
— Ты не в деревне, чтобы отзываться на такую кличку, — строго сообщила мастерица. — Иха, подавай уже обед.
Пока я вскарабкивалась на стул, ещё одна женщина вошла в комнату. В руках она несла большую белую посудину. Поставила её на стол и стала ловко наливать суп по тарелкам. Я хотела сказать, что порция для меня слишком большая, но постеснялась. К супу Иха принесла поджаренный хлеб. Похоже, что его вначале натерли чесноком, а потом уже разогрели в печке. Ожидаемо, я смогла осилить один кусочек хлеба и пол-тарелки супа.
— Тебе не понравилось? — уточнила у меня госпожа Риан.
— Понравилось. Но очень много. Я столько не ем.
— У нас еще мясное второе. Ты как?
Я отрицательно покачала головой.
— Мда… По крайней мере, не объешь ты меня точно, — пробормотала мастерица.
Глава 2
После обеда меня отвели в мастерскую. Наконец, я узнала, чем занимается госпожа Риан. Она была кружевницей. Кружево я видела раньше всего пару раз. Староста привозил своим дочкам из города праздничные блузы. Так вот, воротнички блузок были обшиты тонким кружевом. Правда, из простых льняных ниток. А госпожа Риан плела шёлковое кружево. Вот тут у меня возникли первые сомнения. Я чуть не расплакалась, потому, что такому никогда не смогу научиться!
Вероятно, мастерица по моему лицу поняла, о чём я переживаю.
— Я взяла тебя ученицей. Но первый год ты будешь только помогать, — пояснила госпожа. — Подготовительной работы много. Прежде всего, нужно наматывать нити. Да и сам шёлк я покупаю в мотках. Его тоже нужно перемотать на катушки. Кроме того, иногда нити мы красим. Но тебе это пока не нужно знать.
Дальше мастерица стала учить меня накручивать нить. Пока я смотрела, мне казалось, что всё просто. На деревянном станке была закреплена короткая веревка с пол пальца толщиной. Эта веревка хитрой петлей закручивалась вокруг коклюшки. А дальше нужно только водить рукой верх-вниз и нить от мотка шёлка равномерно наматывалась на коклюшку.
Правильно зацепить веревочную петлю я смогла раза с десятого. Потом у меня почему-то шёлк никак не хотел накручиваться. Госпожа Риан была очень терпелива и поправляла мне руки. В конце концов, у меня стало получаться. Но в очередной раз, направляя нить, я порезала палец. Вот уж не ожидала, что нитки могут резать, как нож.
— Ама, руки нужно беречь, да и шёлк ты сейчас испачкаешь. Иди на кухню к Ихе. Пусть она тебе перевяжет рану, потом возвращайся. Или нет. Мила, проводи девочку, покажи дом.
Мила оставила свою работу и повела меня за собой.
— На втором этаже комнаты госпожи, мы туда не заходим, — поясняла Мила. — На первом столовая, кухня и гостиная. Вот та дверь ведет в магазин. Обычно с утра госпожа занимается домом, а после обеда торгует. Если сегодня придет кто из покупателей, то Иха позовет.
Я крутила головой и рассматривала окружение. Вопросов у меня было очень много, но спрашивать стеснялась.
Кухарка смазала мне палец мазью, замотала чистой тряпицей и повторила слова мастерицы о том, что руки нужно беречь.
В этот день я больше ничего не делала. Сидела рядом с Милой и следила за тем, как она ловко управляется с коклюшками. Госпожа Риан вскоре ушла. И девушки начали задавать мне вопросы.
Первой начала выспрашивать Фика. Она выглядела взрослой и я не сильно удивилась, узнав, что ей уже двадцать два года.
— Милке только пятнадцать. Но она плетёт кружево уже четыре года. Ты тоже сможешь. Конечно, такие узоры, как создаёт госпожа, мы ещё не скоро научимся делать.
— А сколько лет ты плетешь? — решилась я на вопрос.
— Почти семь лет. Я когда пришла, мне столько, как Милке было. Госпожа тогда никого брать не хотела. У неё, кроме меня три ученицы было. Но хорошо, что взяла. Девки те замуж повыскакивали почти все в один год. А у тебя семья есть или ты сирота?
Я подробно рассказала о себе, поименно перечислила братьев. С удивлением узнала, что девушки сироты.
— Но ты же не родная дочь? — уточнила Фика.
— Да. Приёмыш.
— Потому тебя госпожа и взяла.
Я не поняла в чём тут дело и попросила пояснить.
— Ама, обычно мастера берут учеников на пять лет и платят родителям два золотых. Не думаю, что за тебя заплатили столько.
— Брат сказал, что пять серебряных монет.
— Вот, видишь. А я только сегодня сплету кружева на пять серебрушек. Мне этих денег не видать, пока я живу у мастерицы.
— А ты можешь уйти?
— Могу. Только оно мне пока не нужно. Здесь кормят, одевают. Крыша над головой. Да и кружевница я пока так себе. Вот если только кто замуж позовет, то тогда да.
Фика задумалась о чем-то своем, и разговор утих сам собой. Какое-то время было слышно только тихий звон деревянных коклюшек. Я опять стала наблюдать за тем, как быстро девушки работают. Да ещё и не смотрят на свои руки. Пальцы буквально летают, успевая перекрутить и переставить иглу.
Просто сидеть на стуле мне вскоре надоело. Я прошлась по комнате, посмотрела в окна. Надо сказать, что окон было три, с очень низкими подоконниками. Я даже поняла, почему так. Близился вечер, а в мастерской было, по-прежнему, светло.
Пока мне всё нравилось. А ещё у меня было огромное желание научиться делать такую красоту. Всегда верила в свою судьбу и кажется, мне крупно повезло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
