Читаем без скачивания Карантин класса "Т" - Андрей Буревой

Легонько хлопнув правой рукой по левому запястью, я втянул в себя на ходу пару глотков воды из трубки, выдвинувшей из интегрированной в комбез ёмкости, да на том и успокоился. Что было — то прошло, надо жить дальше. Тем более что мне только на руку то, что одна из серьёзных команд поисковиков расположилась неподалёку. Меньше вероятность того, что сюда же сунется кто-нибудь ещё. И помешает мне…

Поправив лямки давящего на плечи тяжеленного рюкзака, кстати говоря, и послужившего причиной выбора мной самого короткого, но как оказалось — не самого безопасного, маршрута к цели, я ещё прибавил шага. Очень уж охота побыстрей добраться до места и заняться делом. Вдруг реально повезёт и удастся разжиться чем-то действительно стоящим… Блин, да даже уцелевшее снаряжение экипажа с лихвой перекроет все мои издержки, что там говорить о большем! Я ж и не возился там практически! Только вспомогательный тоннель под рухнувшим зданием расчистил немного, чтоб можно было не только пролезть самому, но и протащить резак!

С определённым трудом заставив себя успокоиться, я глубоко вздохнул. Раз, другой. И воровато оглянулся. Тоже дважды, через короткий промежуток времени. Так, на всякий случай… Хотя, конечно, вряд ли кто-то из «Тэйдовцев» станет за мной следить, когда все они заняты делом, но осторожность всё же не помешает. Да, не помешает… Ведь если прочуют, что под тем здоровенным завалом лежит не то — тяжёлый флаер, не то — атмосферный бот, отбить находку мне не поможет даже нечто типа скорострельной автоматической пушки с полным боекомплектом. Не говоря уже о реально наличествующих у меня: короткоствольном автоматическом «Корте» тридцатой модели — под девятимиллиметровый пистолетный патрон, с четырьмя снаряжёнными обоймами-сороковками, да шестизарядном револьвере тридцать восьмого калибра никому не ведомой марки «Вульв», со всего пятью заполненными каморами.

Если по хорошему, то мне стоило как-то незаметней вести себя и пробираться к нужному месту не демонстрируя своё существование всему миру. Но как это сделаешь в имеющихся условиях?.. Тротуары, прячущиеся за островками-полосками буйно разросшихся без надлежащего присмотра зелёных насаждений, практически сплошь засыпаны поблёскивающим крошевом травмобезопасного стекла. Идти по нему то ещё удовольствие… Да и хруст при этом стоит такой, что на соседних улицах слышно. Вот и приходится шагать прямо по середине залитой солнечным светом широкой улицы, меж двух зияющих многочисленными прорехами зеркальных стен — всех этих, располагающихся здесь, безлико однообразных двенадцатиэтажных зданий с панорамным остеклением, в котором так великолепно отражается ярко-зелёная растительность, отчего так кажется настоящими джунглями.

Преодолев ещё два квартала, я остановился у достигающей уровня шестых этажей серебристо-белой горы, образовавшейся на месте обрушившегося строения. Покосился на эту впечатляющую груду разномастных кусков полимеризированного бетона, искореженных металлических конструкций и крошева зеркального стекла. А затем неторопливо огляделся по сторонам, характерным жестом активируя подачу воды и поправляя лямки рюкзака. Вроде как просто запарился тащить свою нелёгкую ношу и остановился немного передохнуть… Постояв так с минуту и не приметив поблизости никого лишнего, я подобрался и быстро юркнул в разрыв между растительностью на противоположной от руин стороне. И уже по тротуару двинул дальше. Недалеко правда — всего лишь к четвёртому по счёту зданию. В которое проник через главный вход.

Убравшись с открытого пространства улицы, прямо я ощутил как спало напряжение, терзавшее меня последние сутки и заставлявшее шарахаться от каждого подозрительного шороха. А всё почему? Да потому, что слишком уж ценная находка мне попалась. На такой можно либо всерьёз погореть, либо крупно подняться… Ведь даже в самом худшем случае, если абсолютно всё там, на том флаере или боте, при падении пришло в негодность, всё равно этого хватит на какую-нибудь технику. Ту же блоху, не до конца убитую… А это уже совсем другая тема… На своих двоих не только никуда не доберёшься, но и не утащишь особо ничего. Колёса для любого поисковика вещь незаменимая! Даже если ничего путного не отыщется, можно тупо притянуть пару тонн какого-нибудь металлического хлама, годного лишь в переработку, и уже одним только этим оказаться в плюсе по результатам поездки. Пусть небольшом совсем, но плюсе…

Дойдя до расположенной недалеко от входа лестницы, ведущей на подземные уровни, я бросил мечтать и прислушался — не сопит ли кто там — в темноте, поджидая меня. Поисковик — он ведь тоже неплохая добыча… С него можно и комбез снять, и ствол, и ещё кое-какое барахлишко… А самого — хоть тем же Фермерам продать за хорошие деньги в работники. Если удастся подкараулить в каком-нибудь тёмном безлюдном уголке и живым взять…

Постояв чуть, я так и не услышал никаких подозрительных звуков. Однако печалиться по этому поводу не стал. Переступил с ноги на ногу, разрушая повисшую тишину, да, опустив руку к правому бедру, вытащил из закреплённого на нём с помощью ременной системы подсумка-кармана один из трёх имеющихся прозрачно-голубых пластиковых стержней. Надломил добытый химический светильник и закрепил на левом предплечье начавший испускать бледно-синее свечение продолговатый цилиндр лентой-липучкой. Стянул с лица не нужную более маску-фильтр, снял поляризационные защитные очки, и, аккуратно сложив их, сунул в пустой кармашек на поясном ремне. И, сделав напоследок пару глубоких вдохов, наслаждаясь настоящим атмосферным воздухом, пусть и пахнущим какой-то пакостью, коснулся ворота комбеза. Отреагировав на нажатие на точку активации, с тихим шелестом вниз скользнуло пяти сегментное забрало шлема, герметизируя мой хиб*. Все запахи почти тотчас исчезли, поглощённые фильтрами встроенной системы регенерации воздуха, и я, сдвинув под руку свой старый-добрый «Корт», спокойно пошагал вниз.

*Хиб — костюм начального класса химической и биологической защиты, используемый техническими службами при проведении работ в условиях умеренно-агрессивной среды.

Осторожно ступая по выщербленным ступеням, едва освещаемым моим только начавшим набирать яркость светильником, я спустился до второго подземного яруса. Того, что до Исхода был стоянкой для принадлежащих жителям этого здания мобилей, а теперь — пустовал. Никакой техникой, пусть даже самой бесполезной, здесь спустя столько лет разумеется и не пахло — всё укатили наверное ещё когда выездные ворота не заклинило намертво покосившейся стеной.

В преддверье этого огромного, пустующего помещения я непроизвольно замедлился, напрягая своё чутьё на неприятности. Но не почувствовал ничего такого — ни неясной тревоги, ни явственного нежелания соваться в это место. На душе тишина и покой… Да и медленное-медленное движение словно подвешенных в воздухе тускло серебрящихся пылинок-снежинок, которых чем дальше в подземелье — тем больше, придаёт дополнительную уверенность в отсутствии впереди затаившегося врага. Явно прошло уже много часов, с того времени как здешнюю атмосферу тревожили в последний раз…

Держа наготове основной ствол, я вышел на открытое пространство стоянки, осветить которую полностью не удалось бы и десятком стержней, заставив всколыхнуться, закрутиться вокруг меня стремительными усами-вихрями чуть серебрящийся туман. И почувствовал себя донельзя неуютно в столь опасном месте… Даже неопытному стрелку, стоящему во тьме у стены, или за одной из опорных колонн, по силам снять идущего с такой иллюминацией человека…

«Одно только утешает, что если кто-то и устроил здесь на меня засаду, то стрелять скорей всего будет травматическими резиновыми пулями, — подумал я. — Чтоб хиб не продырявить… Потому как по нашим временам проще новый защитный комбез отыскать, чем залатать попорченный. Восстановление целостности металлизированной синтетической ткани задача не из простых — иголкой, ниткой, да подходящей по размеру латкой не обойдёшься. А значит — у меня есть шанс… Ведь вряд ли кто-то догадывается, что под хибом у меня лёгкая кираса из упрочнённого пластика, да ещё не простая, а с компенсационным слоем… Кинетику травматических пуль этот защитный жилет, выдававшийся когда-то подразделениям поддержания правопорядка во время публичных мероприятий, гасит отлично. Проверено.»

Стараясь ступать мягко, а не топотать как шестилапый складской робот-погрузчик, который мы таки смогли восстановить и довести до ума со стариком Ивеном, я дошёл до дальней стены. И вдоль неё двинулся вправо. К подсобным помещениям, располагавшимся на этом уровне и предназначавшимся для распределяющих блоков питающей дом энергоцентрали.

В одной из пустых комнатушек, из которых давно уж исчезло всё оборудование и подходящие к нему силовые кабели, я остановился и опустил на пол рюкзак. И, облегчённо расправив плечи, несколько раз развёл руки в стороны, разминаясь таким немудрёным образом. Хорошо… Что определённо говорит о том, что я неслабо так погорячился с количеством прихваченного с собой барахла. Тех же магниевых стержней к резаку можно было бы взять и на десяток поменьше… да и сменных картриджей к системе регенерации хиба хватило бы пары штук… Не обшивку же тяжёлого крейсера мне, в конце концов, придётся резать, чтоб запасаться всем необходимым на полные двое суток работы?