Читаем без скачивания Роскошная скромность - Холли Престон

Линда решила пропустить мимо ушей столь язвительное предостережение.

Пока машина выезжала с автостоянки, девушке удалось получше рассмотреть «подругу» Уорнера. Безупречный овал лица, выразительные глаза, красиво очерченный рот — само совершенство. Мэдж была одета в дорогой темно-синий прекрасно сшитый брючный костюм. Создавалось впечатление, что эта женщина никогда не позволяет себе расслабиться в своем стремлении выглядеть отлично, особенно если ей предстоит встреча с Филиппом Уорнером.

При других обстоятельствах Линда всячески выражала бы свою благодарность за оказанную помощь, но с первых же минут их знакомства Мэдж вызвала у нее острую неприязнь. И можно было не сомневаться, что чувство это взаимное.

Машина тем временем неслась по узкой дороге вдоль высоких холмов, покрытых свежей зеленой травой с яркими вкраплениями первых весенних цветов. Радостно сверкнув лучами, солнце, наконец, вырвалось из плена серых туч, и когда машина въехала на вершину холма, Линда замерла в восхищении. Открывшийся перед ней вид был сказочно прекрасен. Дорога шла к морю, на берегу которого возле каменной пристани уютно притулилась живописная рыбацкая деревушка. Солнечные блики играли на поверхности воды. Вокруг никого. Лишь несколько маленьких лодочек спокойно покачивались на волнах. Любой художник немедленно пожелал бы запечатлеть этот изумительный пейзаж.

— Карон Порт, — объявила Мэдж, заметив восторг гостьи. — Я здесь живу.

— Вам повезло, — мечтательно протянула девушка.

В ответ послышалось презрительное фырканье.

— Ну это как сказать! По мне так огни городов, интересные встречи куда лучше. Я родом не отсюда.

«Подруга» Филиппа явно настроена по отношению к ней крайне враждебно. С чего бы это? Остается лишь надеяться, что им не придется часто встречаться.

Машина спустилась с холма и въехала в деревню. Линда с нескрываемым интересом оглядывалась по сторонам, пытаясь угадать, какой из маленьких симпатичных коттеджей станет ее временным домом. В принципе ни один из них не подходил автору всемирно известных романов.

Они проехали деревню, вытянувшуюся вдоль берега моря. Дорога вновь пошла вверх, и взору предстали вольные морские просторы, разительно отличающиеся от тихой гавани возле пристани. Даже в этот спокойный весенний денек волны с грохотом разбивались о прибрежные скалы. Море казалось необузданным, опасным, сумасбродным великаном. Линда мысленно представила это царство Нептуна в момент шторма и нервно передернула плечами.

В этом неспокойном море под куполом кристально чистого неба было что-то пугающее. Легко представить, как глаза впечатлительного романиста много лет впитывали в себя эту первозданную красоту, задевающую самые сокровенные струны души.

Поездка вымотала Линду больше, чем та ожидала. Приступы головокружения повторялись, бил озноб. Все, о чем она сейчас мечтала, так это выпить горячего молока и лечь. Но совершенно не хотелось выдавать свое нездоровье, показывать слабость. Не хватало только посвящать Мэдж в историю своей болезни. Девушка стиснула зубы и мысленно твердила: «Все в порядке. Ты справишься. Все хорошо. Держи себя в руках».

Тем временем машина въехала на вершину утеса, и взору Линды предстал дом, где жил и творил известный прозаик Филипп Уорнер. Остроконечный мыс врезался в поверхность воды, а на нем гордо и своевольно возвышался дом, обращенный к морю. Серые каменные стены — будто сказочные воины, готовые в любой момент отразить удары ветра и волн. Позади дома раскинулся сад с зелеными лужайками и невысоким кустарником. Растения немного смягчали суровый вид дома, будто бросающего вызов стихии.

— Вот мы и приехали. Это и есть Уорнер-хаус.

Линда со смешанным чувством страха и любопытства разглядывала серые камни стен, узкие прорези высоких окон, обращенных к морю, и широкую подъездную аллею, ведущую к парадному крыльцу. Огромные клумбы рододендронов, еще не цветущих, красовались по обе стороны аллеи.

— Вы знаете, как называют в народе этот дом? — спросила Мэдж, проследив за взглядом спутницы. — Дом призраков. Жутко, не правда ли?

— Скорее интригующе, — поспешила возразить Линда, не желая обнажать перед малознакомым человеком свои истинные чувства. — В этом доме есть некая первобытность, что роднит его с морем, с небом, с ветром. Теперь я понимаю, почему Филипп Уорнер поселился именно здесь.

— Ну, я могу сказать, почему Фил здесь поселился, — выпалила Мэдж, явно раздосадованная тем, что ее слова не обратили гостью в немедленное бегство. — Это его родина. И все-таки большой город больше ему подходит. Мне иногда кажется, что Фил живет здесь из духа противоречия. Всем назло.

Линда кинула на собеседницу быстрый взгляд. Та сидела, поджав губы. Значит, ознакомительный урок закончен. Ну и хорошо. Можно лишь вздохнуть с облегчением. И зачем только ее уши услышали, что это место зовется Домом призраков и что некто живет здесь кому-то назло.

Странно, но никто не встречал их. Как только машина остановилась перед домом, Мэдж принялась выгружать вещи, словно желая побыстрее от них избавиться. И прежде чем Линда успела ей помочь, весь багаж был самым бесцеремонным образом свален на дорожку прямо перед ступеньками, ведущими к парадной двери.

— И где же наш гостеприимный хозяин? — поинтересовалась Мэдж с напускным разочарованием. — Впрочем, не удивляйтесь. Фил не обременяет себя заботой о людях, — добавила она и направилась к дому. Открыв дверь, Мэдж ввела девушку в просторный холл, где тоже не было ни души.

Внутри дом выглядел более приветливо, чем снаружи. Изящная витая лестница с белыми перилами вела на второй этаж. Редкие солнечные зайчики играли на дорогом паркете. Все двери в соседние с холлом комнаты были открыты. Но даже если бы Линда приехала одна, она ни за что не решилась бы в них войти. Просто стояла бы и ждала, потому что, надо признаться, ужасно трусила.

Девушка уже собиралась идти за оставшимися вещами, как вдруг единственная закрытая дверь отворилась. Линда застыла на месте, увидев мужчину, вошедшего в холл. У нее перехватило дыхание. Уорнер ничуть не изменился — точь в точь как на той фотографии. Именно таким он когда — то запомнился маленькой девочке. И даже если что-то изменилось, то не в нем, а в ней, ведь сейчас она смотрела на него глазами взрослого человека.

Мужчина пристально вглядывался в лицо гостьи. Его брови вопросительно поднялись.

— Белинда? — На лице Филиппа Уорнера отразилось крайнее изумление. Непроницаемые золотистые глаза смерили девушку с головы до ног.

— Линда, — решительно поправила она. — Мне бы хотелось, чтобы меня называли так.

Начать легче, чем продолжить. Как себя называть, она сообщила, а вот как ей обращаться к хозяину Дома призраков — понятия не имела. Он ей не дядя — значит, дядюшка Филипп отпадает.

Она ему не близкая родственница. Тогда кто? И на каком основании она приехала в его дом? По всей вероятности, Уорнер на свое приглашение ждал скорее отрицательного, чем положительного ответа.

Девушка с ужасом осознала, что боится этого человека, как и много лет назад. Даже жаль, что он не изменился внешне, пусть бы хоть выглядел постарше, и то было бы легче. Перед ней стоял не седовласый добродушный толстяк, а красивый, мужественный, подтянутый, необыкновенно волнующий мужчина. И пойди знай, как себя с ним вести…

Филипп и похож на того писателя с фотографии, и в то же время бесконечно далек от тщательно ею изученного черно-белого изображения. Линда эмоционально не была готова к встрече с таким человеком. Аура скрытой силы, смесь физического совершенства, глубокого острого ума и необычайной сексуальной притягательности окружала его. Теперь понятно, почему Мэдж не спешила уходить. Но где же Доминик? Где та женщина, которая вправе сейчас расставить все по своим местам?

— Извини, — сухо промолвил Филипп. — Кажется, время прошло мимо меня. Просто твой отец всегда звал тебя Белиндой.

— В то время я была еще слишком мата, чтобы иметь собственное мнение по этому вопросу, — заявила Линда.

— Ну а теперь ты достаточно взрослая, чтобы самостоятельно выбрать свою судьбу, — заметил он, и снова его непроницаемые золотистые глаза скользнули по стройной фигурке девушки, — Фамильные золотисто-каштановые волосы и фиалковые глаза, — тихо усмехнулся он. — Хотя Джон не был так красив.

— Разве ты не знал, что маленькие девочки когда-нибудь вырастают? — язвительно вставила Мэдж.

— Да уж, здесь, действительно, большой пробел в моем знании жизни. — Филипп снова воззрился на гостью. — Как бы то ни было, теперь я оправился от шока и могу, Линда, отнести вещи в твою комнату — Он пересек холл и, заглянув за одну из дверей, громко крикнул:

— Салли!!

На пороге, вытирая руки о передник, возникла маленькая полная женщина средних лет. В этот момент раздался телефонный звонок, и хозяин, кивнув в сторону Линды, бросил: